Американское издание Foreign Policy In Focus опубликовало материал Джонатана Летмана The U.S. Is Militarizing the Pacific – and Not Taking Questions. В нем говорится об угрозах, которые влечет за собой наращивание военной мощи США в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Перевод подготовленФедеральным агентством новостей.
В Азиатско-Тихоокеанском регионе, возможно, в ближайшем будущем будет организованно самое крупное за историю нашего поколения военное объединение, о котором ничего не знает большинство американцев.
Представленный в 2011 году так называемый «Тихоокеанский разворот» Барака Обамы имеет своей целью перемещение военных и дипломатических ресурсов США с Ближнего Востока в наиболее густонаселенный и экономически динамичный регион.
США и без того уже вкладывают огромные средства в данный регион. Здесь находятся десятки тысяч американских военнослужащих, крупных авианосных групп, действуют договора о взаимной обороне с такими развитыми странами, как Южная Корея и Япония. «Разворот» призван укрепить военное присутствие США в регионе, а также заручиться гарантиями более тесного политического сотрудничества с союзниками США и активизации торговли через крупные пакты, подобные Транстихоокеанскому партнерству (ТТП).
«США являются тихоокеанской державой, – сказал президент Обама в своем обращении к австралийскому парламенту в ноябре 2011 года, – и мы планируем сохранить за собой эту позицию». На фоне набирающего силу Китая Обама пообещал, что Вашингтон «будет выделять ресурсы, необходимые для поддержания сильного военного присутствия страны в этом регионе».
В своей статье, опубликованной изданием Foreign Policy, Хиллари Клинтон, занимавшая тогда должность государственного секретаря США, описала роль Америки в тихоокеанском регионе как «жизненно важную», «существенную» и «незаменимую». Для каких-то отдельных кампаний можно добавить и эпитет «прибыльные»: основными компонентами стратегии, как объясняет Клинтон в 2011 году, являются стратегические экономические партнерства и международные торговые соглашения, такие, как ТТП.
Под давлением предвыборной стратегии Берни Сандерса (соперник Клинтон от партии демократов в президентской гонке – прим. ФАН) Клинтон теперь заявляет, что она выступает против ТТП. Но это соглашение продолжает оставаться ключевым элементом стратегии США по затягиванию стран региона в сферу своего влияния. Министр обороны США Эштон Картер сказал, что «ратификация ТТП для меня настолько же важна, как и приобретение еще одного авианосца».
Стратегия «Разворота», несмотря на то, что она отходит на второй план из-за нестабильности на Ближнем Востоке, все еще активно воплощается. США уже провели крупные военные учения и расширили соглашения не только с Японией, Южной Кореей, Австралией, Новой Зеландией, Сингапуром, Вьетнамом, Филиппинами, но и с Мьянмой, Бангладеш, Индией, Монголией и даже Китаем.
Центром этой военной перегруппировки является штат Гавайи, который является штабом Тихоокеанского командования вооруженных сил США (USPACOM) на протяжении почти 70 лет.
Имея базу на острове Оаху, Тихоокеанское командование ВС США считает Азиатско-Тихоокеанский регион своей «зоной ответственности». Включающий 36 стран, в которых проживает более половины населения земного шара, регион простирается, по словам одного из высокопоставленных военных чиновников, «от Болливуда до Голливуда и от пингвинов до белых медведей». К сожалению, по этому поводу отмалчиваются члены Конгресса – в частности, я имею в виду тех четырех, кто представляет единственный штат США, являющийся в полном смысле азиатско-тихоокеанским.
Я больше года пытался связаться с сенаторами Брайаном Шатцом и Мази Хироно и членами Палаты представителей Тулси Габбард и Марком Такайем. Все эти четверо демократов, помимо всего прочего, являются членами комитетов, подкомитетов и партийных совещаний, которые осуществляют контроль над внешнеполитическими вопросами, службой разведки, военно-морскими вопросами, четырьмя видами вооруженных сил, а также отношениями с важными странами Азиатско-Тихоокеанского региона. Кроме того, и г-жа Габбард, и г-н Такай являются активными членами Национальной гвардии, и оба служили на Ближнем Востоке.
Ни один из четырех не был готов дать интервью по своим взглядам на «Разворот» или военную политику США в Азии в целом. Все мои попытки связаться с ними были тщетными, все запросы встречены отказами без разъяснения причин, а интересующие меня вопросы так и остались без ответов.
Ни один из вопросов не был «коварным» и не имел своим намерением поставить отвечающих лиц в неудобное положение. Это были простые и честные запросы, связанные с политикой США в ключевом регионе мира. И для ответа на них у всех предполагаемых респондентов было время на подготовку.
Вот некоторые из них:
1. На японском острове Окинава имеется уже более 30 американских баз. Поддерживают ли члены правительства строительство очередной базы, которое сталкивается с серьезной местной оппозицией, несмотря на поддержку со стороны Вашингтона и Токио? Если да, то считают ли они, что то, каким образом был разрешен данный спор, согласуется с американскими ценностями свободы, демократии и прав человека?
2. Обама, Картер и адмирал Тихоокеанского командования ВС США Гарри Б. Харрис критиковали Китай за военизацию Южно-Китайского моря, обвинив Пекин и в причинении ущерба окружающей среде и в дестабилизации региона. Не создает ли возрастающее военное присутствие США угрозу окружающей среде и стабильности на территории Окинавы, Филиппин, Гуама, Северных Марианских и Маршалловых островов, того же Южно-Китайского моря и т.д.?
3. В 2014 году американские военные провели 425 «официальных маневров» и переместили более 3700 своих солдат по территории Филиппин в рамках Соглашения об усиленном военном сотрудничестве в области обороны (EDCA), которое предоставляет США широкие возможности по эксплуатации и размещению войск и техники на территории филиппинских военных баз. Соглашение не было одобрено или ратифицировано ни Сенатом Филиппин, ни Конгрессом США. Многие филиппинцы выступают явно против данного соглашения и считают, что оно нарушает их суверенитет и подвергает их рискам быть вовлеченными в конфликт США с Китаем. Кроме того, по истечении десяти лет EDCA автоматически продлевается, а это означает, что это на самом деле не десятилетнее соглашение, в чем убеждают местное население. Как вы думаете, должен ли Конгресс США обсуждать условия, по которым вооруженные силы США могут работать в чужой стране в рамках неограниченного по срокам соглашения?
4. На Корейском полуострове, одном из наиболее военизированных регионов на планете, размещены до 28,5 тыс. военных США – а согласно стратегии «Разворота» к этому числу в лучшем случае добавится еще более 800 человек. В свете такого массового присутствия армии США на территории данного полуострова (не говоря уже о масштабных разрушениях, нанесенных Северной Корее Соединенными Штатами во время Корейской войны и о создании климата взаимной вражды) усугубляют ли США и Южная Корея и без того плохую ситуацию каждый раз, когда они проводят крупномасштабные ежегодные военные учения на границе с КНДР?
Например, способствуют ли завершению корейского конфликта учения США с применением ядерных бомбардировщиков B-52 и «стелсов» B-2 на северокорейской границе? Могут ли такие меры привести к воссоединению сторон, или мы просто провоцируем Северную Корею?
Остальные вопросы касались ответственности США за последствия, нанесенные здоровью населения и экологии Маршалловых островов проводимыми на их территории испытаниями ядерного оружия, а также за последствия натурных испытаний вооружений на территории Северных Марианских островов и последствия сокращения военного присутствия на Гавайях и его рост на Гуаме.
Все эти вопросы остались без ответа.
В своей статье в защиту инициативы «Разворота» Хиллари Клинтон пишет, что присутствие США в Азиатско-Тихоокеанском регионе «обеспечивает стабильность и безопасность» и «защищает свободу и прозрачность военных действий ключевых игроков региона». При этом четыре делегата от штата Гавайи более года избегают журналиста, пытающегося провести хотя бы одно интервью на эту тему. В их действиях нет ничего прозрачного вообще, тем более что штат Гавайи является штаб-квартирой для многих из этих операций.
Это позор, т.к. реальные ответы на эти вопросы, возможно, обличили бы систему, которая ставит военные, политические и финансовые институциональные интересы выше подлинно справедливого и мирного общества.
Вот несколько других интересующих меня вопросов.
Член Палаты представителей, г-жа Габбард недавно попала во внимание прессы, когда выразила свои опасения по поводу «стоимости войны». Распространяются ли эти ее эмоции на открытое и откровенное обсуждение военизированного Тихоокеанского региона?
Сможет ли «Тихоокеанский разворот» на самом деле создать более безопасный, более надежный мир или все же сохранит статус-кво, гарантирующий продажу большого количества дорогостоящих систем вооружения? Способствует ли более активное изменение баланса укреплению прав человека и стабильности? Или же оно будет способствовать установлению и расширению мирового порядка, при котором торговые соглашения «так же важны, как и новые авианосцы»?
Как у нации у нас нет никаких сомнений по поводу военизации отдаленных территорий посредством размещения десятков тысяч наших солдат на протяжении долгих десятилетий в других странах. Смогли бы мы сами согласиться хотя бы на короткий срок с проведением подобного рода мероприятий на своей собственной территории? Возможно, в один прекрасный день какому-нибудь другому репортеру выпадет шанс задать данные вопросы членам Конгресса, но пока я не питаю надежд, что они ответят.
Алексей Громов
http://riafan.ru/513397-skrytaya-ugroza-smi-v-panike-ot-amer...