На днях космонавт № 110 приехал в родной Петербург, чтобы принять участие в космической регате. Причём в экипаже, несмотря на звезду Героя России, он выполнял обязанности юнги.
Елена Данилевич, АиФ-Петербург: - Андрей Иванович, что вас заставило из лётчика переквалифицироваться в яхтсмена, сменить скафандр на тельняшку?
Андрей Борисенко: - Хоть я и космонавт-испытатель, все мои предки по маминой линии были моряками, а сам я после окончания «Военмеха» получил звание лейтенанта запаса ВМФ. К тому же эти две стихии - море и небо - имеют много общего. Обе требуют от человека мужества, собранности, умения быстро принимать решения, идти на разумный риск и работать в команде. Да и на Международной космической станции экипаж во многом чувствует себя, как на подводной лодке, где либо все выполняют поставленную задачу и благополучно возвращаются домой, либо никто. Это заставляет ответственно относиться как друг к другу, так и к общему делу.
К ЧП готовы
- Риска во время ваших двух полётов было с избытком. Просочилась информация, что на МКС, как раз, когда вы там находились, едва не произошёл пожар...
- Это чьи-то домыслы. У нас действительно несколько раз сработала система сигнализации, включающаяся при пожаре, но тревога была ложной. Оказалось, датчики дыма среагировали на пыль, которая на космических кораблях скапливается точно так же, как на Земле. На языке профессионалов это называется расчётная нештатная ситуация. Поэтому, с одной стороны, несколько неприятных минут она нам доставила, с другой - это одно из тех ЧП, к которым экипаж готовится, чтобы при необходимости среагировать чётко и грамотно.
- В декабре рухнул корабль «Прогресс», который вёз вам почти 2,5 тонны грузов. В том числе оборудование, системы жизнеобеспечения, продовольствие. Как справились с последствиями аварии, не голодали?
- Мы переживали, но никакой катастрофы не произошло. Логистика снабжения грузами на международной станции построена таким образом, что потеря одного корабля - российского, европейского или американского - не ставит под угрозу здоровье, жизнь или научную программу команды. Количество пищи, воды, кислорода, топлива формируется с запасом, а исследования идут по заранее установленному графику. Поэтому никто не голодал: еды, воды, одежды экипажу в любом случае хватило бы на весь полёт. Так что мы спокойно доработали срок. Более того, экспедицию продлили на два месяца: мы должны были вернуться в феврале 2017-го, но в итоге приземлились 10 апреля.
Космос и санкции
- Какая царит атмосфера на борту МКС? Сказываются ли на отношениях международного экипажа политические конфликты между странами?
- К счастью, политика на сотрудничество в космосе почти не влияет. Сегодня в программе МКС участвуют десятки тысяч людей по всему миру. На борту станции постоянно работают представители разных государств, и идеология всегда отделяется от практики. Я летал дважды, и оба раза в нашей команде были астронавты НАСА: мы прекрасно взаимодействовали с американцами и понимали друг друга. Вместе с другими экипажами встречали праздники - в первый полёт, например, отмечали мой день рождения.
Да и какие могут быть разногласия, когда от действий одного зависит судьба всех? Ведь космос - это не бег на короткую дистанцию, где кто первым финишировал, тот и победитель. Сегодня где-то мы уступаем свои позиции, а где-то лидируем, вырываемся вперёд. Есть вещи, которые американцы до сих пор сделать не могут и пользуются нашими технологиями и аппаратурой. Ясно одно: если не действовать вместе, уникальный проект МКС просто развалится.
- А как налажен быт на станции? Говорят, еда из тюбиков ушла в прошлое, а мороженое теперь доставляют прямо из супермаркета.
- Мороженым, действительно, изредка балуют. Один из «шаттлов» как-то привёз обычные «трубочки» и «эскимо», которые закупили в сетевом магазине. Причём долетело лакомство в отличном состоянии. Для всех это был большой сюрприз, мы радовались, как дети. Если серьёзно, за прошедшие 56 лет космической эры условия здорово изменились. Что касается провианта, в тюбиках остались мёд, приправы. В основном еда сейчас находится в специальных консервах промышленного производства. Содержимое там без искусственных добавок, а консерванты исключительно природные. Залил небольшим количеством воды, подождал 10-15 минут - и вкусный суп или жаркое готовы. Храниться такие баночки и упаковки без потери качества могут до двух лет при температуре от -10 до +30 градусов. Это полностью отечественные разработки, а рыбные консервы для космического меню сделаны на предприятиях Северо-Запада.
- Вы рассказывали, что в одном из полётов отрабатывался мониторинг стихийных бедствий. Сегодня пожары, ураганы, тайфуны бушуют на Земле постоянно. Можно ли из космоса предупредить об опасности?
- Находясь на орбите, хорошо видишь все катаклизмы, но там же начинаешь ясно понимать, насколько несоизмеримы стихия и возможности человека. Когда на твоих глазах молния за доли секунды проскакивает из одного конца континента в другой, понимаешь, что с такой силой тяжело справиться. Но нужно пытаться её обуздать, научиться управлять такими процессами, в том числе используя возможности космоса. К сожалению, средств на подобные исследования сегодня выделяется мало. Но их нужно найти, а не тратить безумные деньги на вооружение.
Президентов - на борт МКС?
- Вам могут возразить, что космос для нашей страны дорогое удовольствие. Расходов много, пользы не ощущается. Да и коррупционные скандалы, связанные со строительством космодрома «Восточный», популярности не прибавляют.
- Пилотируемый космос - прежде всего наука, новые технологии. Сегодня мы снимаем трубку телефона - и через несколько секунд нам отвечают в Европе или Америке. Привычными стали и дистанционное обучение или медицина, когда на расстоянии проводят консультации, ставят диагноз, даже помогают сделать операцию. А ведь всё это результат космических исследований.
Также, чтобы совершить полёт орбитальной станции, нужны новые материалы, совершенное оборудование. Другое дело, как космические новинки использовать на Земле. Американцы, например, сумели свои разработки поставить на службу авиации, военной, гражданской техники, вплоть до бытовых приборов. И нам к этому необходимо стремиться. Тот же космодром «Восточный» - точка кристаллизации науки и промышленности. Проект, который даст толчок для развития всего Дальневосточного региона. А значит, появятся новые рабочие места, придут инвестиции, оживут целые территории. Только нужно использовать его на полную мощность, не допуская мошенничества и хищений. Тогда и получим серьёзный экономический эффект.
- Вы провели в космосе почти год. А о чём думается там, на орбите?
- Знаете, мне как-то пришла такая мысль. Если бы встречи «большой двадцатки» проходили на борту МКС, 90% мировых проблем решились бы быстро и безболезненно для всех участников. Потому что когда во время полёта смотришь на Землю, отчётливо понимаешь, какая она маленькая, хрупкая и как аккуратно на ней надо жить, чтобы не испортить будущее ни себе, ни новым поколениям.
Есть такие точки траектории орбиты, где от восточного берега США до запада Европы можно долететь за 8 минут. Не успеешь повернуться, а уже совершил межконтинентальный полёт. Это заставляет осознать, как опасно на Земле что-то делить. Всё это может закончиться тем, что наша планета просто не выдержит. Поэтому люди, которые принимают решения, должны уйти от своих личных интересов и амбиций и думать о Земле космическими масштабами. Мы сами не понимаем, на какой замечательной планете живём, не щадим её и не ценим. А следует хранить и оберегать.