Моя полиция её бережет

Борца с педофилами Аню Левченко из-за угроз извращенцев взяли под государственную защиту. И я теперь знаю как эта защита выглядит

К нам в радиоэфир приходила Анна Левченко, та самая, которая борется с педофилами и которую взяли из-за угроз этих уродов под госзащиту.

И ТЕПЕРЬ Я ЗНАЮ, КАК ВЫГЛЯДИТ ЭТА ГОСЗАЩИТА!

Стою внизу у поста охраны, жду Анну (у нас так положено).

Смотрю - два мужика в черных костюмах и черных полумасках (зачеркнуто) черной форме, берцах и с пистолетами за поясом. Пистолеты пристегнуты шнуром от телефона. И девушка с ними. Не наша.

- Мы, - говорят, - СОБР МВД.

Тут сзади еще двое собровцев подтягиваются, и с ними уже Левченко. Пять минут до эфира.

А на СОБР пропуск не заказан!

Охрана бегает, в рацию кричит:

- Пятый, пятый, я десятый, преследую преступников на моцоцикле!

До эфира четыре минуты, и вечер ни фига не томный: у СОБРа инструкция, запустить Анну в редакцию и остаться снаружи они не могут. Они ее до студии доведут и у двери сядут, скажите спасибо, что у микрофона мешаться не будут...

Три минуты до эфира. Понимаю, что заказать пропуск СОБРу и не получится: нормальный собровец удавится, а никому фамилию не скажет. Они ж секретные, их даже фотографировать нельзя.

Собравши все свои актерские данные, голосом сиротки Марыси:

- Пустите товарищей: они из МИЛИЦИИ!

Прозвучало благоговейно, как "товарищи с неба спустились"!

Помогло.

В лифт физзащита заходит по двое: двое зашли - двое стоят. То есть, даже если там уже три человека, все равно заходят четверо: две охраняемых и два защитника. Лифты скрипели, прижатые сотрудницы "КП" крякали.

Эфир провели.

В конце уже Аня и говорит: у вас …