В четверг в столицу Чехии прибывает в каком-то смысле начальник Евросоюза — президент Еврокомисси Жан-Клод Юнкер. В Чехии его ждет скандал.
Перед визитом Юнкер успел дать чешской прессе интервью, в котором отметил одну из главных европроблем республики: она не хочет принимать мигрантов. «К нынешнему моменту Чехия приняла всего двенадцать человек», — поругал чехов Юнкер. — «Есть прекрасная возможность сделать больше».
Однако накануне визита правительство Чехии официально заявило, что нет, принимать мигрантов с Ближнего Востока по квотам от Евросоюза республика не будет даже под угрозой санкций.
Напомним, о чем речь. В минувшем году руководство ЕС (то есть, грубо говоря, Германия и сателлиты) приняло программу расселения по разным странам хотя бы одна десятая мигрантской волны, прорвавшейся в Европу (в основном в Германию) в шумном 2015-м.
В итоге было решено распределить 160 тысяч человек. По большей части — в западноевропейские страны, до которых волна не докатилась: Португалию, Испанию и пр.
Восточноевропейские же страны должны были довольно легко отделаться (особенно по сравнению с ФРГ, куда прибыли 1,5 миллиона, или Швецией с ее 180 тысячами). Так, Чехия, чье население сравнимо со шведским, получила указание принять всего 2,7 тысячи беженцев. Польше назначили семь тысяч беженцев, Венгрии и Словакии — две тысячи.
Дедлайн программы уже в сентябре, на дворе июнь, а из 160 тысяч беженцев расселено лишь 18,5 тысячи. Восточноевропейцы отказываются выполнять распоряжение Брюсселя громко, публично и с декларациями.
Логика проста: у нас, в Восточной Европе, терактов нет, потому что почти нет мигрантов из этих ваших исламских регионов. У вас, в Западной Европе, есть мигранты из исламских регионов, и они совершают теракты. Теперь назовите хоть одну причину, по которой мы должны принимать тех, кто нас, с довольно высокой вероятностью, начнет потом убивать.
Евросоюзная чиновничья элита смотрит на поведение восточноевропейцев, надо думать, со смешанными чувствами.
Восточноевропейские элиты в современном ЕС — это единственные политические элиты, которым можно быть неполиткорректными, не исповедовать добро и либеральный гуманизм.
Когда восточноевропейцев брали в Евросоюз и НАТО, западные инстанции, курировавшие процесс, более всего были озабочены искоренением всех остатков «советской» идеологии и вообще «русского влияния».
Поэтому восточноевропейцам было позволено то, чего не было позволено в самой Европе никому.
Им позволяли разгонять собственные компартии и запрещать красные флаги.
Им позволяли (в случае прибалтов) лишать гражданства сотни тысяч людей, родившихся и всю жизнь проживших в республиках, просто по причине не того происхождения.
Им позволяли реабилитировать (вплоть до героизации) любых исторических персонажей, боровшихся с Россией, советской ли, царской ли. Включая даже бойцов гитлеровской коалиции.
Что особенно любопытно: сделать Западная Европа с Восточной мало что может. Прибалтийские республики, которые ЕС сможет «нагнуть», то есть находящиеся в глубокой зависимости от европейских денег, слишком малы, чтобы принимать сколько-нибудь значимое число беженцев.
В общем, можно смело прогнозировать: никакой Жан-Клод Юнкер не сумеет уговорить Восточную Европу изменить свою железобетонную позицию по мигрантам.
Таким образом, в известном смысле Восточная Европа обязана нынешней своей неподстебаемостью бывшим «старшим братьям» по Варшавскому договору из бывшего СССР.
Не будь России, никто не позволил бы восточноевропейцам организовать у себя «заповедник несовременных ценностей».
А не будь Украины, ей неоткуда было бы взять замену «мигрантам из небелых и нехристианских стран».
Правда, едва ли Россия или Украина дождутся восточноевропейской благодарности.
Виктор Мараховский