Всегда приятно пройтись по музеям. Особенно по художественным. Мастера живописи разных лет, с разным подходом запечатлели на холсте природу, события, людей, приметы своего времени. Дважды интересно изучать картины – как то, что художник решил нарисовать, так и то, каким образом он решил это сделать.
Но странное дело – не каждая картина заставляет остановиться. Некоторые приковывают взгляд и запоминаются, другие мелькают мимо, их потом трудно вспомнить. Одни картины пронизаны светом – их мало, другие, и таких достаточно – о чем-то тёмном на тёмном фоне. Как будто художнику не хватило красок или они выцвели за полвека-век.
Почему в живописи прошлого так мало радостных ярких цветов, корреспондент АиФ-Алтай решил спросить известного барнаульского художника, графика, иллюстратора Владимира Максименко.
В мае он презентовал уже второе издание своей книги, посвящённой цвету в живописи. И по праву может считаться главным экспертом по колориту в Алтайском крае.
Картинки для мозга
Константин Ермолин, «АиФ-Алтай»: Владимир Петрович, как появился замысел книги про цвет и колорит?
Владимир Максименко: Первый раз учебное пособие по живописи и цветоведению «Живые краски» было издано в 1998 году издательством АлтГТУ. Сейчас, через 19 лет преподавания по ней, книга дополнена и под названием «Цветоведение и колористика» издана как учебно-методическое пособие издательством Алтайского государственного института культуры.
Замысел книги появился тогда, когда прочёл об исследовании западных учёных восприятия человеком цвета. Они пока мало известны у нас, и их почти никто не популяризирует. Учёные установили, что в процессе зрения используются разные, независимые друг от друга каналы. Цвет передаётся по одному каналу, чёрно-белое изображение – по другому, детали – по третьему, пространство и движение – по своим каналам. И если внимательно рассматривать детали, снижается восприятие цвета. Можно даже «выключать» восприятие цвета. Эти сведения были опубликованы в старейшем общенаучном английском журнале Nature («Природа»), издающемся с 1869 года.
А за 150 лет до открытия учёных свой цветовой канал восприятия нашли у себя импрессионисты. И стали его активно использовать. Но благодаря тому что они стали активно интересоваться цветом, – перестали видеть детали. И их сразу обозвали «мазилками» – мол, рисовать не умеют.
В книге я решил сухие научные факты изложить своим языком, понятным для студентов образом, дополнив своими наблюдениями.
Не все знают, что в обычном телевизоре передача звука и изображения ведётся по разным каналам. Мы видим картинку с экрана и слышим звук из динамиков – как по радио. И только наше сознание соединяет слова из одного источника и изображение из другого. Мозг упрощает восприятие и наделяет экран способностью транслировать звук – как будто мы слышим песню, потому что певец на экране открывает рот.
С восприятием цвета такая же история. Мы отдельно воспринимаем цвет, тон, контраст, объём, и только мозг соединяет это воедино, упрощая, конечно.
Можно в ходе простого опыта отключить цветовое зрение – попросить определить размер тени от предмета, потом закрыть глаза, вспомнить размер, форму и попытаться вспомнить цвет. Цвет запомнят не все. Для восприятия это была несущественная информация, и мозг не стал перегружать себя.
Но как можно отключить восприятие цвета – так его можно и включить. Для художника это очень важно.
Первый вариант книги назывался «Живые краски. Новая технология живописи с оглядкой на старых мастеров». «Живые краски» – это выражение нашего живописца Михаила Жеребцова, который был частым гостем Новоалтайского художественного училища. Он ходил по мастерским и спрашивал: Почему вы пишите мёртвыми красками? Ведь писать надо живыми красками. Одна краска – живая. Две краски мешаешь – живая краска. Три – ещё живая. А пять или шесть красок, сбитых в колер, – краска уже мёртвая. По стилю книга была очень авторская, непохожая на учебник. В новом издании она в большей степени рассчитана на обучение – к каждой главе есть урок, контрольная работа. Поэтому и название стало более академическим.
– Кому важно изучать цвет?
– Студентам дизайнерам, архитекторам, живописцам. И всем, кто хочет заниматься живописью самостоятельно. Ведь если хочется стать художником, – не стоит стараться понравиться кому-то – друзьям, родным. Не надо рисовать картинку. Единственное, что вас должно заботить – изучайте цвет. В живописи самый главный закон – каждая красочка ходит в гости к пяти красочкам – краска светлеет, темнеет, теплеет, холоднеет и теряет световую насыщенность. Если в живописи заниматься только этим – изучать краски – с первого дня будешь живописцем. Если рисовать только картинку, чтобы кому-то понравиться, живописцем не стать.
Плохой ученик и хороший раб
– Изучение цвета позволяет видеть более богатую палитру цветов?
– Несомненно. Один из законов мозга – человек видит только то, что знает. Если человек раньше не занимался живописью, не наблюдал внимательно за природой цвета – он цвета видит мало. Если он начинает об этом задумываться, начиняет изучать и наблюдать – он видит больше. Хороший живописец и 40 оттенков одного цвета по порядку расставит, хотя и с трудом. Но когда говорят про тысячи и миллионы оттенков одного цвета – это преувеличение.
Главное для тех, кто занимается живописью, – понять суть цвета. Думать о цвете обязательно. Ван Гог очень правильную мысль сказал – у академистов задача точно срисовать действительность. И при этом они становятся рабами природы. И как бы они ни работали, сорок лет подряд, они становится лишь очень хорошими рабами. А если человек поставил перед собой другую задачу и использует цвет по желанию, сохраняя общие для природы принципы взаимодействия цвета, – художник освобождается от рабства. В этом случае художник – ученик природы. И плохой ученик лучше, чем хороший раб.
– Восприятие цвета зависит от индивидуальных особенностей?
– У северян и южан разное восприятие. Поэтому на юге яркие краски, а на севере придумывают сорок слов, описывающих снег. Во многом это свойство природы. В тропиках белое издалека кажется ярко-синим, а в Сибири так не бывает.
– Каковы основные ошибки художников при работе с цветом?
– Ошибок много. Первая – разбел. Художники называют это «молоко». Как если бы картину взяли, опустили в таз с молоком и вынули – остался бы белёсый налёт. У нас такое не редкость – многие дипломники страдают разбелом. Он возникает из-за того, что белила выдавливают вначале работы.
Втора ошибка – цветовая грязь. Бурые краски не из выбранного колорита. Третья – «цветики» – яркие краски не из колорита. Четвертая напасть – заученная палитра. У японцев заученной палитры не бывает – у них живопись преподают 10 лет, и живопись в школе профилирующий предмет, как японский язык, физика и математика. Поэтому они работают во всех участках спектра. А у барнаульских художников, очень многих, палитра заученная. Приходишь на выставку – и все картины, сотня и больше, выполнены в одной палитре. Такое ощущение, что это одну картину разрезали на 100 частей и развесили в рамочках. Хотя, по-хорошему, нужно для каждой картины и задачи подбирать колорит индивидуально – своё сочетание красок.
Долгое время не могли разгадать загадку Малых голландцев – лучших и признанных колористов прошлого. Бились над разгадкой. И только недавно узнали, что у них строго действовало правило ограниченной палитры – помимо чернил и белил только 3 или 4 краски.
Важно для жизни
– Цвет важен для жизни человека?
– Важен – 80% информации человек получает глазами. Моряки, к примеру, начинают болеть, если не видят зелёного цвета. Поэтому на кораблях обязательно есть комнаты, которые оформлены в зелёном цвете. Человеческий мозг так устроен, что хочет видеть зелёный цвет. А в ресторанах и кафе любят использовать красный цвет, который возбуждает аппетит.
– Так почему картины многих советских художников тёмные?
– Как сказал французский живописец Поль Синьяк, посетивший Советский Союз, балерины Дега более революционны, чем вся советская живопись с матросами и солдатами. Потому что они нарисованы в строгой академической манере. Главным авторитетом в СССР для художников был Илья Репин. Всех учили писать по-репински. А Репин – академист. А у академистов совершенно другая технология живописи, по сравнению с импрессионистами. Сначала делается рисунок. Потом он переносится на холст. Потом делается коричневая подготовка. И когда всё коричневое готово – добавляется немного цвета. Поэтому почти вся советская живопись коричневая или тёмная.
Досье
Владимир Максименко. Родился в 1952 году в Рубцовске. Учился в Новоалтайском художественном училище. Работает в области книжной графики, портрета, натюрморта. С 1982 года участвует в краевых выставках. Член Союза художников России с 1998 года.