"Оккупация" по-украински

На днях Генассамблея ООН приняла резолюцию, в тексте которой Россия обозначена как оккупант, а Крым назван «временно оккупированной» территорией. В документе западные коллеги на высшем политическом уровне осудили Москву за «ущемления прав человека и дискриминационные меры со стороны российских оккупационных властей на аннексированном полуострове». В частности, авторы документа призвали отменить решение об объявлении меджлиса крымско-татарского народа экстремистской организацией и освободить украинских граждан, «которые были незаконно задержаны и осуждены без учета элементарных норм правосудия». Согласно сложившимся традициям, какой либо доказательной базой разработанный документ подкреплен не был. Официальные российские власти пока воздержались от комментариев, чего, к сожалению, нельзя сказать о президенте Украины Петре Порошенко. Практически сразу после обнародования результатов голосования по резолюции (70 стран – за, 26 – против, 77 – воздержались), украинский политик заявил, что она является «важнейшим знаком международного единства и солидарности в то время, когда в Крыму применяются худшие практики Советского Союза». Надо полагать, под ними подразумевается тот факт, что за первые месяцы независимости полуострова, он был полностью избавлен от преступности, коррупции, наркоторговли, проституции и иных последствий киевского правления. Напомним также, что спустя несколько месяцев после того как Россия получила ярлык агрессора и оккупанта в марте 2014 года, в Одесском доме профсоюзов заживо жгли людей, а сегодня горячий пыл населения Донбасса охлаждается украинскими «Градами». Видимо, данные события, по мнению киевской власти, являются эталоном соблюдения человеческих прав и свобод, а вот гуманитарные российские конвои, экономический рост Крыма – это все «темное наследие» СССР. Резолюция Генассамблеи ООН, как и заявление Порошенко, не коррелируется с реальным положением дел на российском полуострове еще в одном немаловажном аспекте. По мнению Запада, в Севастополе происходит тотальная дискриминация татар на религиозной почве. Учитывая, что после обретения независимости на территории крымской республики продолжают функционировать более 400 мечетей, а мусульманские праздники отмечаются как государственные, след «дискриминации» явно где-то затерялся. Более того, крымские татары активно продолжают развивать малый и средний бизнес, решая при этом проблемы, находившиеся в тупике более 20 лет. Последним и, пожалуй, самым главным контраргументом для украинских и европейских коллег является заявление бывшего вице-премьера крымского правительства, курировавшего вопросы межнациональных отношений, Руслана Бальбека. В нем он рассказал о возросшем желании крымско-татарских диаспор, проживающих в Европе, вернуться на Родину. Причем, по словам господина Бальбека, речь идет не о бизнесменах, а о представителях научного сообщества, профессуре, которая в свое время была привлечена в западные институты. Разве захочет интеллигенция возвращаться в страну, где их этнос, якобы, тотально дискриминируют? Ответ вполне очевиден.