Стоун в эти дни нарасхват, и на согласование 30-минутной встречи с ним уходит пара недель. Режиссер крепко пожимает руку, а я рассказываю: "Наша пресса много пишет о вашем фильме". "В отличие от американской, - он разводит руками. - Для них я русский". "Русский шпион, - подшучивает один из его продюсеров Максимилиан Арвелаис. - Ким Филби". "Ну пока еще нет", - улыбается Стоун.
Режиссер явно скромничает. За последние недели западная пресса пестрела десятками интервью с ним. Отвечающие за его график ассистенты жалуются на бесконечный вал запросов. А когда идем по ресторану в нью-йоркской гостинице, где режиссер провел последнюю неделю, посетители с интересом поворачивают головы в его сторону. Стоун - фигура. Противоречивая, неудобная и критикуемая истеблишментом всех мастей, но, безусловно, фигура.
В своем Facebook режиссер назвал фильм "кульминацией карьеры". Сильное признание для трехкратного обладателя Оскара и создателя десятков фильмов из золотого фонда …