ЗАКОН БОЖИЙ

"Дети, инвалиды, кто еще? Сироты, крепостные, холопы", – комментирует происходящее сам депутат, - и никаких эмоций. На то и шут при господине, чтобы в крайней нужде назвать все своими именами, но так, чтобы выхолотить, смешать с грязью, ибо сказанное шутом, даже если правда, уже смешно. А вот Послание Патриарха, наоборот, пробивает до костей, навылет, на убой:


"И лишь озлобленное, исполненное зависти сердце Ирода не хочет принять божественной правды, не радуется — но трепещет, не от страха Божия — но от трусости. Вдумаемся, не уподобляемся ли ему мы своими делами, не ставим ли на первое место собственное благополучие и комфорт, не боимся ли мы, что кто-то будет лучше нас, талантливее и добрее, не творим ли мы зло такому человеку, стараясь уязвить его или опорочить... свергнуть с пьедестала, дабы возвести на высшую ступень себя? Не получается ли так, что источником истины становится для нас не Господь и Его святые заповеди, а мы сами? Не соблазняем ли мы других, выдавая за правду свои собственные выгодные нам измышления, не раздираем ли мы хитон Христов своими амбициозными действиями, не сеем ли семена раздора и ропота среди братьев по вере?.."

Блестяще, огненно, вьюжно, хлестко до физической боли.
Видимо, перенакипело.

Это уже даже не магистр Ян и не д-р Мартин, - они, при всем уважении, сказав "а" и даже "б", все же не посмели пойти дальше, посягнув на устои. Дальше, за черту, открыто,- в этих же словах! -  обличая сильных и вельможных, погрязших в жалкой трусости,

злоумышленой подлости, низком лицемерии, своекорыстной лжи, суетной грызне за достаток и комфорт, без трепета,  - убоясь гнева Божия больше гнева земных владык, - уподобляя их  Ироду, проливая свет в растерянные сердца простецов, призывая к смирению

лишь перед Творцом,  но не перед земной неправдой, указывая обманутымхолопам  и крепостным путь к правде, шагнули разве что преподобный Джон Болл, брат Джироламо Савонарола, Фра Дольчино и Томас Мюнцер, - и устами их говорил сам Господь...