Саспенс, который построил Альфред
Альфред Хичкок наиболее известен триллером «Психо», который называют первым слэшером. Но нельзя просто так взять и заработать звание мастера саспенса за один фильм об извращенце, кромсающем людей в платье своей матери. В день рождения великого режиссера, который смотрел на кино, как на жизнь, откуда вырезаны самые скучные сцены — кинокритик Артур Завгородний вспоминает пять лучших саспенс-сцен его фильмографии.
«Саботаж», 1936
Владелец кинотеатра подрабатывает террористом и планирует взрыв в центре Лондона. Выясняется, что за ним следит полиция, поэтому диверсант отправляет на задание мальчишку, брата своей жены, чтобы тот вместе с кинопленками доставил коробку со взрывчаткой. Конечно же, паренек ни о чем не догадывается, поэтому по дороге забывает о деле, а потом второпях заскакивает в переполненный автобус. Вспоминается знаменитая сцена с бомбой в «Печати зла», снятая одним дублем.
Хичкок видит удовольствие в страхе, поэтому постоянно растягивает и ускоряет время. Чем больше нагнетания тревоги и напряжения — тем насыщеннее драма. Режиссер не раз показывает коробку крупным планом, тасуя кадры то записью «Не забудь, птички запоют в 1:45», то шестеренками бомбы, то циферблатом часов. Кадры накладываются друг на друга, а зрителю остается наблюдать и волноваться, когда же, наконец, бабахнет. Хич делает смелый и ужасный шаг для коммерческого кино — убивает ребенка вместе с другими лондонцами. Эта сцена — классическое построение саспенса от режиссера, который, подобно диверсанту, вселяет страх смерти.
«Дурная слава», 1946
Как жить, зная, что жена — американский агент? В этом шпионском нуаре Ингрид Бергман и Кэри Грант играют влюбленных. Он — американский разведчик. Она — дочь шпиона гитлеровского Рейха. Теперь германская femme fatale по заданию американцев внедряется в группу нацистов, чтобы раскрыть коварный план.
Главная сцена в фильме — тайное проникновение в винный погреб, где Бергман и Грант рассматривают бутылки, одна из которых потихоньку соскальзывает (пара этого не замечает — только зритель) и разбивается вдребезги. Оказывается, в бутылках хранится урановая руда для атомной бомбы. Между тем на вечеринке заканчивается шампанское, и дворецкий сообщает хозяину, мужу главной героини, что пора спуститься в погреб. Напряглись?
Здесь шантажируют, обманывают и умирают, но важно помнить, что хичкоковские фильмы не только о саспенсе, который в руках творца работает на драму. Фильмы Хичкока всегда о любви и предательстве, ведь если вдуматься, в чем смысл хранить урановую руду в винных бутылках? Все очень закручено и опасненько. Короче говоря, по-хичкоковски.
«В случае убийства набирайте „М“», 1954
Телефон, деньги, ключ и «несколько минут работы без всякого риска». Муж замышляет убийство своей неверной жены, шантажируя мелкого мошенника, который должен проникнуть в квартиру и задушить леди чулками. Ключ оставляют под лестницей, а муж, гуляющий в кабаке с любовником жены, должен подать сигнал, позвонив ровно в одиннадцать вечера. Казалось бы, идеальное преступление.
Прекрасная Грейс Келли в образе жертвы поднимает трубку телефона, убийца, крадучись, набрасывается сзади и затягивает петлю на шее, но женщина борется и отчаянно тянется к ножницам, чтобы намертво вонзить их в спину незнакомца, в то время как хитрый муж подслушивает, как душат его женушку.
Криминальный детектив, снятый Хичкоком в 3-D для создания иллюзии театральной постановки, получился разговорным, но пиком истории является именно убийство с неожиданным поворотом. Напряжение обостряется, когда наручные часы мужа останавливаются, и он понимает, что может опоздать со звонком. Сцена удушения предельно драматичная, так как про убийство знают только злоумышленники и, разумеется, зритель.
«Психо», 1960
Бабушкин слэшер, который настолько сильно вжился в поп-культуру, что забываешь, насколько он был радикальным и странным почти 60 лет назад. Сегодня этот психологический аттракцион с вауйеризмом, трансвестизмом и инцестом, где режут даже титры, заанатомировали до костей.
Мэрион Крэйн крадет крупную сумму денег и мчится из города, по пути попадая под ливень и останавливаясь в «Мотеле Бэйтса». После беседы с робким таксидермистом Норманом Бэйтсом, который управляет мотелем и живет с больной матерью, Мэрион решает вернуться и покаяться, но перед этим принимает душ, а через дыру в стене за ее прелестями наблюдает Норман. Дверь в ванную тихонько открывается, появляется силуэт, а дальше занавеска, нож, крики и труп на мокром полу. Сперва мы становимся смертью, когда вместе с маньяком подглядываем за женщиной, а потом смерть смотрит на нас — зияющий чернотой слив ванны и открытый глаз жертвы, чей взгляд направлен на зрителя.
Быстрая, острая, как лезвие ножа, нарезка кадров и планов и интенсивное музыкальное оформление Бернарда Херрманна. Неукротимая ярость и сумасшедшая жестокость! Убить главную героиню в середине фильма — смелое решение, но важно другое — ударов ножом и наготы нет. То, что, как нам кажется, мы видели, продиктовано исключительно силой внушения. Никакой порнографии — только намеки. Жуткое кромсание ножом в душе навсегда застыло в умах публики, ведь каждый из нас хотя бы чуточку питает тайную страсть к насилию... и ужасу.
Помимо внезапной атаки в душе, ставшей учебником для кинематографистов, здесь есть и другая великолепная саспенс-сцена — убийство детектива Арбогаста, который осторожно заглядывает в особняк Бэйтсов, но мы-то знаем, что там притаилась сдуревшая мамаша. Атмосфера пропитывается опасностью, как только Арбогаст, едва начавший расследование, переступает порог и шагает наверх по лестнице, ведущей к смерти. Именно здесь «Психо» принимает апокалиптический характер.
«Безумие», 1972
Темза, пабы, рынок Ковент-Гарден и обнаженные тела. Хичкок возвращается в Англию! «Исступление» не разбирают по кадрам в киношколах, а напрасно, ведь это непризнанный шедевр Хича, где есть аж три великолепные сцены саспенса.
Торговец фруктами Боб Раск, казалось бы, вежливый, дружелюбный и улыбчивый джентльмен, вдруг яростно насилует и душит Бренду Блэйни. Раск душит галстуком, а именно в это время полиция разыскивает «галстучного маньяка», который терроризирует Лондон. Однако подозрения падают на мистера Блэйни. Чувство вины переходит от виновного к невиновному, а вина и порок — традиционные темы хичкоковщины.
Удушение галстуком сравнимо со знаменитой «психовской» сценой в душе. Лицо кричащей женщины — символ истерии и сексуальности. Особенно с высунутым наружу языком. Правда, позже режиссер обыгрывает убийство в совершенно иной манере. Раск вместе с другой жертвой поднимается по ступеням в свою квартиру, а после того, как пара захлопывает дверь, камера так же непрерывно и плавно проделывает обратный путь и выходит на оживленную улицу, отдаляясь все дальше, и все без музыки — только тишина и звуки города, а смерть остается в квартире. Немного погодя, Хичкок снова напоминает, что он мастер саспенса, но на этот раз сдабривает сцену черным юмором. Ночью Раск тайком выносит труп в мешке и бросает в грузовик с картошкой. Вернувшись в квартиру, убийца осознает, что потерял именную брошь. Вещица зажата в руках жертвы. Маньяк мчится к грузовику, запрыгивает и начинает бороться с мертвым телом, которое даже не думает уступать. И все на ходу.
Артур Завгородний