Мина для НАТО под Алеппо: чем закончится операция ВКС РФ и ВВС Турции против ИГ
Первая совместная операция ВКС РФ и ВВС Турции проходит в пригородах населенного пункта Эль-Баб, провинции Алеппо. Объединившись, самолеты бомбят позиции боевиков «Исламского государства». Что последует дальше и какие выводы можно сделать по горячим следам операции? Выясняло Федеральное агентство новостей.
Итак, в воздушной борьбе против ИГ (арабское название — ДАИШ, запрещена на территории РФ) участвуют девять ударных самолетов ВКС (это четыре Су-24М, четыре Су-25 и один бомбардировщик Су-34), а также восемь турецких самолетов, среди которых четыре F-16 и четыре F-4. Они, по словам начальника главного оперативного управления Генштаба ВС России Сергея Рудского, наносят удары по 36 объектам террористов. Все они были заранее согласованы по линии генеральных штабов и авиационных группировок двух стран. И вполне себе вписываются в план «всеобъемлющего перемирия» в регионе, который Москва и Анкара согласовали в конце прошлого года.
«Турция и Россия выработали четкие и ясные правила сотрудничества именно в борьбе с терроризмом. Если и были сомнения в успешности нашей общей операции, то они касались печального опыта взаимодействия с США, которые демонстрировали свою несерьезность в отношении различных договоренностей. Внутри Штатов много акторов: один с тобой договаривается, а второй мешает. И получается, что внутриамериканская борьба только вредит, нет единого центра принятия решения. А вот в России и Турции такие центры есть. Наша система управления в таких вопросах более совершенная», — комментирует военный эксперт, доцент кафедры политологии и социологии Российского экономического университета имени Плеханова Александр Перенджиев.
По его словам, исламисты в последнее время постоянно устраивают взрывы в самой Турции, что и стало поворотным моментом для переориентации Анкары. Там поняли, что лучше воевать на подступах к территории страны, чем по-прежнему доверять в этих вопросах Вашингтону.
«Для России это хороший и уникальный опыт в борьбе с терроризмом, это эффективное взаимодействие со страной НАТО на Ближнем Востоке. Казалось бы, Турция хотела активно участвовать в работе западной коалиции под руководством США или сотрудничать с саудитами, но она выбрала российский путь. Мы и дальше будем взаимодействовать именно в борьбе с ИГ. Будет продолжение не только на территории Сирии, но, возможно, и в Ираке и вообще в других областях. Выскажу осторожную мысль, что этот опыт будет содействовать сближению России и Азербайджана. Мы развиваем с ними экономические отношения, налажено военно-техническое сотрудничество. Наш тройной антитеррористический союз может хорошо работать, учитывая, что Баку входит в антитеррористический центр СНГ, плюс мы еще говорим об альянсе Баку-Москва-Тегеран. Турция в дальнейшем может пойти на сближение с Китаем, что многим кажется сейчас нереальным. Ну, а если переговоры ведутся в Астане, Казахстан тоже не будет против участия Турции», — продолжает эксперт ФАН.
Читайте по теме: Союзники в небе над Сирией: ВКС РФ и ВВС Турции сверили часы в борьбе против ИГИЛ
Получается, что может выстроиться новая конфигурация государств, а привычные схемы вроде НАТО могут плохо работать.
«Понимаете, Турция входит в НАТО, альянс с Россией не взаимодействует, значит, Анкара с Москвой иметь дел не может. Но ведь на деле выходит совсем наоборот. Реальная угроза рождает реальные военные союзы. Турция, столкнувшись с реальной проблемой терроризма, видит, что НАТО не помогает и не работает на турецкую безопасность. Потому совместная операция России и Турции закладывает мину замедленного действия в существование самого НАТО. Альянс показывает свою неэффективность и не может защитить своих членов», — добавляет Перенджиев.
Зато Россия может. В том же Эль-Бабе до недавнего времени дела у Турции шли не так хорошо. Наступление на контролируемый ИГ город было остановлено: взять его с наскока авиация и легкие части не смогли. Затягивать же боевые действия Анкаре ни к чему: это может негативно сказаться на государстве и отразиться серьезными внутренними и внешнеполитическими проблемами.