Интеллигенты, работяги и потерявшие память. Кого спас соцпатруль в холода

Москва, десять вечера, самые холодные зимние дни этого года. Ледяной ветер пробивает насквозь, яркие витрины торгового центра «Европейский» кажутся совсем далекими тем, у кого нет крова. Но если свернуть с проторенных пассажирами Киевского вокзала троп туда, где паркуется служебный транспорт, можно найти специальный автобус. Внутри пахнет не безнадежностью, а крепким горячим чаем. Этот запах — первый сигнал: здесь безопасно.

Это мобильный пункт обогрева Центра социальной адаптации имени Е. П. Глинки. Каждую ночь с 20:00 до 08:00 утра бригады «Социального патруля» дежурят у главных вокзальных площадей столицы — на Ярославском, Курском, Павелецком, Белорусском и Киевском — чтобы дать возможность согреться тем, кто оказался за бортом.

Психология чаепития

Нас встречает сотрудник «патруля» Александр Абрамкин. У него спокойный взгляд и такая же успокаивающая речь. Раньше он работал санитаром в Центре паллиативной помощи, видел много боли. Теперь его «пациенты» — люди с московских улиц.

— Я пришел сюда сначала на один день, просто проверить себя, — признается Александр, разливая кипяток по одноразовым стаканчикам. — Но остался. Многие думают: там грязь, болезни, страшно. А я говорю: есть антисептики, есть маски. Гигиена — вопрос решаемый. Куда сложнее найти ключ к душе.

Александр уверен: агрессия бездомного — это защитная реакция загнанного зверя. Или обиженного ребенка.

— Знаете, они ведь как дети, — неожиданно сравнивает он мужчин в автобусе. — Если ребенку твердить, что он плохой, он озлобится. Так и здесь. Общество их отвергает, и они сами ставят на себе крест. Но стоит предложить чай, заговорить по-человечески — лед трогается. Человек видит, что его не гонят, и начинает «оттаивать».

«Это может случиться с каждым»

Стереотип о том, что бездомный — это всегда опустившийся маргинал, разбивается о реальные истории пассажиров этого автобуса.

В углу греется Владимир — крепкий 28-летний парень, похожий на доброго медведя. Он совсем не тянет на бродягу. Повар из Ивановской области, он ехал в столицу на вахту.

— Добрался на попутке, вышел и понял: паспорт дома забыл, — смущенно улыбается Володя. — Глупость, конечно. На работу без документов не берут, денег нет, знакомых никого.

Он стоял на улице в полной растерянности, пока не увидел машину с номером телефона на борту. Позвонил. За ним приехали.

— Я думал, ночлежка какая-то, а тут — юристы, психологи, помощь серьезная. Сейчас жду, пока родные документы перешлют, и сразу работать. Я даже не знал, что в Москве такое есть, — говорит парень.

Александр, сотрудник патруля, кивает: таких историй сотни. Он вспоминает интеллигентного мужчину с Павелецкого вокзала. Начитанный, непьющий, аккуратный. Его обманул родной брат, хитростью лишив квартиры. Мужчина не сдался: днем работает, копит на жилье, а вечером приходит погреться и выпить чаю. Гордость не позволяет ему переехать в приют, но поддержка патруля дает силы бороться дальше.

Предательство и чудо

Рядом с поваром Владимиром сидит Андрей, плотник из Пскова. Ему 45, и в его глазах — тоска. Он приехал в Подмосковье к другу, но все закончилось кражей сумки с вещами.

— А друг этот... просто бросил меня, — тихо говорит Андрей, глядя в пол. — Сказал: твои проблемы.

В полиции, куда он обратился, честно заявили: искать вора в этом районе бесполезно. Но правоохранители сделали другое — не выгнали человека на мороз, а связались с соцпатрулем. Теперь Андрей одет в теплую куртку, накормлен, а сотрудники службы уже дозвонились его сестре. Скоро он поедет домой.

Работа патруля порой напоминает детектив. У сотрудников есть планшеты с базой данных, включая сервис программы «Жди меня».

— Бывает, забираем человека из больницы с потерей памяти. Кто он? Откуда? — рассказывает Александр. — Недавно фотографирую такого «неизвестного», загружаю в базу «Жди меня», а там совпадение! Ищет сводная сестра. Я ночью начальнику пишу: «Нашли!». Это как в кино. Ради таких моментов, когда возвращаешь человека в семью, и стоит здесь работать.

Система спасения

Мобильный пункт — это лишь, образно говоря, приемный покой. За ним стоит целая система Центра социальной адаптации им. Е. П. Глинки. Тех, кто готов принять помощь, отвозят в Центр. Там можно помыться, переодеться, переночевать, поесть. Но главное — это социализация.

Юристы помогают восстановить паспорт, добиться справедливости в суде, если жилье отобрали незаконно. Для иногородних покупают билеты домой (как раз случай Андрея). В Москве работают отделения «Востряково», «Ясенево», «Марьино», где людям дают крышу над головой и шанс начать все сначала.

Как не пройти мимо?

Сам Александр признается: пропускать через себя столько горя тяжело. Чтобы не выгореть, раз в год он уезжает в Сочи, в поселок Лоо. Не ради курортного веселья, а ради тишины и моря. Пять дней одиночества — и он снова готов слушать, сочувствовать и наливать спасительный чай.

Но помочь может не только профессионал. Зимой, когда температура падает ниже нуля, равнодушие прохожих становится для бездомного смертельным приговором.

Если вы увидели на улице человека, который замерзает или попал в беду, не спешите отводить взгляд. Денег давать не нужно. Лучшая помощь — это звонок.

112 — единая служба спасения.

+7 (499) 357-01-80 — диспетчерская «Социального патруля».

+7 (903) 720-15-08 — мобильный номер службы.

Один звонок может стать спасительным, как это случилось с поваром Владимиром и плотником Андреем.