Сергей МИХЕЕВ — о том, как Россия ответит на "политический рэкет" Совета Европы

Генсек Совета Европы Турбьерн Ягланд прокомментировал информацию о сокращении взноса России в эту организацию. По его словам, Страсбург не получал официального уведомления от Москвы. Ягланд заявил, что РФ не может урезать свой взнос, так как является одним из крупнейших участников Совета Европы. Кроме того, порядок внесения денег прописан в соглашении о присоединении.

Журналисты поинтересовались у генсека, не считает ли он, что Россия таким образом пытается давить на организацию. Ягланд заявил, что такое давление не сработало бы, и выразил надежду на скорое урегулирование кризиса.

Ранее "Правда.Ру" сообщала, что Москва урежет выплаты в Совет Европы в связи с тем, что Россия не принимает участия в заседаниях ПАСЕ. В СЕ платится единая сумма, которая позже распределяется по различным органам объединения. Позже появилась информация, что наша страна заблокировала 11 млн долларов взноса, который предназначался для Совета Европы. Это треть годовой суммы.

Такой шаг в РФ объяснили введением европейскими странами очередной порции антироссийских санкций.

"Правда.Ру" обратилась за комментарием к политологу Сергею Михееву.

— По словам Турбьерна Ягланда, Москва просто не имеет права не платить взносы в Совет Европы. Как это понимать? Образно говоря, это похоже на политический рэкет?

— Заявление надо понимать достаточно просто. Им очень нравится получать деньги, с одной стороны. Второе. Они считают нас априори виноватыми исторически: мы нехорошие, поэтому должны платить даже за то, что не соответствует нашим интересам. С этого начался последний конфликт по Украине, когда американцы и европейцы считали, что соглашение об ассоциации Украины и Европы не нанесет ущерб России, но Россия должна за это заплатить.

Эта их уверенность, что так можно, тянется с 90-х годов. К сожалению, мы им достаточно долго позволяли так думать, позволяли им так действовать в отношении нас, и они привыкли. А от хорошего отвыкать не хочется. Но я думаю, что наша задача научить их жить по-другому и поставить им однозначное условие, что мы платим им лишь за то, что нам интересно.