В зоне СВО хорошо известны своей боевой работой разведчики-операторы беспилотных аппаратов 40-й гвардейской бригады морской пехоты Тихоокеанского флота. Они регулярно выявляют цели, которые затем уничтожаются FPV-дронами и артиллерией.
Операторы-дроноводы держат в страхе противника, а заодно используют меры психологического воздействия на противника, забрасывая его позиции листовками с призывом сдаваться в плен. Эта тактика приносит свои плоды. Деморализованный противник охотнее сдается в плен. А листовки – своего рода - пропуск. В них расписан порядок сдачи в плен и указаны контакты для взаимодействия.
С одним из таких специалистов-дроноводов удалось пообщаться корреспонденту «Московского комсомольца».
Залетают в форточку
Офицер-разведчик с позывной «Байкал» доходчиво объяснил роль беспилотных войск в СВО. По его словам, операторы дронов являются для противника одними из самых опасных бойцов.
- FPV-дроны – пожалуй, самое грозное оружие на передовой. В среднем его можно разогнать до скорости 140-150 километров в час, в зависимости от боеприпаса, который несет на себе беспилотник. На машине, без установленной на ней системе радиоподавления, от него не скроешься, - разъясняет офицер.
Если это бронированная цель, рассказывает он, - то надо бить в ее слабые места или обездвижить. Ну, а если это обычный пикап, например, то любое попадание в него станет критическим. Если позволяет местность и у противника нет средств радиоэлектронной борьбы (РЭБ), то уйти от наших боевых коптеров невозможно.
- Мы даже в форточки автомобилей залетаем. В открытые багажники. Иногда видим очень удивленные лица десанта противника и их последние эмоции, - замечает специалист.
По его словам, лучшая защита от FPV-дрона сейчас - это средства РЭБ.
- Хотя идеальным такое средство назвать трудно, - отмечает собеседник. - Ночью, если будет лететь дрон, то из дробовика ты его никак не поразишь. Только РЭБ. Плюс у нас 10-15% дронов оснащаются тепловизорами. Что делает шансы сбить его ночью практически ничтожным. Пехота еще может спрятаться в блиндажах, других укрытиях, а техника, тем более движущаяся, никак не скроется.
«Байкал» отмечает, что сейчас дроноводы могут даже не приближаться к линии боевого соприкосновения. Работают на дистанции 20-25 километров от линии боевого соприкосновения. Противник специально охотится на дроноводов.
- По нам враг работает постоянно. Коптерами, кассетными боеприпасами. Последними - все чаще. Это средство поражение имеет больше шансов вывести из строя оборудование, зацепить оператора, инженера. Дрон – это все-таки более точечная работа.
Офицер рассказал, что в подразделениях бригады в основном поступают дроны заводской сборки.
- Поступают в большом количестве, - рассказывает он. - Устройство их простое: четыре двигателя, винты, корпус, камера, передатчики управления. В среднем стоимость одного аппарата – 50-60 тыс. рублей. Выходит, что дроном за 60 тысяч рублей мы сжигаем танки, которые стоят миллионы долларов. Это Leopard 1, Leopard 2, Abrams.
На одну такую цель может уйти разное количество дронов.
- На один танк может хватить одного дрона, на другой можно потратить десятко. Кстати, больше уходит на танки советского производства. Стараемся их сжигать полностью. Если этого не сделаем, то, скорее всего, его эвакуируют и восстановят. Такой возможности врагу не даем...
«Байкал» рассказал, что после школы поступил в военное училище.
- Когда беспилотную специальность стали внедрять, я и еще несколько человек изъявили желание обучаться данному делу. На СВО попал почти с самого ее начала. Так что воюю третий год. За это время уничтожил порядка 80 единиц различной техники врага. Из тех дронов, что запускал, процентов 70 достигли цели. Остальные, к сожалению, или упали или были сбиты. За такую работу был награжден орденом «Мужества.
Офицер специальных записей об уничтоженных им целях не ведет.
- Просто все их помню хорошо. Больше всего запомнилось то, что поразил французскую самоходку «Цезарь». Почему запомнил ее? Они довольно редко попадаются на «передке», поскольку это дальнобойная установка. В остальных случаях это были танки, БМП, БТР, пикапы и другая легкобронированная техника.
По словам офицера, за каждую уничтоженную цель положено материальное поощрение. Бойцы получают награды, денежные надбавки.
Мечта – сбить вертолет ВСУ
У «Байкала», оказывается, есть мечта – сбить вражеский вертолет.
- Чтобы его сбить, достаточно попасть в любое место, но вот только двигаются они на очень большой скорости. Сейчас и вовсе исчезли, - замечает офицер.
По его словам, сейчас важно делать воздушные ретрансляторы.
- Это для того, чтобы при заходе на цель всегда была четкая видеокартинка, - говорит он. - По возможности, конечно, хотелось бы увеличить дальность дистанции работы дронов. Противник уже понял, что подъезжать к линии боевого соприкосновения ближе, чем на 15 км нельзя. Сразу будешь уничтожен. Если увеличим дистанцию работы, достанем их в и тылу, - уверено говорит «Байкал».
По его оценке, дроны будут эволюционировать.
- Не исключаю применение режима «постоянно прыгающих частот». Это значит, автоматически будут менять радиодиапазоны работы дрона. То есть РЭБом ты его уже не заглушишь, - подчеркивает специалист.
Он рассказал, что в его подразделение регулярно приходит пополнение.
- Стараемся всех ставить в строй быстро. Чтобы обучить оператора и сделать из него эффективного дроновода, в принципе, достаточно двух недель. Конечно, многое зависит от самого обучаемого. Важно то, как у него развита мелкая моторика, внимательность, скорость реакции. Безусловно, сразу асом-оператором за короткий срок человек не станет. Все приходит с опытом, - замечает Байкал.
Офицер поделился: каждые полгода бывает в отпуске на родном Байкале.
- Скажу так, порой встречаю тех, кто находится в раздумье – идти на СВО или нет? На мой взгляд, без желания защищать свою страну сюда приезжать не надо. Если ты не будешь понимать то, для чего ты тут оказался, ты и работать будешь соответственно – плохо. Никому этого не нужно. Нам нужны мотивированные товарищи, - заключил разведчик.
Автор: Дмитрий Корнев