Главные стереотипы об Узбекистане. Я нахожусь в зоне паспортного контроля ташкентского аэропорта, и я готова к худшему. Спасибо информации, которую я нагуглила перед вылетом. Теперь я знаю, что таможенники могут потребовать открыть кошелек, чтобы проверить, не везу ли я с собой больше двух тысяч долларов, что русской речи в городе почти нет, зато полиция на каждом шагу ── бдит, чтобы я ничего не фотографировала. Из тягостных мыслей меня вырывает голос таможенника. ── Впервые здесь? ── Да. ── Ну, тогда желаю хорошо провести время! ── он улыбается и протягивает паспорт обратно. ── Следующий! Так, стоп. А где допрос про деньги? Я, в конце концов, готовилась. Неужели не зря хвалят Мирзиеева и Узбекистан семимильными шагами идет вперед? Очевидно, да. Через двадцать минут я стою на главной площади города (аэропорт находится недалеко от центра), фотографирую все подряд, а полицейским, которых в Ташкенте реально много, все равно. Русская речь слышна отовсюду, только перемежается с узбекской ── как выяснилось, большинство местных русских идеально знает узбекский язык. Таблички на улицах на русском, еще и креативные. Судите сами: «Пожалуйста, не прислоняйся к забору, он предпочитает отношения на расстоянии». Или как вам это: «Не вставай на конструкцию, есть другие способы подняться в этой жизни». Некоторые стереотипы, впрочем, оказываются правдой. Например, в Ташкенте невероятно дешевое такси. Дорога из аэропорта до центра города обходится в 80 рублей в среднем. Еще, попадая в Узбекистан, вы автоматически становитесь миллионером. 100 долларов здесь равны 842 тысячам узбекских сумов. Обменяли 200 долларов? Все. Теперь вы ── узбекский миллионер, а значит, готовьтесь сорить большими деньгами. Россиян местные цены поначалу пугают: 5 тысяч сумов, 10 тысяч сумов... «С вас 128 тысяч сумов, ── говорит водитель, возивший меня по городу целый вечер, и я, привыкшая к рублям, чувствую, как лоб покрывается испариной. Сколько-сколько? Дрожащими руками ищу в телефоне калькулятор. Уф, представляете, это всего тысяча рублей! А главное, в Ташкенте действительно очень чисто. Даже вокруг многочисленных рынков царит идеальный порядок. Вот отсюда, пожалуй, мы и начнем. Базары. «Делать нечего! Нет, чтобы поехать на Куйлюкский базар с нормальными ценами, она на самый дорогой, к перекупщикам пошла! Лучше бы на Янгиабад, блошиный рынок сходила». Это возмущается таксист, увидев в моих руках огромные пакеты с сувенирами. Я предпочитаю промолчать. Эх, ака («дядя» с узбекского ── прим. авт.), вы все равно не поймете. Приезжим нужен колорит. Атмосфера настоящего восточного базара, мимолетные воспоминания о Великом шелковом пути. Какой базар может их обеспечить, кроме легендарного Чорсу, известного со времен Средневековья? Купол этого рынка помнит и одетых в шелка купцов, и мешки золота, и верблюжьи караваны... А разве можно приехать в Ташкент и не посетить Алайский базар, возникший аж в IX веке? Это ведь даже в голове сразу не укладывается: люди скупают и продают вещи 12 веков, и им до сих пор мало. Хотя кто удержится от покупок, когда вокруг столько красоты? Расписные чайники, узорчатые пиалы, яркие блюда-ляганы, вазы, выкрашенные под ткань-адрас. Чуть дальше национальная одежда. Здесь туристы меряют шитые золотом тюбетейки, а знатоки моды выискивают сумки ручной работы, шелковые шарфы и камзолы из хан-атласа. Продавцы заламывают цены, покупатели отчаянно торгуются. В этих воплях: «Сто тысяч!». ── «Нет, восемьдесят!». Есть какой-то адреналин, азарт, театр, и, наверное, все это туристов и влечет. В продуктовых павильонах тем временем разворачиваются не менее драматичные сцены. «Сестра, купи чай, он нервы хорошо делает! ── плетется за мной продавец. ── Орехи купи, сестра! А шафран?.. Ты шафран, сестра, хочешь?». ── «Сестрам не продают, дарят!», ── смеюсь я и пробираюсь через завалы еды дальше. На узбекских рынках чеснок продают тазами, зелень ── мешками, а клубнику ── корзинами. На этом, наверное, достаточно. Более цивилизованный шопинг нас ждет в ЦУМе, богатом на украшения из натуральных камней, узбекский текстиль и обувь. А после ЦУМа можно и погулять. Парки и сады. Ташкент — город, созданный для прогулок, особенно весной. Многочисленным паркам города можно уделить целый день. Огромные, зеленые, утопающие в разноцветных тюльпанах, веющие прохладой арыков парки, скверы и сады встречаются в Ташкенте на каждом шагу. Самые известные из них: площадь Мустакиллик, находящийся рядом с ней мемориал Памяти, посвященный погибшим во время Великой Отечественной войны, площадь великого узбекского военачальника Амира Темура, аллея «Бродвей» и экопарк с террасами для занятий йогой и озером, по которому плавают гондолы. Отдельного внимания заслуживает местный дворец Романовых, который по решению Великого князя Николая Константиновича после его смерти был передан в дар Ташкенту. Сейчас в здании расположился Дом приемов узбекистанского МИДа и вход во дворец запрещен, но туристы могут полюбоваться садом и украшающими его бронзовыми фигурами животных в натуральную величину. Метро. Еще в прошлом году станции метро нельзя было фотографировать. Сейчас запрет снят, и это прекрасно: слишком красив ташкентский метрополитен. Людей в метро практически нет, что неудивительно, если вспомнить расценки такси. Так что можно выходить на каждой станции и внимательно рассматривать интерьер. Самые красивые ── это оформленная в стиле ночного неба станция «Космонавты», украшенная лампами в виде тюльпанов станция «Узбекистан», романтичная станция «Алишер Навои», выдержанная в бирюзовых тонах, по-восточному пестрая станция «Пахтакор» и станция «Пушкин», подсвеченная канделябрами. Музеи. Ташкент богат на музеи, но посетить все за один приезд вряд ли удастся. Самых важных три. Это, прежде всего, музей тимуридов, куда нужно пойти, чтобы понять масштаб личности Тамерлана. Затем идет музей истории Узбекистана, где есть все: от фигур динозавров до национальных украшений. И, наконец, Центральный музей искусств, в котором хранятся картины Пикассо, Клодта, Верещагина, Шишкина, Беллоли и многих других великих живописцев. Если вы в прошлом году не выдержали многочасовых очередей на выставки Айвазовского и Куинджи в Москве, не огорчайтесь. Картины этих художников есть здесь. Цена входного билета при этом не дотягивает до ста рублей. И это ── прайс для иностранцев. Для граждан страны посещение музеев стоит еще дешевле. Религия. Ташкент любит играть на контрастах. Мусульманские мечети здесь соседствуют с христианскими храмами, и каждое святилище расскажет вам свою невероятную историю. Взять, к примеру, мусульманский комплекс Хазрати Имам. Когда-то в XVI веке на его месте находился лишь мавзолей главного ташкентского богослова и ученого, знавшего 72 языка, Хазрати Имама. Позже рядом с ним построили медресе и мечеть. А сегодня здесь находится еще и библиотека восточных рукописей, где хранится пергаментный Коран. Этот Коран Амир Темур привез из Багдада в Самарканд, теперь он находится в Ташкенте, и, глядя на него, каждый хочет попросить Создателя о чем угодно, ведь Бог ── один. Православный Успенский собор тесно связан с историей святителя Луки, который в мире был известен как Валентин Войно-Ясенецкий, выдающийся хирург и автор книги «Очерки гнойной хирургии», остающейся актуальной по сей день. Первую часть «Очерков» он написал именно в Ташкенте. В Ташкенте же он и стал священником, совмещая служение в церкви с медицинской практикой. Сегодня на территории Успенского собора находится памятник святителю Луке. А в другом конце города расположился католический собор Святейшего Сердца Иисуса, облицованный мрамором, и пейзаж кардинально меняется. Ни малейшего намека на восточность, всюду готический стиль, величественные лестницы и нарядные витражи. Кажется, здесь можно было бы снимать эпизоды сериала «Молодой папа». ...Узбекистан просыпается. На часах восемь утра, самолет до Москвы медленно поднимается в небо. ── Ты в Самарканде не была? ── успеваю я прочесть сообщение друга. ── Да ты настоящий Восток не видела! Как знать. С высоты птичьего полета минареты мечетей и купола церквей, узбекские махалли и советские фундаментальные здания, шумные базары и безмолвные сады уменьшаются и переплетаются дивным орнаментом, словно нити узбекского шелка. Столь изящно сочетать несовместимое и есть настоящий Восток.
