Почему Олег Попов решил вернуться на родину
Это был февраль или март 2015 года. Я и мой коллега Олег Чесноков приехали в Германию, в Эглофштайн, чтобы встретиться с легендарным Олегом Поповым. Мы поехали туда с надеждой, что нам удастся пригласить Олега Константиновича посетить Россию. Среди цирковых нам все говорили, что уже очень много людей приезжали к нему с подобным предложением, обещали ему квартиры, контракты, гонорары, но ничего не помогало — он всем отказывал.
Но мы всё же решили попробовать. Мы задумали проведение международной цирковой премии "Мастер" — своего рода циркового "Оскара" — и премии "Мастерок" для детей. Почти сразу нам пришла в голову мысль пригласить на эту премию Олега Попова. Нам казалось, что его приезд объединил бы всю цирковую общественность и помог бы прекратить бесконечные обиды и сведения счётов. Мы ему ничего не предлагали: ни деньги, ни контракты, ни квартиры. Мы просто хотели рассказать о наших планах.
Он и его жена Габриэла показали нам свой дом, мастерскую Олега Попова, где он сам изготавливал реквизит и скульптурки из папье-маше. Мы долго общались. Всё было очень мило. Олег Константинович сказал нам, что ему нравится наша идея, но в итоге мы, конечно же, получили отказ. Он сослался на занятость и другие планы. Я понял, что, наверное, стоит позже ещё раз приехать и поговорить.
Когда мы поблагодарили его за встречу и уже собрались уходить, он вдруг внезапно сказал: "А мы не сфотографировались". Он очень активно руководил, как нам надо встать в кадре. Было очень здорово. После этого я ещё раз поблагодарил его и сказал: "До встречи, мы поехали". То, что мы услышали в ответ, поразило нас: "Вы любите пиво? Тут рядом у соседа, которого я называю дядя Коля, есть своя пивоварня и ресторанчик. Поехали туда пивка попьём".
Конечно, мы согласились, поехали втроём. Ресторан не работал, но дядя Коля открыл его для нас. Показал, как он варит пиво и гонит шнапс. Олег Попов и дядя Коля (я даже не знаю, какое у него настоящее немецкое имя) очень забавно общались: Попов говорил по-русски, дядя Коля — по-немецки, но они совершенно точно друг друга понимали. Олег Константинович не дал нам расплатиться, сказал: "Сидите, пацаны, не лезьте во взрослые дела". Потом очень мило проводил нас. Обратно мы ехали с полным осознанием того, что Олег Попов точно приедет в Россию.
Мне показалось, что ему просто нужен был хороший повод для возвращения в Россию, он этого хотел. Когда он вышел на манеж цирка в Сочи, где ему вручали приз премии "Мастер" в номинации "Легенда", весь зал стоял, плакали все: и зрители, и он сам, и мы. Тогда он, наверное, понял, что за эти 25 лет разлуки его и то тепло, которое он дарил с манежа зрителям, не забыли, любовь к нему осталась.
Когда он в первый раз приехал в Сочи, он летел из Гамбурга с пересадкой в Санкт-Петербурге. Олег Константинович приехал в гостиницу в 22:00, пробыл в номере 10 минут и попросил показать ему цирк. В 23:00 мы привели его в гримёрку, он тут же попросил пригласить режиссёра и до четырёх утра репетировал. Казалось бы, уж ему-то, мастеру, что репетировать?! Но для него было важно, как выставят свет, как будет двигаться лучик в его знаменитой репризе.
Он работал с удовольствием. Мы говорили между собой, что всё-таки возраст, нужно поберечь себя. Но он очень хотел работать. И было понятно, что, пока он работает, он живёт. Он всё время был в творческом процессе: что-то мастерил, придумывал репризы. У него были руки, как у слесаря. У меня отец рабочий, у него были такие же загрубевшие от постоянной работы руки. Такие руки сейчас в творческих профессиях почти не встретить.
В своём возрасте он работал как молодой, энергичный человек, хотя именно таким он и был на самом деле. Там, в Сочи, мы предложили ему сделать авторскую программу и показать её в российских цирках. И вот всё случилось... Он умер на рабочем месте фактически — "в полёте". Но самое главное, что он умер всё-таки на родине.