Вспоминая 1968 г., чехи и словаки вспоминают величайший национальный подъем и свое величайшее национальное унижение. И вряд ли при этом задумываются, а был ли у них реальный шанс построить социализм с человеческим лицом. У них теперь капитализм с вполне человечной физиономией... Нам же про себя и задумываться нечего, нам яснее ясного показали, с каким лицом у нас только и может быть социализм. А потом с таким же оказался и наш капитализм. И тот и другой у нас с лицом не человеческим, а государственным.
