Немецкие СМИ: Украинцев зомбируют с помощью патриотической цензуры
Популярное берлинское издание Tageszeitung публикует статью – крик души украинской журналистки Анастасии Магазовой, имя которой очутилось в печально известном списке сайта "Миротворец". Репрессии против объективных журналистов, патриотическое промывание мозгов – центральные немецкие СМИ не часто публикуют настолько жесткие статьи об украинской реальности.
"В моей стране война. Но могу ли я все же критиковать правительство? В моей стране война. Но я знаю, что украинские спецслужбы пытают заключенных. Уместно ли писать об этом? В моей стране война, однако коррумпированная элита не прекращает цинично грабить бюджет. Можно ли сейчас писать об этом?", - передает слова украинской журналистки Tageszeitung.
Эти вопросы задаю себе я и многие другие журналисты. Аннексия Крыма и война на Донбассе развернули горячие дебаты о роли и задачах журналистики, при этом консенсус о том, что происходит на самом деле, отсутствует. Идет ли речь о территориальном конфликте, или о российско-украинском военном противостоянии, а может Украина стала полем битвы России и Запада? Нет единства и в том, как нужно называть людей, противостоящих украинской армии.
В одном вопросе единство все же есть, а именно – в том, что Украине нужны исключительно патриотические журналисты. Не пишущие объективно профессионалы, а демонизирующие врага рупоры героизации всего, что является украинским. "Не время сейчас приводить в уныние армию и общество" - я часто слышу такую реакцию, когда высказываю критику как журналистка.
Власти задают тон, и общество ждет героических историй. Конечно, герои существуют. Но это только одна сторона медали. Другую же сторону видеть никто не хочет, и проблемы замалчиваются.
Мародерства, грабежи, очевидные нарушения законов – все это есть и на украинской стороне. Но в большинстве случаях об этих преступлениях молчат. Общество, уставшее от войны, ищет оправданий, выставляя противника в образе дьявола. Подача новостей в украинских СМИ о Крыме или Донбассе представляет собой более или менее субъективные репортажи, в которых демонизируются люди, проживающие на этих территориях. Причины такого положения дел лежат на поверхности. Самая главная из них – у украинских журналистов нет допуска к данным территориям. К тому же, непонятен статус проживающих на них людей. Кто они – украинские граждане, враги или коллаборационисты? Пока не наступит перемирие и не появится ясность в отношении статуса вышеназванных территорий, вопросы эти будут оставаться открытыми.
Последний скандал вокруг сайта "Миротворец" является отличным доказательством поляризации внутри украинского общества. Официально об этом можно прочитать следующее: "украинские хакеры взломали базу пророссийских сепаратистов и получили доступ к базе данных с именами журналистов, аккредитованных на оккупированных территориях". Всего были опубликованы личные данные более 4000 таких журналистов, в том числе и мои.
Реакция общества и прирученных журналистов на эти публикации была однозначной: на журналистов из списка "миротворца" поставили клеймо предателей и коллаборационистов, а аккредитацию выдали в качестве доказательства сотрудничества с "сепаратистами". При этом украинская читательская публика очень быстро забыла, что в условиях тотальной информационной блокада она могла получать объективную или, как минимум, альтернативную информацию об оккупированных территориях именно благодаря этим журналистам.
Помимо этого, с недавнего времени для журналистов, работающих в зоне боевых действий, появились новые препятствия: министерство обороны Украины решило проводить для них обязательные тренинги про то, как нужно освещать те или иные события. С 2017 года журналисты, которые не пройдут такие тренинги, не смогут вести репортажи с фронта.
На этих тренингах речь идет как о вопросах безопасности, так и о "правильной журналистике" в том смысле, как это определение понимает украинское государство. Что нам это говорит? Война будет длиться еще долго, а журналистика должна стать инструментом антипропаганды.
Но насколько вообще возможно вести профессиональную журналистскую работу на Украине? Особенно если читатель не заинтересован в объективной информации. Разные журналисты решают данную дилемму для себя по-разному. Часть соглашается на то, чтоб ставить национальные интересы и патриотические чувства выше профессионализма. Другие меняют род деятельности и присоединяются к добровольцам, оказывающим конкретную помощь в зоне конфликта.
Однако есть еще и третья группа, к которой причисляю себя и я, а именно – журналисты, которые не перестают освещать события профессионально и объективно. При этом мы осознаем, на какую жесткую критику нарываемся. Эта, третья группа, самая малочисленная и самая нелюбимая на Украине.
Один пример: жертвами вооруженного конфликта на Востоке считаются около 1,7 миллиона внутренних беженцев. Эти люди сталкиваются с огромными проблемами и почти не получают поддержки от государства. Уместно ли писать об их лишениях и отчаянии? Ведь подобные статьи могут навредить имиджу Украины и спровоцировать опасения у тех, кто рассматривает варианты переезда на Украину. Мой ответ – да! Это будет неприятно, но это будет правдой.
"Однако многие украинские СМИ не хотят публиковать подобные репортажи. Есть ли выход в такой ситуации? Я думаю, да. Если журналист не в состоянии решить свой внутренний конфликт интересов между "гражданским" и "профессиональным", то ему стоит сменить профессию. Горькая правда, но она все же лучше, чем сладкая ложь", - резюмирует журналист.
Юрий Абрамович