Бывший следователь прокуратуры Олег Волчек увязывает самоубийство в Бресте с проблемами на службе. В Бресте 15 июля покончил с собой офицер областного управления Следственного комитета. Он застрелился из личной двустволки ТОЗ-34, которая была официально зарегистрирована По неофициальной информации, офицер возил главу Брестского УСК Александра Рахманова, который 11 июня ушёл на повышение в Минск. Александр Лукашенко своим указом назначил его заместителем госсекретаря Совета безопасности – на место ныне находящегося под следствием Андрея Втюрина. А между тем еще не стерлась из памяти история с самоубийством (убийством) сотрудника ГАИ из Могилева Евгения Потаповича. Почему все чаще и чаще сотрудники правоохранительных органов уходят из жизни? На этот вопрос "Белорусского партизана" отвечает бывший следователь прокуратуры Олег Волчек. - Все чаще сотрудники правоохранительных органов уходят из жизни. Думаю, уход из жизни связан прежде всего со службой. Недавно я разговаривал с действующими молодыми оперативниками: по-прежнему существует план по возбуждению уголовных дел, вербовке. Любыми способами ты должен выполнять доведенный план, даже путем превышения или злоупотребления служебными полномочиями. У многих просто не выдерживает психика такого прессинга. Возможно, погибший знал некие тайны, все-таки возил не просто офицера, а высокопоставленного чиновника Следственного комитета. Не исключено, что у погибшего были личные проблемы, но, думаю, скорее всего, наложились служебные проблемы. Все-таки ему было 32 года: в органах уже работал, опыт есть. Все сотрудники правоохранительных органов ежегодно проходят медицинскую комиссию, работают с психологами, которые должны вырабатывать алгоритм решения проблем. В Следственном комитете, в МВД существует служба собственной безопасности, но она не работает. Служба собственной безопасности должна быть независимой, но сотрудник пожаловался на проблемы, а его тут же «закладывают» начальству. А основная проблема сегодня – коррупция, многие не выдерживают вынужденной лжи. Особенно ярко это видно по наркотической статье 328 – десятки матерей уже заявляли про подлог документов и фальсификации. Но этим занимаются живые люди, и рано или поздно совесть просто не выдерживает. Проблема с кадрами не решается годами. Следственный аппарат серьезно ослаб после реформы в 2011 году, качество следствия упало: опытные следователи ушли, а молодежь варится в своем соку – нет преемственности. Раньше к нам приставляли старших следователей: нас обучали, нас воспитывали. Правоохранительным органам нужна независимая служба собственной безопасности, свой профсоюз, - чтобы человек имел возможность легально решать накопившиеся проблемы. Но власть и сейчас молчит, словно ничего не произошло. А ведь умер человек. Вспомним, как совсем недавно обошлись с Потаповичем: сначала – герой, потом – самоубийца. А другие офицеры смотрят на все это… Но в любом случае - не надо уходить из жизни: есть семья, дети. В конце концов, всегда можно уйти из органов, раскрыть коррупцию, во всяком случае, остаться в живых и жить ради родных.
