Ормузский капкан: сколько стоит блокада
После провала американо-иранских переговоров в Пакистане Трамп ввел морскую блокаду Ирана. Она наложится на фактическую блокаду Ормузского пролива со стороны Тегерана. Как говорится, два в одном. Такая двойная блокада и фактическое перекрытие Ормуза превращают Ближний Восток в эпицентр классического сырьевого шока — с жесткими логистическими разрывами, вызывающими цепную реакцию на рынках нефти, газа, удобрений и металлов.
Нефть: парадокс высокой цены
Через Ормуза в обычных условиях проходит около 20 % мировой морской торговли нефтью и аналогичный объем СПГ. Сейчас этот поток резко просел. Страны Залива вынужденно сократили совокупную добычу минимум на 10 млн барр./сут. от планов — физически нефть не удается вывезти даже при цене Brent в районе 113 долл./барр. Возникает структурный парадокс: высокие цены не компенсируют потери от физической блокировки. Только из-за нереализованного экспорта страны Залива теряют свыше 8 млрд долл. валового нефтяного дохода в месяц плюс еще несколько миллиардов на страховании и фрахте. Параллельно идет массовая заморозка инвестиционных проектов от Иордании до Омана. Для Азии (некоторые страны там зависят от нефтяных поставок через Ормуз на 90 % и более, Китай почти на 45 %) и Европы это классический проинфляционный шок по образцу 1970-х, времен «арабского нефтяного эмбарго». Если Иран добьется в ответ на действия США расширения «зоны турбулентности» за счет перекрытия еще и Баб-эль-Мандебского пролива в Красное море при помощи союзников (Йемен и его хуситы, другие шиитские группировки и др.), это еще больше взвинтит стоимость морского страхования и время доставки самых разных грузов по множеству маршрутов. Через Баб-эль-Мандеб проходит еще 12 % мирового морского экспорта только нефти и 8 % торговли СПГ.
Удобрения и продовольствие: скрытый удар
Блокада бьет не только по нефти. За первые недели конфликта цены на ключевые азотные удобрения — аммиак и карбамид — уже подскочили на 8–30+ %, причем на североамериканском рынке карбамид вырос более чем на треть. Особенно чувствительной оказалась сера (используется при производстве фосфатных удобрений): страны Залива обеспечивают порядка 45 % её мирового экспорта, а цены уже выросли примерно на 15 %. Также сера используется для очистки кремниевых пластин для микрочипов. Сказались как логистические трудности, так и ущерб, нанесенный иранскими ударами по производственным мощностям. Аналитики в этой связи уже предрекают рост себестоимости пшеницы, кукурузы и подсолнечника в несколько процентов к следующему сезону.
СПГ: Катар под давлением
Ормуз — критически важный коридор для катарского СПГ, производство которого уже упало на 17 % из-за иранских ударов по соответствующей инфраструктуре. Для европейских и азиатских импортеров это выражается в росте спотовых цен и перераспределении потоков в пользу тех, кто готов переплачивать. Цены на газ в Европе уже выросли минимум на 70 %.
Алюминий: удар по незаметному лидеру
Иранские удары уже привели к повреждению алюминиевых производств, включая крупнейший мировой производитель Emirates Global Aluminium в ОАЭ. Aluminium Bahrain (Alba) остановила около 19 % плавильных мощностей и периодически приостанавливает продажи из-за дефицита сырья и логистических сбоев. Цены на алюминий вышли в результате на четырехлетний максимум.
Россия на этом фоне оказывается в относительном выигрыше: она не завязана на Ормуз, маршруты экспорта через Балтику, Черное море, Арктику, особенно в период летней навигации, и трубопроводы в Китай. На фоне физического выпадения части ближневосточных объемов российские поставки становятся более востребованными в Китае, Индии и Турции. Расчеты в юанях ускоряются. Правда, в случае мировой рецессии произойдет падение спроса на российские металлы и удобрения, но это пока отложенный эффект.
В настоящий момент рост цен на российскую нефть марки Urals (в марте в среднем до 77 долларов за баррель против 59 долларов, заложенных в российском бюджете на 2026 год, в феврале было меньше 50 долл.) принес ощутимый рост поступлений в бюджет. Только от налога на добычу полезных ископаемых эти доходы в апреле должны удвоиться (примерно до 700 млрд руб. на весь 2026 год в бюджет заложено 7,9 трлн рублей от НДПИ, который взимается на этапе добычи, вне зависимости от экспорта). Это поможет сократить бюджетный дефицит и снять остроту проблемы сокращения бюджетных расходов. Также Россия может воспользоваться благоприятной конъюнктурой на газовом рынке. Европа уже в этом году нарастила импорт российского СПГ. А в целом экспорт «Ямал СПГ» (основной экспортер СПГ) в первом квартале вырос на 17 % год к году. Также наша страна может воспользоваться благоприятной конъюнктурой на рынке удобрений, являясь одним из крупнейших их мировых экспортеров.