В июньском номере литературного журнала "Русский пионер", посвященном тематике кораблей и кораблестроения, опубликована колонка "Пионер госзаказа" за авторством директора Службы внешней разведки России Сергея Нарышкина. Предлагаем ознакомиться с материалом.
Директор Службы внешней разведки С.Е. Нарышкин (c) kommersant.ru
Хочу рассказать историю про один «госзаказ». У людей это слово вызывает разные ассоциации, но все они так или иначе связаны с реалиями наших дней либо недавнего прошлого. Поэтому было неожиданно услышать его от академиков на одном из заседаний Российского исторического общества. На нем шла речь о событиях 350-летней давности, о военном корабле «Орел», построенном по указу царя Алексея Михайловича, как сейчас сказали бы, в Подмосковье. Этот факт тоже удивил. Хотя историю строительства российского флота я, как человек, выросший на берегах Невы, неплохо себе представлял.
Дело в том, что еще в 1667 году Алексей Михайлович — отец Петра Первого, второй из династии Романовых — выделил из казны средства на строительство фрегата. Для организации работ пригласили голландцев, деятельность которых курировал выдающийся русский государственный деятель А.Л. Ордин-Нащокин. А строить было решено там, где был подходящий лес и можно было найти плотников, — на Оке, в селе Дединово Московской области. Там сейчас стоит стела, вершину которой украшает такой же символ, как и на Адмиралтейском шпиле в Санкт-Петербурге. А перед въездом в село — щит с надписью: «Дединово — родина российского флага».
Это тоже не случайно, поскольку остались архивные записи, свидетельствующие, что для этого корабля были заказаны ткани трех цветов: белого, лазоревого и червчатого (то есть красного). Как выглядел сам флаг, доподлинно неизвестно, как неизвестен и внешний облик «Орла», но многие серьезные историки считают, что именно тогда власть определилась с этим важнейшим элементом государственной символики. Символично, что и название кораблю было дано именно в честь российского герба.
Говорят, что в советские годы про корабль «Орел» знали многие мальчишки. Модель корабля можно было купить в магазине и склеить. Потом она как-то забылась, затерялась среди множества других, по преимуществу заграничных. Но ведь история помнит все — документы разных эпох бережно хранятся в наших архивах и музеях. Среди них есть даже трогательные (пусть и косвенные) свидетельства того, что страсть к корабельному делу у Петра Великого возникла не случайно. Мне кажется, она передалась ему «по крови», от родного отца. В предисловии к первому Морскому уставу исследователи особо выделяют запись, которая, по их мнению, была сделана рукой самого Петра. Да и кто б еще посмел написать: «Хотя намерение отеческое не получило конца своего, однако же достойно оно есть вечного прославления, понеже от начинания того, яко от доброго семени, произошло нынешнее дело морское».
Из Оки в Волгу, а потом вниз до Каспийского, как тогда говорили — Хвалынского — моря: «Орел» предназначался для обеспечения безопасности торгового мореплавания. В те годы ширилось экономическое взаимодействие с Ираном. Были, конечно, и желающие поживиться купеческими товарами.
Тут как раз нелишне вспомнить и то, что фрегат был введен в эксплуатацию в годы восстания Степана Разина. И, не успев войти в Каспийское море, был в 1670 году захвачен и разграблен восставшими крестьянами. После этого он простоял много лет в бездействии в одной из проток дельты Волги и пришел в полную негодность к плаванию, а по некоторым данным — и вовсе был сожжен.
Что и говорить, история полна удивительных подробностей — и противоречивых, и прямо указывающих на характеры и деяния тех, кто ее делал. А читая документы, изучая их, мы сами становимся и первооткрывателями, и тем «связующим звеном» между эпохами, которые продолжают непрерывную летопись страны. Летопись, в которой важны и факты, и чувства. И записи царской рукой и рукой капитана в бортовом журнале. И плотницкие предания, и записки путешественников. Голландец Ян Стрюйс, который участвовал в строительстве «Орла», дошел на нем до Астрахани и описал потом эти приключения в своей книге, не забыв указать даже мели на Волге. Петр Первый эту книгу нашел и поручил перевести главу об «Орле». Рукописный перевод хранится в петровской коллекции в Библиотеке Академии наук в Санкт-Петербурге.
Можно почитать и сравнить с тем, как сейчас устроено движение по водным путям. Особенно будет интересно тем, кто сейчас отвечает за развитие речного судоходства и проходимость рек.
А вся история со строительством «Орла» абсолютно заслуживает того, чтобы учредить в память о царском указе День кораблестроителя. И отмечать его в конце июня уже не только с историками, а с сотнями тысяч корабелов.