Спецконфискация в пользу государства Одесского НПЗ может стать предвестником целой волны захватов находящихся в частной собственности предприятий.
19 июня генпрокурор Украины Юрий Луценко заявил, что один из районных судов Одессы принял решение о применении процедуры спецконфискации в отношении Одесского нефтеперерабатывающего завода, в соответствии с которым предприятие переходит в собственность государства. Позже прокурор Одесской области Олег Жученко рассказал некоторые подробности, которые позволили в общих чертах восстановить картину произошедшего.
В конце апреля 2017-го года бывший заместитель директора Одесского НПЗ Дмитрий Веремеев был арестован в киевском аэропорту Борисполь. Ему предъявили подозрение в соучастии в махинациях с нефтепродуктами, якобы организованными с помощью Одесского НПЗ олигархом Сергеем Курченко. По версии следствия, в рамках этих махинаций олигарх и его сообщники организовали ввоз в Украину 700 тысяч тонн светлых нефтепродуктов, которые по документам должны были быть переработаны на Одесском НПЗ в качества давальческого сырья, а полученную таким образом продукцию планировалось отправить на экспорт.
Вместо этого, утверждают в прокуратуре, данные нефтепродукты были реализованы на территории Украины через сеть фиктивных предприятий, в результате чего организаторы схемы "сэкономили" около 2 миллиардов гривен, которые им полагалось заплатить в государственный бюджет.
Подчеркнём: основным бенефициаром схемы считается Курченко, Веремеев же по версии следствия являлся всего лишь его сообщником. Тем не менее бывший заместитель директора был помещён в СИЗО, где и провёл следующие два месяца.
Пребывание за решёткой склонило Веремеева к тому, чтобы пойти на сделку со следствием: он согласился признать свою вину в данном преступлении и дать соответствующие показания в обмен на мягкое наказание в виде пяти лет лишения свободы условно. Суд утвердил данную сделку, и Веремеев вышел на свободу.
А теперь — следите за руками: так как Веремеев признал свою вину, факт преступления, совершённого с использованием Одесского НПЗ, с точки зрения украинского законодательства стал доказанным. Соответственно, появились основания применить нормы закона о спецконфискации, ведь он предусматривает изъятие в собственность государства любых средств преступления вне зависимости от их владельца — за исключением случаев, когда владелец не мог знать о том, что они будут использованы подобным образом.
Владельцем "средства совершения преступления" является вышеупомянутый Сергей Курченко. Он числится организатором схемы и является подозреваемым по данному делу. Правда, его вина пока не доказана: приговор суда в его отношении отсутствует. Однако закон о спецконфискации написан таким образом, что этого и не требуется!
Автор этих строк далёк от того, чтобы особо сочувствовать материальным потерям господина Курченко, дело в ином. С учётом вышеизложенных особенностей закона о спецконфискации, можно утверждать, что в Украине появляется легальный способ реализовывать практически безупречные схемы "отжима" частной собственности, против которых бессильны все известные на сегодняшний день способы защиты от подобных посягательств.
Предположим, некто решил прибрать к рукам принадлежащее вам предприятие. Нет ничего проще! Достаточно найти действующего или даже бывшего сотрудника этого самого предприятия, который сознается в том, что был соучастником организованной вами схемы по, допустим, уклонению от налогообложения.
Способов заставить человека дать такие показания масса: в нашем случае потенциального свидетеля "для сговорчивости" поместили в СИЗО, но ведь можно действовать и иначе. К примеру, его можно запугать, подкупить, соблазнить каким-то иным вознаграждением — вариантов масса. Если этого удалось добиться, то дело можно считать сделанным: суд по чисто формальным основаниям принимает решение о спецконфискации вашего предприятия, о чём вы лично можете узнать буквально в самый последний момент! А для того, чтобы избежать "отжима", вам придётся каким-то образом доказать, что вы "не знали и не могли знать" о творящихся на вашем предприятии преступлениях. Это в обычном уголовном производстве должны доказывать вашу вину — в случае со спецконфискацией вам придётся доказывать вашу невиновность!
А самое интересное то, что подобные решения суда практически не подлежат обжалованию! К примеру, даже если вам удастся убедить "сознавшегося" отозвать свои показания, отменить приговор вы всё равно не сможете. Дело в том, что УПК разрешает обжаловать приговоры, вынесенные в результате признания сделки обвиняемого со следствием лишь в том случае, если обвинение нарушило условия сделки — скажем, наказало обвиняемого жёстче, чем было условлено. Не правда ли, удобно устроено?
Единственным недостатком данной схемы является то, что в результате её применения спорная собственность отойдёт не рейдеру, а государству. Но и это не беда: в конечном счёте, в большинстве случаев всё конфискованное будет затем реализовано на аукционе. Ну а способов превратить формально открытые торги в междусобойчик для узкого круга сговорившихся между собой лиц существует множество!
Поэтому новость о спецконфискации в пользу государства Одесского НПЗ представляется крайне тревожной: к сожалению, она может стать предвестником целой волны "отжимов" находящихся в частной собственности предприятий.
И дай бог, чтобы эти опасения не оправдались.
Источник: timer-odessa.net
Мнение автора статьи может не совпадать с мнением редакции