Касьянов и Путин живут в другой России

Власть, оппозиция и гражданское общество – триада, образующая сильное цивилизованное демократическое государство. В идеале, эти элементы живут по одним правилам в одной системе координат и прекрасно осознают потребности друг друга, стимулируя взаимное развитие, как собственное, так и страны, в целом.

В России триумвират живет и функционирует по своим законам, никак не ориентируясь друг на друга. Посему не приходится удивляться тому, что власть в стране несменяема, оппозиция слаба, а гражданское общество пассивно ковыряется в носу, выбирая меньшее из двух зол.

Может, и радо выбрать большее, да больно неубедителен Демон-искуситель, жаждущий заполучить контроль над колоссальными ресурсами страны.

Спустя год после гибели Бориса Немцова российская либеральная оппозиция собралась почтить память своего видного соратника, застреленного на Большом Москворецком мосту в конце февраля прошлого года шествием. Планировали прямо по местам последнего маршрута бывшего вице-премьера, но коварная мэрия отправила Навального, Касьянова и группу правозащитников маршировать по закоулкам, что перечисленная компания восприняла как большую победу и "испуг власти".

Но почему-то в полные памперсы кремлевский функционеров верится с трудом. Из рубахи-парня ельцинского правительства попытались было вылепить икону протестного движения, но тщетно. Дело мутное, результаты расследования смехотворны, а бурного негодования широких слоев населения нет. И волнуют его совершенно другие проблемы.

67% соотечественников, если верить последним опросам ВЦИОМ, пугает большая война, 63% боятся высокой инфляции и обнищания, более 40% опасаются снижения доходов, около 30% -потери работы. А несчастный Борис Немцов, пострадавший не то за убеждения, не то за бурное прошлое, в этом списке не входит в первую тридцатку.

Вот если бы оппозиция провела марш против обнищания и роста безработицы – скорее всего, он бы нашел больший отклик. В первую очередь, в сердцах провинциалов, для которых эти страшилки уже давно не пустой звук, а повседневная реальность.

При этом картину мира действующей власти, как минимум, трудно назвать адекватной сегодняшним реалиям. Президент России Владимир Путин и его ближайшее окружение живут в какой-то иной реальности. Так, главе государства экономическое будущее страны внушает сдержанный оптимизм, который не разделяет его стремительно беднеющий электорат. Младшее звено тандема Дмитрий Медведев искренне верит, что наша хозяйственная система слезет с нефтяной иглы и перейдет к выпуску высокотехнологичной продукции. При этом никакого радикального реформирования не происходит. Ну не считать же таковым антикризисный план со смешными даже по меркам Белоруссии параметрами поддержки реального сектора? В Минфине слова шефа, видимо, пропускают мимо ушей, пугая нас пятнадцатью годами стагнации!

Отечественный автопром президент и правительство поднимают за счет "автомобиля-переростка" B-класса ценой 600-800 тысяч, в зависимости от комплектации. Целевая аудитория разрекламированной лично Путиным новинки Lada X-Ray неуловима и загадочна. Обнищавшему бюджетнику такой стальной конь не по карману, выживший средний класс потребительским патриотизмом не отличается, воротя нос от лэйбла Made in Russia похлеще, чем от китайского ширпотреба. Получается, поволжские производители колесниц с мотором рассчитывают на зарубежных покупателей, которые польстятся ничтожным курсом рубля?

Вице-премьер Дмитрий Рогозин называет драйвером экономического роста оборонную промышленность, что для России, особенно в XXI веке, смотрится насмешкой над собственной историей и походом по граблям. Финансовые аналитики либерального пула видят в этом качестве легкую и пищевую промышленность. В таком бардаке найти единственный выход из кризиса непросто. Потому и полагается национальная элита на авось и принцип "само рассосется".

Впрочем, не исключено, что очень скоро все мы будем жить на одной волне. Популистская предвыборная риторика политических партий, как провластных, так и оппозиционных, в основном, совпадает с чаяниями гражданского общество. Посему с весны и, как минимум, до сентября мы можем вновь стать сильной демократической страной, живущей в одной системе координат, которая вновь испарится в октябре-ноябре 2016-го, сразу после подсчета бюллетеней.

Обозреватель Noteru.com Сергей Рунько