Что в Сирии говорят о российском пилоте, первые слова арестованного дагестанского министра, и Поклонской предлагают стать президентом.

— «Наши выручки кому-то вскружили голову. Думают, что мы можем поделиться»: основатель «Додо Пицца» об уголовном деле против сети.

— «Если бы я нужен был органам, мне бы позвонили»: депутат Скоч о причастности к делу Шакро Молодого.

— «Никакого смысла научного в этом нет»: что стоит за выступлением Путина о генетике.

— «Правда в том, что в этих зонах огонь никогда не прекращался»: неформальный голос сирийской оппозиции о сбитом Су-25.

— «ЧП продлится как хорошая путевка — 15 дней»: что происходит на Мальдивах, где ввели чрезвычайное положение.

— «Мне показалось, что он растерян»: член ОНК Когершын Сагиева о лефортовской втрече с экс-министром образования Дагестана.

— «Если мы будем слушать либералов, ничего не добьемся»: репортаж с похорон летчика Романа Филипова.

— Это ему не «Олимпийский»: лектор Баста не смог собрать аудиторию «Плешки».

— «Я знаю, как сшивать материалы уголовного дела, а книга — с какой стороны к ней подходить?» Наталья Поклонская представила свои мемуары.

— «Русских в этом фильме нет»: первые зрители белорусской премьеры «Смерти Сталина» о фильме.

— «Стоит задача продать земли»: уволенный декан Тимирязевки о новом руководстве университета.

Об этих новостях — итоговый выпуск «Здесь и сейчас» с Павлом Лобковым.