Понимая, что Т-34 при высокой материалоемкости танк, в общем-то, довольно посредственный, руководство Главного автобронетанкового управления Красной армии (ГАБТУ КА) весной 1943 года начало снова поглядывать в сторону Т-50, который, как казалось, окончательно ушёл в небытие в самом начале 1942 года. Однако 24 февраля 1943 года в адрес Сталина пришло письмо, открывавшееся следующими словами:
Выполняя свой долг перед Советской Родиной в период ожесточенной и героической борьбы советского народа с немецко-фашистскими захватчиками за свою честь, свободу независимость, мы разработали в виде эскизного проекта новый тип боевой машины. При разработке нового типа боевой машины мы руководствовались тем, что для Красной Армии необходимы боевые машины, обладающие:
1) Высокой скоростью машины;
2) Малой уязвимостью в смысле поражения;
3) Большим радиусом действия;
4) Внезапностью нападения на врага
Прилагавшиеся чертежи поражали пипецом мозга:
Да-да — танк предполагался КОЛЁСНЫЙ, причем с шахматным расположением колес. Гусеницы предлагалось использовать эпизодически, только для движения на слабых грунтах.
Предлагавшийся инженерами завода № 200 «лёгкий танк» (ха-ха — массой почти как у Т-34) использовал ряд наработок по танку КВ, но имел и ряд принципиальных отличий от КВ, и особенно это касается концепции его ходовой части (стилистика исходного документа сохранена):
Существующие конструкции танков представляют собой, главным образом, гусеничный танк с поднятыми вверх приводными звездочками и неприводными опорными катками. Основной недостаток такого типа танков тот, что при разрушении гусеницы танк теряет способность передвигаться, хотя внутренние механизмы его остались невредимыми. В боевой обстановке остановка танка равносильна его гибели.
Новый тип боевой машины — мототанк, предлагаемый нами, освобожден от указанных недостатков. Мототанк представляет из себя колесную, а в случае необходимости и гусеничную машину, у которой все опорные катки приводные. В случае разрушения гусеничной цепи или части опорных катков, машина не теряет возможности передвигаться и может продолжать поражать противника, или, смотря по обстоятельствам, выйти из боя своим собственным ходом. Новая машина, таким образом, обладает свойством малой уязвимости ходовой части, она живет и движется до тех пор, пока действует ее мотор.
По предлагаемому типу боевой машины могут быть сконструированы легкие, средние и тяжелые типы, так как конструктивные свойства настоящего типа машины „МТ“ позволяют это.
На МТ-25, как и на КВ, предполагалось использование торсионной подвески, в отличие от свечной на Т-34, БТ-ИС и А-20. Такое решение заметно сокращало объёмы, которые занимала ходовая часть внутри танка. Наконец, ни о каких поворотных колёсах в новом проекте не было и речи. По мнению Городкова и Стародубцева, МТ-25 должен был поворачивать «по-танковому», то есть при помощи бортовых передач и фрикционов. Для этого танк сделали широким, а колесную базу укоротили.
Нестандартная ходовая часть заметно повлияла и на внутреннюю компоновку танка. Двигатель и трансмиссия находились в кормовой части корпуса, но при этом трансмиссию изобретатели разместили не позади, а впереди мотора. Благодаря этому удалось сократить длину корпуса. Конечно, при таком размещении демонтировать трансмиссию стало бы сложнее, но при этом появлялась возможность обслуживать коробку передач и фрикционы, не выходя из танка.
Само решение перенести трансмиссию вперёд двигателя было продиктовано схемой привода на все колёса. Коробка передач несколько выступала в боевое отделение, но много места не занимала.
В качестве силовой установки для МТ-25 был выбран В-2К, с которым удельная мощность МТ-25 достигала впечатляющих 24 л.с. на тонну. Насчёт заявленных изобретателями 100 км/ч есть определённые сомнения, но максимальная скорость на уровне танка А-20 была вполне достижимой. Бронирование было на уровне Т-34.
Даже для среднего танка объём боевого отделения у МТ-25 получился довольно большим. За счёт большой ширины корпуса (общая ширина машины составляла 2900 мм) и отсутствия громоздких элементов подвески в бортах внутри небольшого по габаритам танка оказалось очень много места. Это позволило изобретателям оптимистично указать размер боекомплекта для 45-мм пушки в целых 300 выстрелов, а для пулемётов — в 120 пулемётных дисков. Звучит это довольно смело, но достаточно посмотреть на большие объёмы, скрытые в надгусеничных полках, чтобы поверить в правдоподобность подобных расчётов.
Число членов экипажа в башне в проекте не указывалось, но схожесть с башней КВ-1, а также даже чуть больший диаметр погона (1570 мм) говорит о том, что внутри могли разместиться командир, наводчик и заряжающий. Объема башни вполне могло хватить для размещения внутри даже 76-мм пушки. Спереди, в отделении управления, как и на КВ-1, размещались механик-водитель и стрелок-радист.
Но, разумеется, «харьковская мафия» сделала всё, чтобы новый танк не вышел даже в опытные прототипы. Порэтому промышленность до конца войны клепала Т-34.