«Только руку протяни», — картины и иконы Анны Байбаковой
Герасим Иорданский
Я начала писать эту икону после смерти нашей любимой собаки, ирландского волкодава. Про него моя знакомая сказала: «Я не могла бы держать такую собаку». — «Почему?» — «Потому что она как человек». Утрату я тяжело переживала. Мне хотелось передать в этой работе всю свою любовь и взаимное доверие. Святой Герасим считается покровителем животных, ведь однажды он спас жизнь льву. К святому обращаются с просьбами о животных, а также когда нужно укрепить дух, найти свое предназначение, научиться терпению и благоразумию.
Анна Байбакова
Я родилась в Петербурге с воспалением легких и сильно недоношенной, но меня выходили — вот так моя жизнь началась с маленького чуда. Получила образование художника. Еще в 90-е училась иконописи, но потом ее оставила и ушла в живопись и иллюстрацию. А через какое-то время заболел близкий человек, и я стала читать акафист святителю Спиридону. Молилась и однажды, даже не думая особо, села рисовать набросок. По житию он казался мне строгим, даже суровым, а после прочтения акафиста я вдруг увидела его необычайно добрым, светлым, теплым, родным…
Так получилась моя первая икона, сделанная не по прорисям. И я снова почувствовала тягу к иконописи. И вот до сих пор учусь. Один мастер сказал, что самое главное в иконе — присутствие, возможность общения и взаимодействия между зрителем и изображением. Мне хочется передавать именно это — присутствие и связь, только руку протяни.
Апостол Петр — Отречение Петра
Образ апостола Петра в этой работе навеян впечатлением от лица грешника на фреске Микеланджело «Страшный суд» в Сикстинской капелле. Я очень боялась в детстве смотреть на это лицо. Человека тянут вниз, и, закрыв рукой один глаз, другим он с отчаянием смотрит на происходящее. Я все время думала: зачем он смотрит, закрыл бы оба глаза? Потом поняла, что закрыть оба глаза еще хуже: он увидит внутри себя что-то еще более страшное.
Петр никогда не забывал своего предательства. По преданию, всю жизнь он потом плакал, заслышав ночью крик петуха, и глаза его оставались красными от слез, хотя он был прощен Христом вскоре после Его Воскресения. И тут мы узнаем о том, насколько Бог любит нас, грешных. Узнаем, что за нас, таких слабых и неверных, Он шел на смерть, веря, что, даже упав, мы поднимемся.
В проекте 5 любимых картин художники рассказывают о собственных работах.
Симеон Богоприимец
Я читала про Симеона Богоприимца, видела иконы разных мастеров, но не представляла его лицо в момент, когда он принял на руки младенца Христа. Мне показалось, что всё — глаза, брови, складки и морщины на коже — должно слиться в едином переживании, одной мысли, восторге прозрения. Именно в этом моменте взаимного узнавания.
Перед свадьбой
Вдохновилась я ранней работой Андрея Ремнёва «Разделение косы». Этот художник поражает меня до сих пор. А в слове «поражение» не зря чувствуется отголосок слова «рана». Когда одного художника поражает картина другого, он может начать «болеть» образами этой картины, они не отпускают. И если это случается, единственный способ излечиться — это воплотить часть образа самому. Несмотря на то, что этой акварели много-много лет, она осталась любимой до сих пор еще и потому, что на ней изображен близкий мне человек.
Расставание перед встречей (Петр и Феврония)
Это не икона. Картина. Задумка появилась неожиданно. Когда-то давно пришлось спорить с одним человеком в Сети. Он утверждал, что Петра и Февронию, мол, специально сделали символами любви и верности только затем, чтобы «сместить» пришедший к нам из-за границы день всех влюбленных. Я задумалась тогда и поняла, что праздник в день святого Валентина ассоциируется все же не с любовью, а скорее с влюбленностью, которая может развиться (а может и нет) во что-то большее. А вот духовный союз Петра и Февронии — это как раз символ любви, зрелых отношений. Мне показалось, что изобразить Петра и Февронию нужно именно в старости, а любовь передать через их руки, и много размышляла о том, как переплести их вместе. Потом поняла: это должен быть момент расставания, их последний час вместе. Прощание через прикосновение рук. Они стоят спиной к спине, все еще слившись телами в одно целое, но взгляд уже в разные стороны. Феврония уйдет в женский монастырь, Петр — в мужской. Здесь — последнее касание рук, молитва, обещание. Расставание перед встречей.
В образах святых Петра и Февронии — сила духа, способность вместе смотреть в бессмертие. Они уходят в монастырь в старости, что было традицией тех времен, отправляются готовиться к встрече с Тем, Кому они были обязаны своим счастьем. И Господь посылает им милость, о которой только могут мечтать любящие сердца, которые прожили вместе долгую жизнь: умереть практически одновременно.