Мой Курбан. Семь историй про Бердыева

Истории о главном тренере «Ростова», который 13 апреля справит юбилей — 30 лет работы в профессии.

ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА ПРИ СВЕЧАХ

Ночь была южной и звездной, но ситуацию это не спасало. Точного названия отеля, где остановился смоленский клуб, никто из опрошенных гидов, опекавших в ту пору наши команды, не знал.

Дело было на Кипре в феврале 2001 года. Бердыев тогда тренировал «Кристалл», успев за полгода удивить тех, кто следил за первой лигой. Она еще не превратилась в скучный турнир с одинаковыми, словно из пресловутого ларца, футболистами и кипела амбициями, соря попутно деньгами. В Смоленске после убийства директора местного завода, гранившего алмазы, средств на хороший футбол не было, но Бердыев туда поехал. Приехал, разобрался в ситуации, создав себе репутацию думающего специалиста. Мне же любопытство принесло знакомство, которым теперь можно смело гордиться. Хотите — верьте, хотите — нет, но именно тогда я понял: Бердыев это очень и очень серьезно.

Отель нашелся по свечам, горевшим в комнате главного тренера. Электричества, питания в ресторане и даже консьержа в гостинице, где готовился «Кристалл», не было. У Смоленска с финансами было настолько плохо, что клуб не нашел денег на нормальный отель, но сборы не отменил, а договорился с хозяином гостиницы открыть его на время. Завтракала и ужинала команда, закупив продукты в супермаркете, изредка посещая ресторан друзей, организаторов сбора.

Бердыев, встретив нежданного гостя интересной беседой, ни слова не сказал про эти трудности. Проблемы он маскировал, как мог, утверждая, что такой вариант проживания в уединении ему лично больше нравится. Говорил тренер не про деньги или трансферы, а про футбол. При свечах двигал фишки на журнальном столике и объяснял невежде систему игры, которая заставляет футболиста думать, развивая интеллект и помогая расти.

Уходил я спустя два часа совершенно очарованный собеседником. Хотелось написать полотно. Масштаб того, кто простыми словами объяснял суть футбола, потряс.

Редакция скрепя сердце согласилась на полторы страницы текста с Бердыевым.

— Это тот, что «Спартаку» забил, играя в Алма-Ате, — спросили меня из Москвы, пресекая поток восторгов.

— Тот самый, — ухватился я за спасительный плотик.

— Давай, пиши. Надеюсь, ты не только про Смоленск, но про «Спартак» спросил, — утешило меня начальство.

До времени, когда слов Бердыева много в газете не бывает, оставалось чуть меньше восьми лет.

Да, и четок, а правильно говорить «таспех», я в его номере тогда не приметил.

НАВАС КАК ПРЕДЧУВСТВИВИЕ

— Ну что ты грустишь, а? Смотри, солнце какое! Вот тебе герой. Интервью сделаешь. Эксклюзив, как редакция любит, — Бердыев широко улыбался, явно довольный проделанной работой. На сутки он уезжал из Кампоамора, где «Рубин» готовился к сезону-2009, абсолютно лучшему в своей истории. Причиной отлучки был испанец Сесар Навас, купленный в Сантадере.

— Он уже идет к тебе, я распорядился. Зовут Сесар, фамилия Навас. Будет у нас теперь играть. Парень — золотой. Пока на русском не говорит, но научится, уверен. А пока Юра Солано поможет, я его пришлю, — Бердыев знал, как поднять настроение журналисту, который проводил время на сборе за столиком в кафе, где был устойчивый интернет.

Курбан знает толк в людях и футболистах. Сесар заговорил на русском и публично критиковал свой клуб за некрасивое расставание с тренером, который привез его в Россию. Не боялся.

«БАРСЕЛОНА» В ДОМОДЕДОВЕ

— Поговорить? Ладно, давай, я готов. Только ты потом полосу напишешь же, — у Курбана всегда с собой крошечная шпилька.

— Нет, меньше. Бекиеч, мне очень нужно. Ну хотя бы 15 минут и всего десять вопросов.

Он кивнул, тут же присев за столик в кафе в аэропорту Домодедово.

Вопросов было тридцать. Разговор растянулся на целый тайм с перерывом в придачу. В этом незримом тайм-ауте я поймал на себе пристальный взгляд. Вдалеке, за столиком, сидели люди, в том числе женщины с детьми. Все явно ждали Курбана. А он после двухнедельного сбора в Испании разговаривал с каким-то очкариком, который нарушал все мыслимые правила и что-то спрашивал про футбол.

Интервью получилось содержательным. Но лучше бы Бекиевич его не давал. Ему потом долго и совершенно не по делу пеняли за сравнение с «Барселоной», чья философия и приверженность стилю стала для Бердыева новым вызовом и ориентиром в работе. Но все почему-то решили, что Курбан близорук, раз решил научить за зиму свою команду каталонской «тики-таке».

Мне тогда было стыдно — вот, поговорил человек, что называется на свою голову.

ДОБРОЕ СЕРДЦЕ

— Ты что себе позволяешь? Ты для чего это пишешь?! Тебе сколько заплатили за эту заметку?!! Как ты смеешь это устраивать!!! И это — ты, — Курбан был вне себя и едва не срывался на крик, причем прилюдно, в зоне прилета аэропорта Антальи.

Это означало, что миссия провалена, тренер очень и очень зол. Поводом для гнева стала заметка, в которой утверждалось, что «Рубин» купит аргентинского защитника. Информацию дали влиятельные в Южной Америке агенты, чья родина — Армения. Проверка полученных агентурных данных ее вроде бы подтверждала, но на деле Бердыева интересовали совершенно другие люди, и он успел доложить о планах Рустаму Минниханову. Тогда — председателю наблюдательного совета «Рубина», ныне — главе республики Татарстан.

Газетам у нас люди верят, журналисту, который годами пишет о «Рубине», — тем более. В итоге получилась подстава. Глупая, дурацкая.

На первую тренировку, которая шла прямо на поле известной гостиницы «Адора», я не пошел. Решил, что меня выгонят. На пятое занятие Курбан отвез меня лично, на арендованной клубом машине. Он остыл, не потребовав даже извинений. Говорили по дороге о трансферах, обсудив возможности игрока, который теперь мается где-то в ФНЛ, но благодаря Бердыеву что-то выиграл за карьеру.

А вы говорите — злопамятный, ошибок не прощает. Прощает. Сердце его — не камень. Наоборот. Но! Не всех туда — в душу, близко к сердцу — пускает.

Мне очень крупно повезло.

ЗИНЭТУЛЛА И ВЛАДИМИР

— Как там Бекиеч в Ростове?! Ты должен знать, — тренер волейболистов казанского клуба и сборной России Владимир Алекно ответил на все вопросы для газеты, и беседа перетекала в неформальную. Футбол, похоже, для Алекно — это сначала коллега Бердыев, а потом уже все остальное.

Два больших тренера, сделавшие Казань своим домом, — хорошие товарищи. Вместе им интересно, они рады узнавать новости друг о друге, которые не напишут в газетах.

И Зинэтулла Билялетдинов с Бердыевым почти друзья. На открытие Универсиады пришли вместе, неизменно сохраняя человеческую симпатию и держа связь, несмотря на любые повороты в карьерах.

Наверное, это тот самый случай, когда рыбак рыбака и видит, и знает. Причем лично.

ГЛАВНЫЙ ПО ТАРАЗУ

В Таразе Бердыев работал с коллегой Ваитом Талгаевым. Де-факто у них был дуэт, но де-юре старшим был Курбан. По крайней мере так информировали публику справочники и программки. Талгаева, который принял команду в январе 1989-го, после отъезда коллеги на учебу, ситуация с исторической правдой нервировала.

— Да мы вместе работали, Андрей! Все делали вместе, все! Деньги были одинаковыми, но для начальства решили, что лучше, если Курбан будет числиться старшим, — Ваит Адбулхамидович был непривычно эмоционален, рассказывая о том, какими были «Химик» и Джамбул второй половины 80-х.

Бердыев остроту ситуации снял элегантно:

— Да, все верно — мы постоянно были вместе, делились идеями, но уволиться, уезжая в Москву, пришлось мне. Возвращался из Москвы в Алма-Ату, помощником в «Кайрат». Ваит потом в Тараз дважды возвращался, выиграл чемпионат страны, два раза медали брал с клубом. Для Тараза он самый главный тренер. И это навсегда.

А вообще эти двое 30 лет назад дали друг другу такой импульс, который подарил Казани два золота и два разных кубка, а Грозному — еврокубки и Кубок России. Повторить то, что сделал для «Терека» и «Рубина» творческий дуэт из Джамбула, у их коллег пока не получается. А кто главнее для истории в этом контексте не очень-то и важно.

КАК КУПИТЬ ДОМИНГЕСА

— Компьютер на время есть? — лицо у тогдашнего директора казанцев Фарида Хабриева было серым. Рядом стоял задумчивый Константин Сарсания. Тогда — футбольный агент № 1 в России. Ситуация явно была нештатной.

— Надолго?

— На ночь хотя бы. Лучше — на сутки.

— Дадим, не вопрос.

Компьютер в итоге отдал мой коллега Максим Квятковский.

Дело было в Марбелье, где «Рубин» проводил февральский сбор после бронзового успеха 2003 года. В одном отеле, базовом для советской сборной на ЧМ-82, жили три наших клуба. Соседями казанцев оказались ЦСКА и «Торпедо-ЗИЛ», а Бердыев нервничал, глядя как на глазах конкурентов по территории отеля бесцельно шляется Алехандро Домингес.

Торговать одним из самых ярких футболистов в истории российской лиги приехала целая команда менеджеров. Процесс согласования условий сделки растянулся на пять дней. Договора переписывали, для работы нужна была русская раскладка клавиатуры и терпение.

Наградой за участие в сделке нам стал прекрасный ужин. Курбан по такому случаю сказал тост, держа в руке бокал с минералкой.

— Ну если так долго договаривались, должен заиграть. Талант невероятный. Характер есть. Он сложный парень, но именно из таких большие футболисты обычно получаются, — Бердыев явно знал за кем вел охоту.

Так и вышло, а компьютеры в казанском клубе купили вскоре очень многим.

СЕМЕРКИ ВМЕСТО ЭПИЛОГА

На этом стоит закруглиться. Хотя бы потому, что семерка — любимая цифра Курбана Бекиевича. Номера его мобильных телефонов — это всегда некий набор с ней.

О Бердыеве много говорят, всегда обсуждают, делая из него то мистика, то волшебника, то закрытого от мира мудреца. На деле он разный, но всегда цельный. Цельность натуры — главная черта Курбана. Большого тренера и человека, который умеет меняться, расти как специалист и дружить. Еще он всегда дорожит теми, кто прошел с ним непростой путь. Своих не сдает, а обстоятельства на этот жизненный выбор повлиять не могут.

В пятницу у него матч в Перми. Важный. В свое время «Рубин», выиграв у «Амкара» в гостях, сделал важнейший шаг на пути к золоту. «Ростов» от таких реалий пока далек, несмотря на место в турнирной таблице. Курбан, делая резкие заявления через клубный сайт, одергивая спонсоров, не лукавит. Нет, он скорее раздражен — неаккуратными словами, способными спугнуть удачу.

Удача не любит многословия, но любит смелых и дерзких. Бердыев — такой. Удачи вам, Курбан Бекиевича. И спасибо, что вы снова в большой игре. Без вас было бы намного скучнее.