На берегу полноводной денежной реки. Реплика Максима Кононенко

Если и есть в нашей стране ведомство, способное по-настоящему удивить, то это Следственный комитет. За минувшие выходные были задержаны, обысканы и арестованы полтора десятка высших чиновников республики Коми, включая самого ее губернатора Вячеслава Гайзера.
Причем на сей раз речь идет не о должностных преступлениях вроде коррупции и превышения полномочий, а о настоящем, классическом криминале. 19 уголовных дел против руководства Коми возбуждены по статьям "мошенничество" и "организация преступного сообщества".
"Целью деятельности преступного сообщества было совершение тяжких преступлений, направленных на завладение преступным путем государственным имуществом", — пояснил официальный представитель Следственного комитета Владимир Маркин.
Из тех скупых подробностей, которыми поделились источники, следует, что на протяжении почти десяти лет руководство республики Коми с помощью разнообразных схем передавало госпредприятия в частные руки. Например, предприятию под гарантии республиканского правительства выдавался большой кредит на развитие производства. После чего предприятие банкротилось и передавалось нужным людям. Выданные на модернизацию производства деньги выводили в офшоры в качестве дивидендов. Дивидендов этих, разумеется, было немало. В становящемся уже традиционном жанре "публичный обыск в кабинете у губернатора" телезрителям показали традиционные килограммы ювелирных изделий, коллекцию дорогих часов, пачки денег, документы на офшоры и даже неподписанный договор о покупке двух самолетов.
Сказать, что это все удивило наблюдателей — значит, не сказать ничего. Дело в том, что губернатор Вячеслав Гайзер никогда не давал повода думать о себе как о человеке, который любит излишества. Он жил в обычном многоквартирном доме в центре Сыктывкара. Бывало, ходил на работу пешком. Пользовался доверием у населения, которое всего год назад отдало ему на выборах 79 процентов голосов. В последнем рейтинге эффективности губернаторов, составленном Фондом развития гражданского общества, делил 4-5 места с губернатором Тюменской области. То есть это был один из лучших губернаторов в России. Регион, которым он руководил, вовсе не бедствовал. 10-е место по уровню валового регионального продукта на душу населения — больше, чем в Санкт-Петербурге. По уровню Внутреннего валового продукта на человека — так и вовсе регион был на 7-м месте из 80.
Вам все это ничего не напоминает? Вспомните Сахалинскую область, губернатор которой Александр Хорошавин был арестован в начале марта. Четвертое в стране место по уровню ВРП на душу населения — выше, чем у Москвы. Второе место по ВВП — тоже выше, чем у Москвы. Как в Гонконге. Правда, в рейтинге губернаторов Хорошавин был одним из последних: не хватало скромности, шиковал.

Однако регионы похожи. Богатые ресурсные регионы. Регионы, основные деньги в которые обычно приносят крупные компании федерального уровня. Компании, руководство которых и проблемы свои решает на федеральном уровне, а не на уровне руководства регионов. Руководство таких регионов, если у него нет каких-то особенных взаимоотношений с менеджментом федеральных компаний, сидит на берегу полноводной денежной реки, которая течет мимо и из которой не зачерпнешь, а потреблять-то хочется в полном соответствии с подушевым уровнем ВВП.
Вот и приходится, говоря словами Михаила Михайловича Жванецкого, изыскивать внутренние резервы. На Сахалине подрядами торговать, а в Коми птицефабрики с лесозаводами незаметно растаскивать. Как растаскивал имущество второго дома Старсобеса его завхоз, застенчивый воришка Альхен из романа Ильфа и Петрова "Двенадцать стульев".

Как бы там ни было, а профессия губернатора богатого сырьевого региона становится в России довольно опасной. Один Хорошавин вполне мог быть аномалией, но Хорошавин и Гайзер — это уже напоминает тенденцию.

Вполне может быть, что руководители других лидеров регионального рейтинга ВВП сейчас лихорадочно приводят в порядок свои дела. Потому что все-таки страшновато.
Ну что же, и это уже хорошо.