Изувеченный Меркурий перенес еще одну пластическую операцию. Но на сей раз за дело взялись настоящие профессионалы. В итоге бог торговли на фасаде знаменитого Дома фарфора на Мясницкой обрел исконный римский профиль.
Сегодня Меркурий стал ближе к народу — лежит под ногами у прохожих, лицом на асфальте. Лепная голова, наконец, обрела свои исторические пропорции.
"Мы воссоздали около 80% лица. Авторские скулы, нижняя губа сохранились. А мы воссоздали верхнюю часть — челку, козырек, глаза, нос и верхнюю губу", — рассказывает в интервью программе "Вести-Москва" заместитель генерального директора реставрационной мастерской Дмитрий Стадник.
Ремонтировать барельеф пришлось из-за ремонта на Мясницкой улице. Подрядчик должен был всего лишь покрасить фасад дома, но строители вместо рутины захотели творчества и, руководствуясь своим представлениями о прекрасном, нарушили замысел великого Шехтеля — добавили в архитектуру модерна элементы сюрреализма.
"Кто-то из рабочих просто по доброте душевной решил поправить аварийную маску и монтажной пеной немножко сделал то, чего делать не надо было", — поясняет руководитель департамента культурного наследия Москвы Алексей Емельянов.
Божественный лик изменился до неузнаваемости: глаза навыкате, нос сполз, подбородок опух — вид в целом помятый. кажется, проступала даже легкая небритость — гипсовый Меркурий отпустил усы.
"Мы наблюдали внутри много непонятных вещей. Они для заполнения пространства закладывали какие-то ведра, бутылки. Все это мы, конечно, убрали, все расчистили", — отмечает реставратор Александр Чекалюк.
Затем реставраторы по образцу одной из сохранившихся масок сделали пластилиновую копию. Она ничем не отличается от исторической. Когда все — глаза, нос, рот — встало на свои места, отлили барельеф из бетона и приступили к монтажу.
Меркурий совсем потерял голову: вместо изящного римского профиля — дыра в стене. Но на этот раз лицо — в надежных руках. Реставраторы обещают: после такой пластической операции даже швов видно не будет. Работу обещают завершить за один день, а прослужит барельеф 25 лет — если его, конечно, не будут ремонтировать строители.