Министерство финансов выступило с инициативой регулировать криптовалюту как иное имущество и классифицировать ее как финансовый актив. По мнению ведомства, только квалифицированные инвесторы должны иметь право покупать и продавать ее на бирже. Этот вопрос будет обсуждаться на совместном заседании Минфина с ЦБ и Московской биржей. "Правда.Ру" попросила прокомментировать эту инициативу Сергея Дубинина, члена наблюдательного совета группы ВТБ, бывшего главу Центробанка.
— Россия пытается вписать криптовалюты в правовое поле. Каким, на ваш взгляд, может быть оптимальный режим регулирования биткоинов?
— Это сложный вопрос по двум причинам. Во — первых, насколько возможно реализовать работу с криптовалютами через систему блокчейна. Но само по себе использование этой технологии не делает криптовалюту каким-то надежным финансовым инструментом. Она выходит на рынок, и там живёт по законам рынка. И в этом смысле то, что предложил Минфин, является неким компромиссом, то есть мы ее не запрещаем, а просто подвергаем некой проверке. Это имел в виду замглавы Минфина Алексей Моисеев, когда выступил за разрешение торговли биткоинами на Московской бирже между квалифицированными инвесторами. Профессиональный инвестор, профессиональный участник рынка корректно оценит риски этого нового инструмента.
— Минфин предлагает не называть биткоин валютой и регулировать его как иное имущество, классифицируя как финансовый актив. Вы согласны с таким подходом?
— С тем, что криптовалюта — финансовый инструмент, я абсолютно согласен. Это никакие не деньги, а удачный рекламный ход. Да, люди покупают, продают биткоины. Но если они разочаруются в нем, то государство за это не несет никакой ответственности. Может произойти примерно то же самое, что произошло с деривативами, якобы обеспеченными ипотечными кредитами в США. Только-только они были первоклассными инструментами, а после выяснилось, как выразился один американский брокер: "Сколько же дерьма туда напихали".
Так вот, криптовалюта — это результат, в основном, рекламной кампании. Пока люди готовы покупать, она будет что-то стоить. Люди будут готовы сбрасывать и продавать, значит, она ничего не будет стоить. Вопрос в том, может ли государство каким-то разумным образом исключить частные лица и тех, кто готов рискнуть. Я боюсь, что технологически это не продумано и необоснованно. Если государство сможет исключить, то пусть объяснит, как это будет сделано. И тогда вполне возможно, что какие-то меры, похожие на то, что предлагает Минфин, будут работать.
— Биткоин и другие разные криптовалюты — что они означают для мировой экономики? Это деньги будущего или второстепенная финансовая единица?
— Я еще раз повторяю: это финансовый инструмент. Это не вексель, не облигация, а деньги. Но деньги имеют некое мистическое воздействие на человека; монеты, деньги. Давайте вспомним деревянный рубль, медные копейки. Как мы тогда оценивали: деньги это или не деньги? Настоящие — ненастоящие? Кстати, иностранной валютой для большинства является облигация, которую надо хранить на всякий случай. Поэтому нет смысла заводить здесь разговор о деньгах.
Как новый финансовый инструмент они, конечно, уже захватили свои позиции и, видимо, подвергнутся некоему регулированию. А в качестве новых денег они пока не рассматриваются. Деньги имеют кредитную основу. А здесь никакой связи с кредитной системой пока нет. Если люди готовы это покупать, как антиквариат, то это будет что-то стоить. Если люди придут к мысли, что иметь старые горшки выгоднее, они просто не будут брать новые. Так и здесь. Будет человечество готово платить за биткоины — значит, криптовалюта будет что-то стоить. Но есть очень высокий шанс, что начнется сброс, что кто-то на этом все потеряет, как произошло, например, с ипотечными деривативами.
— Какие факторы, по-вашему, влияют на курс биткоина, на его взлеты и падения?
— Есть такое понятие как ожидание; это — экономическое понятие. Люди ожидают такой-то рост цен среди биткоинов — значит, они будут какое-то время расти. Потом когда окажется, что их некуда деть и непонятно, что с ними дальше делать, непонятно, можно ли их продать, превратить в другую стоимость, они перестанут иметь какую-либо цену. Но риски там связаны с непониманием даже со стороны тех, кто это организует. Они, по-моему, искренне верят, что создают деньги, что это какая-то отдельная, возникающая из ничего стоимость. Но стоимость всегда возникает только до тех пор, пока за это платят, как на любом рынке. Ничего другого там нет.
Беседовала Лада КОРОТУН