Туркестан XIX века в зеркале прессы

Аналитический портал «Евразия.Эксперт» представляет цикл партнерских материалов журнала «Хан-Тенгри». Журнал «Хан-Тенгри» издается Институтом исследований и экспертизы ВЭБ с 2019 года. Его миссия – сохранение, осмысление и актуализация исторической и культурной общности России и стран Центральной Азии, а шире – всего евразийского пространства. Особенностью журнала выступает работа преимущественно в публицистическом жанре, который позволяет объемно продемонстрировать культурно-исторические связи народов наших стран.

Что можно понять о жизни города, просматривая подписку его газеты? Что и насколько?

Проведу эксперимент. Возьму подписку «Ташкентского Листка Телеграмм и Объявлений» за 1893 год – кажется, первый опыт выпуска в этом городе частной газеты, аналогичной по своему формату и наименованию выходившим в то время в большинстве губернских городов Российской империи. Опыт, в некотором роде, довольно робкий: выходить газета начала с первого февраля, а номер за 11 сентября оказался по каким-то причинам последним. Возродилась газета уже в начале XX века – и не факт, что стараниями тех же персон.

Концептуально «ТЛ» строился вокруг перепечатки небольшого количества телеграфных новостей, поступавших из столицы – делившихся при публикации на внутренние и международные – и поступавших тогда в Ташкент 3-4 раза в неделю. Публика, не имевшая иных источников удовлетворения своего любопытства, подписывалась на этот, говоря сегодняшним языком, канал. Там же размещали коммерческие объявления, бывшие, по всему, основным источником дохода издателя. Газета выходила шесть раз в неделю (кроме воскресенья).

Интересно, однако, отметить также и то, чего в газете нет. Во-первых, нет авторских заметок – причем, возможное отсутствие в русском Ташкенте 1893 года людей, способных к журналистике, не является исчерпывающим объяснением: тогдашние газеты любили перепечатывать заметки из других, главным образом, столичных изданий. А кроме того, практически нет редакционных (т.е. не рекламных) новостей местного характера. Иначе говоря, мы узнаем из «ТЛ» о новостях в императорском семействе, но не можем прочитать ничего о проблемах, допустим, Ферганской области или даже самого Ташкента. Разумеется, помимо той информации, которую разместил кто-то на платной основе. Ну, хорошо, на платной – так на платной. Давайте же взглянем и на нее теперь, так сказать, аналитическим оком.

Итак, в первом же номере газеты на первой ее странице (всего страниц у «ТЛ» – четыре, формата А1) мы видим короткую новость из Петербурга, впрямую касающуюся Средней Азии: «Вчера Бухарский Эмир выехал из Петербурга». Речь, понятно, идет о Сеид-Абдул-Ахад-хане из династии Мангытов, правившем в 1885-1910 годах. Это был второй и предпоследний бухарский хан (корректнее – эмир) с момента перехода Бухары под российский протекторат. Он был довольно ярким человеком, свободно владевшим четырьмя языками, включая русский, писавшим стихи, любившим путешествовать. Раз в несколько лет наведывался в Петербург. Поездка, окончание которой отметила газета, ознаменовалась для эмира, помимо прочего, награждением второго января орденом Св. Александра Невского с брильянтовыми знаками. (В этом же году такой же орден, но без брильянтовых знаков, получат британский король Георг V и католикос всех армян Мкртыч I). Пожалуй, это одна из немногих опубликованных в «Листке» телеграмм, имеющих некоторое отношение к предмету нашего интереса – Средней Азии.

Впрочем, есть еще несколько перепечатанных сообщений с оценкой грядущих урожаев хлебов в России (по пшенице – весьма благоприятные в большинстве губерний, по ржи – довольно посредственные). Внимание общественности по всей Российской империи, включая Туркестан, к этой информации понятно: всего два года прошло с момента «Великого голода 1891 года», беспрецедентного на памяти тогдашних жителей империи кризиса хлебозаготовок.

В целом же, 1893 год был на редкость спокойным и бессобытийным: в ноябре умрет П.И. Чайковский, а афганский эмир заключит договоры о границах своего государства с английскими и российскими владениями – положив конец довольно длинному периоду напряженности в отношениях между тремя странами. Но «Ташкентский Листок» до этих событий не доживет. В начале мая произойдет сильнейший крах на биржах США – но это слишком далеко от ташкентской публики. 6 июля скончается Ги де Мопассан – «Листок», в отличие от многих других российских губернских газет, в которых рассказы французского писателя публиковались регулярно, об этом публике не сообщит. Не сообщит газета и про основание Новониколаевска (нынешнего Новосибирска), приуроченное к завершению строительства моста через Обь. В общем, сплошные события в жизни императорской фамилии и назначения высших должностных лиц – да и только.

Теперь займемся объявлениями как таковыми. Большая их часть, как водится, – это объявления о продаже и, в меньшей степени, о готовности приобрести что-либо. Как и на нынешних «досках объявлений», чемпионами здесь являются две темы: недвижимость и транспорт. Довольно много предложений по продаже разного рода экипажей – карет, бричек, колясок и т.д. А также лошадей разного качества – упряжных, верховых. Через всю подписку проходит объявление о продаже «кавалерийского седла с прибором» (46 руб.) – видимо, оно так и не нашло спроса.

Что же – логистика является важной компонентой жизни людей, и в Ташкенте 1893 года она имела свои отличительные черты. Вот перед нами объявление Ташкентской Почтово-Телеграфной конторы. Из него мы узнаем, что почта в Россию уходит и приходит из России трижды в неделю (по вторникам, четвергам и воскресеньям) через Самарканд, откуда имеется железнодорожное сообщение с метрополией. В самом деле, железная дорога Самарканд-Ташкент появится только в 1899 году, а пока, с 1891 года, поезд следует из Самарканда в Красноводск по так называемой Закаспийской железной дороге. Из Красноводска почта морем идет в Астрахань и уже оттуда – российским адресатам. Впрочем, почта, адресованная в Сибирь и на Урал, идет иным путем. Отправляют ее через Казалинск, а получают, почему-то, как из Казалинска, так и из Верного (ныне Алма-Ата). Отметим, что в первые годы ХХ века именно через Казалинск пройдет построенная железная дорога Оренбург-Ташкент.

Как бы то ни было, поездка в Россию даже по Закаспийской ж/д считалась делом серьезным и в чем-то рискованным – скажем, отправка группы «малолетних» юношей, намеревавшихся поступить в Оренбургский кадетский корпус в сопровождении полковника Пославского, породила целую серию газетных объявлений, подтверждавших благополучное прибытие группы в Самарканд, погрузку на пароход «Алексей», затем прибытие в Астрахань, Самару и т.д. Характерно, что эта группа не решилась ехать коротким путем через Казалинск!

Видим мы и аналог нынешнего Bla-bla-Car΄а: объявления с текстом вроде «Ищу попутчика до Маргелана», «Ищу попутчика до Коканда», «Чиновник Ташкентской Инженерной дистанции Александров ищет попутчика до Омска или верного для отправления кадета. Выезд 31 июля или 1 августа» или «Ищу попутчицу до Самарканда, желательно выехать между 18-м и 23-м мая». Последнее повторяется в нескольких номерах, что, по всей видимости, стоило немалых денег – но, видимо, важность ситуации этим тратам соответствовала.

Случаются логистические проблемы и в самом Ташкенте, об этом сообщает редакционное объявление: «Несвоевременная доставка №168 «Ташкентского листка» произошла вследствие внезапного ухода развозчика».

Интересны объявления, касающиеся недвижимости. Вот, скажем, капитан Шинкаренко из Военно-Окружного суда ищет квартиру в четыре комнаты «хотя бы с маленьким садиком» не дороже 25 рублей в месяц. А вот «Продается дом на углу Гавриловской улицы и Гостеприимного переулка, против конторы коммерции советника Н.И. Иванова». Про дом ничего сказать не могу, зато мы знаем, кто такой Николай Иванович Иванов – крупнейший предприниматель, работавший в Туркестане.

Так, Николай Иванович Иванов (1836-1906), согласно Википедии, основал на территории Ташкента и Туркестанского края предприятия по добыче угля, производству «сухого льда», минеральных вод, фабрику «фруктовых вод» (лимонада), вино-водочное предприятие. Приложил он руку и производству пива, история пивзавода № 6 Ташкента – часть истории жизни успешного предпринимателя. Н.И. Иванов построил завод по производству сантонина в Чимкенте, известный ныне как АО «Химфарм» – ведущее фармацевтическое предприятие Республики Казахстан. На предприятиях Туркестанского края, принадлежащих фирме Н.И. Иванова, трудились 2 700 рабочих и служащих. В 1881 году Н.И. Иванов учредил Среднеазиатский коммерческий банк.

В адрес-календаре Туркестанского края за 1898 год мы находим принадлежащие фирме Иванова ренские погреба (винные магазины) в Ташкенте, Джизаке, Ходженте, Казалинске, Перовске, Коканде. А из десяти пивоваренных заводов Туркестанского края в 1913 году компании наследников Иванова принадлежали три или четыре. Иванов был также одним из пионеров среднеазиатского виноделия – он не только торговал привозным вином, но и насаждал виноградники и строил винодельни. Так, например, на базе построенной им винодельни возник «Ташкентский завод шампанских вин» – сейчас это завод АО «Узбекистон шампани».

Раз уж мы затронули винную тему – вот объявление о продаже вина в магазине С.И. Петухова на Романовской улице «в доме Лахтина, что против Воскресенского базара»: «В скором времени получится большой транспорт виноградных вин имения «Лялязар» винодела П.С. Пороховского в Самарканде». Воскресенский базар – старейший рынок европейской части Ташкента – был тогда центром торговли алкоголем в городе (сейчас на его месте – Государственный академический Большой театр имени Алишера Навои.)

Петухов давал рекламу своей торговли в газету неоднократно – вплоть до публикации довольно объемистого текста мелкими буквами, о том, чем хорошо вино, как противостоять фальсификациям и т.д. Что до Пороховского – то это тоже очень яркая фигура туркестанского виноделия, вторая по значимости в Самарканде после Д. Филатова. Начинал он как наемный винодел. Из книги «Виноделие в России» М.К. Балласа мы узнаем, что в 1873 году Пороховской перешел от Филатова на вновь основанную в Ходженте винодельню Исаева, однако в 1875 году она была сожжена кокандцами в ходе Кокандского восстания (1875-1876). В 1891 году Петр Созонтович Пороховской открыл собственную винодельню в Самарканде. Цены на вина Пороховского мы также узнаем из объявлений магазина Петухова. В основном, цена бутылки варьировала от 40 до 65 коп., и лишь мускат розовый оценивался почему-то в 1 руб.

Еще одно имя ташкентского предпринимателя-винодела мы встречаем в другом объявлении: «В магазин Первушиных поступил в продажу старый винный уксус по цене 12 копеек бутылка». Первушины, старинная (известная с XVIII века) семья купцов из города Александрова Владимирской губернии, имели разнообразные предприятия в России, в том числе пивоваренные и спиртовые заводы. Занимались они и виноделием – в Крыму. Приехав в Туркестан, они также обратили внимание на самые разные виды бизнеса.

Евгений Александрович Глущенко в книге «Россия в Средней Азии. Завоевания и преобразования» пишет: «Это были предприниматели широкого профиля: они владели несколькими магазинами, винокуренным и табачным заводами, шелкомотальной фабрикой, плантациями хлопчатника и виноградниками, как подрядчики строили частные дома, церковь, госпиталь, гостиницы, казармы; вели разведку на уголь, нефть, золото и серебро; разрабатывали золотые, серебряные и свинцовые месторождения. Первушины занимались также перевозками грузов на верблюдах из России и в Россию. Из российских пределов они доставляли в разобранном виде станки, различные механизмы и инструменты, а из Ташкента везли хлопок, каракуль, шелка. Фирма была настолько надежной, что частные лица ей доверяли свои денежные вклады и переводы».

В Ташкенте эта фамилия вошла в топонимику: «Первушкой» стали называть район в окрестностях их винодельни – теперь АО ИИ «Тошкентвино Комбинати». Кроме того, Иван Иванович Первушин (1842-1871) в 1866 году, то есть, через год после завоевания города русскими, построил каменный Куйлюкский мост через реку Салар, простоявший до середины XX века. К сожалению, в 1871 году Иван Иванович погиб в Москве в результате неосторожного обращения с оружием, однако компания и винодельня продолжали работать.

К 1909 году относится строительство Первушиным сооружения, на долгие годы ставшего достопримечательностью города. Речь идет о так называемом павильоне Первушиных (ошибочно называвшемся Филатовским, хотя к самаркандскому Филатову он не имел отношения – у того был собственный, который стоял неподалеку). Так вот, павильон был выстроен как временное сооружение к XXV юбилейной Туркестанской сельхозвыставке. Это было масштабное мероприятие, которое за первые две недели посетило 100 000 человек. Было построено 152 павильона, каждый в оригинальном стиле. Все это располагалось в Константиновском сквере, позже ставшем парком Горького, а на языке горожан – просто Сквером. Понятно, что в Первушинском павильоне продавали напитки (наверное, не только вино, так как предприниматели еще имели свое производство лимонадов). Потом, в советское время, когда из всех этих павильонов остался лишь он один, в нем развернули торговлю цветами – повесили соответствующую вывеску. В общем, это симпатичное сооружение в мавританском стиле дожило до середины 90-х, пережив даже землетрясение 1966 года.

И еще одно имя туркестанского винодела промелькнуло в объявлениях «Ташкентского листка»: «Виноторговля Моше переведена на Старогоспитальную улицу. В дом Федорицкого (дача бывш. Карташова), близ садового заведения Г. Гребера». Это – Адольф Моше, по объемам производства вина уступавший в Сырдарьинской (Ташкентской) области только Иванову и Первушину.

Типичный листок объявлений позапрошлого века, в данном случае – самарский.

Но, пожалуй, вернемся к недвижимости. Вот объявление, проливающее некоторый свет на то, как жили в Ташкенте православные священники: «Продается дом священника ташкентской тюремной церкви Иоанна Маркова. За северной стеной тюремной ограды. В нем шесть комнат, при которых две прихожих и две террасы с двумя кухнями, при каждой из них по одной кладовой. Затем подвижной сарай с небольшою конюшнею и с удобным погребом, и еще 3-я кладовая с прочими необходимыми пристройками на пространстве 800 кв. саженей (3 642 кв. м.) с фруктовым садом и рощею строевых деревьев и двумя купальнями».

В целом, объявления по поводу недвижимости – самые обычные для нас: продажа, сдача в аренду, покупка. Съем дачи на летние месяцы. Продажа сельскохозяйственных угодий. Стоимость земли мы тоже можем оценить по объявлениям: «По Куйлюкской почтовой дороге против дач Кожевникова и Непомнящего продается 7 десятин 360 сажень земли с насаждениями (77 700 кв. м.): карагач, орех, тополь и др. (много строевого) 2/3 десятины виноградника, клеверное поле и навесы для скотины. Цена 30 коп. сажень». Иногда жилая недвижимость предлагается совместно с производственной: «На лето отдается в наем дом на даче г-жи Алексеевой на границе Никольского поселка. Там же сдаются: 1) флигель для одинокого 2) кирпичный завод 3) 15 десятин земли под посев. И продаются: черенки тала, лимонного цвета как растения декоративного. Спросить в доме Дементьева на Чимкентской улице».

Вообще, перечни слабо связанных друг с другом предметов, выставляемых на продажу – характерный момент. Мне, например, понравилось следующее: «Продается недорогой корнет-а-пистон. Справиться в магазине Синицына на углу Романовской улицы. Там же продается новый томпаковый самовар» Как-то поневоле помещаешь мысленно и самовар в ряд музыкальных инструментов…

Кстати говоря, музыкой ташкентцы интересовались. Вот, например, целый музыкальный магазин Т.И. Вербовского «снабжен различными музыкальными инструментами, нотами, струнами и принадлежностями по ценам самым добросовестным». Или: «Продается пианино фабрики Ольшевского по прейс-куранту без доставки за 400 рублей». То есть, в 16 раз больше суммы, которую капитан Шинкаренко готов был платить в месяц за четырехкомнатную квартиру с маленьким садиком. Или вот: «В магазин Д.Н. Захо поступил в продажу новый вальс для фортепьяно «Меланхолия» сочинения Ф.В. Лейсек».

Франтишек Вацлович Лейсек (1857, Высоке-Мито, Чехия – 1935, Ташкент) – возможно, первый европейский композитор, заинтересовавшийся народной музыкой жителей Туркестана и использовавшей ее в собственных произведениях, автор сочинения «Азиатские попурри сартовских, киргизских и татарских песен (мотивов) для духового оркестра и в переложении для фортепиано». А Дмитрий Николаевич Захо – обрусевший грек, один из крупнейших предпринимателей города, на его деньги была построена Церковь Св. Пантелеймона (нынешний Свято-Успенский кафедральный собор). Пишут, что «к концу XIX века в центре Ташкента возник целый квартал, принадлежавший торговому дому Д.Н. Захо. Ему же принадлежали в Ташкенте фешенебельная гостиница и ресторан «Швейцария». Позднее эти ресторан и гостиница стали называться «Регина». Что же до музыки, то, согласно объявлениям, в магазине Захо продавались билеты на «Онцерт» (так!) 2 и 3 мая, который дан будет в городском театре, начало в 8½ вечера. Что там исполняли? А вот, пожалуйста:

«Поппури из оперы Трубадур, соч. Верди.

Сцена из 2-го действия той же оперы.

Сцена из оп. Руслан и Людмила, соч. Глинки «Встреча Руслана с Головою» (для этой сцены написана новая декорация).

Сцена маскированных из 2-го действия оперы Травиата соч. Верди».

А вот еще одно объявление о концертном событии.

«21 апреля 1893 года отъезжающим в Европейскую Россию Н.П. Тарновским будет дан в городском театре интересный и доступный концерт на скрипке».

Про этого музыканта я знаю только то, что в РГИА хранится «Дело артиста-скрипача Николая Тарновского о взыскании денег на удовлетворение кредиторов» – однако с его отъездом ташкентцы не остались без скрипичной музыки: «В субботу 22 мая 1893 года в театре городского сада дан будет концерт на скрипке В.Д. Товбичем, скрипачем-солистом Московской Императорской консерватории, с участием любителей. Подробности концерта будут объявлены особыми программами. Билеты продаются в магазине г. Силина». Василий Товбич, окончивший в 1872 году московскую консерваторию, действительно много гастролировал по империи. Ташкентский его концерт («с участием любителей») имел следующую программу:

Отделение 1-е

1. Фантазия, соч. Вьетана. Исп. Г. Товбич.

2. Русский романс, Пасхалова. Пропоет Г. Касперович.

3. Соловей, соч. Вьетана. Исп. Г. Товбич.

4. Фантазия на американские мотивы «Янке-дудль». Исп. Г. Товбич.

Отделение 2-е

1. Трио для фортепьяно, скрипки и виолончели, соч. Осборна. Исп. Г. Товбич и любители.

2. Русский романс. Пропоет Г. Касперович.

3. Колыбельная песня, соч. Неруда. Исп. Г. Товбич.

4. Венецианский карнавал, соч. Паганини. Исп. Г. Товбич.

Кто еще услаждал в тот год ташкентцев музыкой? Некая Дориса Барри из Болоньи (контральто) – певица Берлинского императорского оперного театра. Она дала в Ташкенте несколько концертов. Вот, например, программа первого ее выступления:

«Отделение I

1. Melodia per cante, соч. Гастольтона

2. «Спокойной ночи», романс, соч. Кюхена

3. «Я родину прелестную имел» , соч. Лассена

4. «Отчего», романс, соч. Чайковского

Отделение II

1. «Мое небо», романс, соч. Франца Абта

2. Ария из оперы «Лукреция Борджиа», соч. Доницетти

3. Amor e prima vera, vals, соч. Готфрей

4. Ария из оперы «Трубадур», муз. Верди.

Начало ровно в 8 часов вечера.

Цена местам и входным билетам по 1 руб. Билеты будут заблаговременно продаваться у швейцара Собрания и в аптеке Г. Краузе».

Но это все – музыкальный досуг. Не остались ташкентцы и без драматического искусства: «В течение мая сего 1893 года труппою русских драматических артистов под управлением В.И. Вятского дано будет 15 представлений. <список труппы из 12 человек, включая г-жу Яблочкину, артистку императорских театров, и г. Журина, артиста императорских театров».

Что же показала ташкентцам труппа Вятского? В четверг, 6 мая в Зимнем городском театре была представлена комедия в трех действиях, соч. Ленского «Кто в лес – кто по дрова или от уж, эти нервы!», а в заключение вечера был показан фарс в 2 действиях, соч. Максимова «Прежде скончались, потом венчались, или живые покойники». На следующий день в театре Городского сада показали «Грозу» Островского, сыграв следом «Несчастье особого рода», комедию в 1 действии, соч. Пенькова. 13 мая там же – комедию в 4 действиях Блюменталя и Кадельберга «Столичный воздух», а затем водевиль в 1 действии «Молчание». На следующий день – опять в городском саду – «Свадьбу Кречинского» и комедию в 2 действиях «На песках». Увидели зрители и еще девять пьес в исполнении труппы, включая «Доходное место» Островского и «Вокруг света в 80 дней» по роману Жюля Верна, «для которой художником П.В. Дмитриевым были написаны новые декорации…»

Не остались ташкентцы в 1893 году и без цирка. Труппа довольно известного в России австрийского антрепренера и дрессировщика лошадей И.И. Добржанского хорошо поработала в городе в этом сезоне. В «Листке» ими было размещено двадцать объявлений – от предваряющего прибытие в город до объявлений о дополнительных представлениях «проездом в г. Тифлис в обновленном составе». Выглядели эти объявления примерно так:

«АНОНС. Директор цирка И.И. Добржанский честь имеет известить почтеннейшую ташкентскую публику, что, не желая больших затрат денег, дабы разнообразить свои представления по самому требовательному вкусу публики, им ангажированы только на 10 представлений из столичного цирка Чинизелли в Петербурге: знаменитый наездник, английский жокей (без седла) и сальтоморталист на лошади ЛУИДЖИ БЕЗАНО, не имеющая конкурентов в своем искусстве, известная в Европе эквилибристка на туго натянутой проволоке на вышине 30 футов и наездница на двух лошадях м-с ОЛЬГА, прозванная «Северная Звезда», а также наездник комических сцен и пантомимист АНТОНИО БЕЗАНО, которые уже прибыли и на днях состоится их первый дебют. Директор цирка И.И. Добржанский льстит себя надеждою, что почтеннейшая ташкентская публика отнесется сочувственно и не оставит цирк своим посещением. Готовится к постановке большая историческая пантомима «Тарас Бульба».

С почтением, управляющий Гамсакурдия».

Еще одно шоу, имевшее место в том же летнем театре городского сада. «Французский гражданин Жозеф Дерсэн» показывал ташкентцам так называемый «Театр-панораму». Насколько сейчас можно понять, это были просто раскрашенные фотографии или слайды, проецируемые на экран. Однако тогда, на заре фотографического дела, покупали билеты и ради того, чтобы посмотреть «24 художественных вида священного коронования Государя Императора Александра III Александровича и Государыни императрицы Марии Федоровны», а во втором отделении «Сошествие во ад доктора Фауста». Было еще третье отделение, как водится, юмористическое. И фейерверк. Стоило такое удовольствие от 1 руб. 50 коп. (кресла первого ряда) до 20 коп. (стоячие места, нижним чинам – 15). В общем, в отсутствие телевидения, кино и даже цветной фотографии. Кстати говоря, отыграв эти свои представления, Дерсен открыл в городе ателье моментальной фотографии (на основе процесса ферротипии).

А читали ли в Ташкенте книги? Да, читали. Во-первых, мы видим большое объявление специализированного книжного магазина В.А. Жижиной со списком предлагаемых изданий («Магазин исполняет поручения по выписке книг, газет и журналов. Продажа без кредита»). Что мы находим в этом списке?

● Молоховец Е.И. «Подарок молодым хозяйкам», 17-е издание.

● Флоринский В.М. «Домашняя медицина».

● Стокгэм А. «Токология» с предисл. графа Л.Н. Толстого.

● Шредер Р.И. «Русский огород, питомник и фруктовый сад» (Именем сына этого человека потом назовут ташкентский Научно-исследовательский институт плодово-ягодных культур).

● Гофман. «Письмоводство (служебная книжка) строевого офицера и подпрапорщика».

● Остроумов Н.П. «Сарты. Народные сказки сартов» 2-й вып.

● Фет А.А. «Стихотворения».

● Кольцов А.В. «Полное собрание стихотворений».

● Станюкович К.М. «Пассажирки. Рассказы из морской жизни».

● Додэ А. «Развод. Роман».

● Календари для учителей на 92-93 год.

И так далее.

Во-вторых – в «Ташкентском Листке» вдруг появляется объявление со следующим текстом: «В скором времени начнется печатание в Ташкентском Листке общего каталога книг одной частной библиотеки, предлагаемых для продажи. Каталог этот будет печататься периодически, 3-4 раза в месяц. Желающие получить предлагаемые книги благоволят обратиться в контору редакции».

Некоторое время спустя мы видим начало публикации этого каталога. Что же в нем?

● Авенариус. «Необыкновенная история о воскресшем помпейце. Повесть».

● Дарвин Ч. «Происхождение человека и подбор по отношению к полу» в 2 т.

● Дарвин Ч. «О выражении ощущений у человека и животных».

● Куропаткин А. «Кашгария (с автографом автора)». Это, кстати, тот самый генерал Куропаткин, который потом проиграет войну с Японией.

● Менделеев. «Стеклянное производство».

● Минье. «История французской революции».

● Пржевальский Н.М. «Третье путешествие в Центральную Азию».

● Шопенгауэр А. «Афоризмы и максимы».

В общем, даже по этому неполному списку видно, что книжки не менее интересные, чем в магазине Жижиной.

А вот еще один литературный анонс:

«24 июня выйдет из печати ТИГРОВАЯ ШКУРА, комедия в 3 действиях Льва Дучинского и будет продаваться в центральном аптекарском складе (угол Романовской и Соборной) и в магазине А.Е. Смирнова (Соборная). Цена за экз. 70 к. с пересылкой 85 к.»

Автор, Лев Дучинский, отыскивается в Википедии без труда: «Сын генерал-майора Дучинского Эдуарда Осиповича. Общее образование получил в Александровском кадетском корпусе 1884. В службу вступил 30.08.1884. Окончил 1-е военное Павловское училище 11.08.1886. Выпущен подпоручиком в 38-й пехотный Тобольский полк. Вышел в отставку 1890 и служил экономистом. Приказом министра финансов от 29.11.1890 № 51, из поручиков запаса определён в службу по государственным кредитным установлениям – младшим помощником кассира Ташкентского отделения Государственного банка, с 26 октября 1890 года. С 1890 по 1912 год служил в разных регионах (Ташкент, Смоленск, С.-Петербург) и должностях по ведомству Государственного банка. Печатался в периодических изданиях. Некоторые его комедии во второй половине 1890-х годов игрались, без особого успеха, на сцене любительских театров С.-Петербурга, в частности – Панаевского. После революции 1917 года продолжал заниматься драматургией, в 20-х годах был автором сочинений для театра, эстрады и цирка, писал рассказы».

Коли мы с вами упомянули банк: в 1893 году в финансовой жизни Ташкента произошло значительное событие: в городе открылся филиал Волжско-Камского банка, одного из крупнейших частных банков империи, одним из учредителей которого был Иван Андреевич Первушин. Банк дал два объявления в «Ташкенский Листок»: в первом извещал об открытии отделения, а уже во втором указывал ставки по кредитам и условия учета векселей.

Вообще деловой информации в «Листке» вполне находится место. Скажем, публикуются «справочные цены Ташкентского рынка от Ташкентского базарного смотрителя» – большущая таблица на треть полосы. Или маленькое объявление: «Новая такса на предметы продовольствия г. Ташкент». Из него мы можем узнать, что говядина 1 сорта 7 июля 1893 года (филе) стоила 4 коп. за фунт (т.е. 10 коп. за 1 кг.), в то время как баранина 1 сорта – 5 коп. за фунт. Столько же стоили французские булки, весом ¾ фунта. Печатали в «Листке» и объявления о грядущих заседаниях городской думы с предполагаемой повесткой. Или, скажем, вот такие объявления органа местной власти: «Ташкентская городская управа объявляет обывателям города Ташкента, что д-р Боровский, принявший на себя, за отсутствием врача Шульгина, заведование городскою лечебницею для заразных, имеет местожительство на Старогоспитальной улице, в доме П.Н. Архангельского, против дома Н.И. Мандельштамма».

Или вот забавное, на взгляд из сегодняшнего далека, объявление: «Заведение искусственных минеральных вод О.В. Тейх. Всегда в готовности имеются Эссентуки №17, Виши, Карлсбадская, Соден №3. По заказу готовятся воды всех известных минеральных источников; тут же продаются: сельтерская, содовые воды и лимонады. Заведение помещается в собств. доме по Воронцовскому бульвару против Интендантского управления». Это – не продажа фальсификата, так как факт имитации никто не скрывает – но сколь же высоко доверие к химии, а?

А вот объявления, приглашающие к деловому сотрудничеству: «Приглашаю желающих составить компанию товарищества по золотопромышленности; подробности сообщу лично. Дом Ариф-Ходжи, бывший Домашнего, по Соборной улице. Иона Васильев Федоров». Или вовсе загадочное: «Приглашаю желающих принять участие в очень выгодном торгово-промышленном предприятии. Подробности сообщаю лично. Собств. дом дача. Александр Спиридонович Сухарев».

Но – довольно: напоследок несколько объявлений о происшествиях – комментировать их не стану, поелику они не нуждаются в комментариях.

«От завода Е.И. Ильина. 16 числа минувшего января по неосторожности упал в заварной котел на пивоваренном заводе сарт. Во избежание каких-либо недоразумений публики, по поводу этого обстоятельства, нужным считаю заявить, что тотчас же, в присутствии пристава 2-й части г. Езерского, из котла этого вылито было все пиво и самый котел выжжен и освящен Святою Водою священником Ф. Марковым».

«От полицмейстера русской части г. Ташкента. В г. Ташкенте проживает некто отставной лейтенант Б., состоит он в частной службе, и хотя получает небольшое содержание, которого при скромной жизни было бы достаточно; но широкая натура г. Б. нуждается в больших средствах и потому он изобрел новый способ приобретать деньги, каковой состоит в том, что он по вечерам ходит по домам и, рекомендуясь моим родственником, просит дать в долг денег, с обещанием уплатить таковые в самый кратчайший срок. Многие обыватели отказали г. Б. в деньгах, но некоторые по своей доброте попали в ловушку и дали деньги, получить которые обратно нету надежды. Об этом считаю необходимым довести до сведения жителей г. Ташкента».

«Созвучие моей фамилии с фамилией г. Капланского, имевшего торговые сношения с фирмой г.г. Кожевникова и Сошникова, породило в публике недоразумение, которое выражается в том, что многие лица обращаются с разными справками, запросами и т.п. ко мне. Обстоятельство это, составляя для меня во многих отношениях неудобство, вынуждает объявить, что я с фирмой г.г. Кожевникова и Сошникова никаких дел и отношений не имел и не имею. Каплан».

«13 апреля сего года на Соборной улице (на стороне аптеки Краузе) утеряны дамские глухие золотые часы (циллиндр) за № 33110, на зол. цепочке около ½ арш. длиной, в средине которой находится золотая пуговка со вставленным в нее небольшим брильянтом. Нашедшего просят доставить в дом подполковника Родионова, около Ташкентской городской тюрьмы. Чиновник В. Крошков. Нашедшему будет выдано вознаграждение». (Не удержусь: сочетание золота с брильянтом – дурновкусие).

«Так как утерянные дамские золотые часы, за №33110 с золотой цепочкой, найдены и мне доставлены, то публикацию об них в №60 «Ташкентского листка» прошу считать недействительною. В. Крошков». (Интересно, зачем понадобилось это объявление? Чтобы вторые такие часы не принесли?)

«Пропал почти годовалый светлорыжий кобель, большого роста из породы понтеров, кличка Биба, принадлежащий К.А. Прейсс Тов. Работник, Ташкент, Самаркандская ул., дом Максимовича. Предостерегают от покупки».

«25 мая пристал щенок, черный. На шее кожаный ошейник. Романовская ул., дом Макеевой».

«13 июля вечером сбежала черная собачка, из породы крысоловок, кличка – Авка. Нашедший получит вознаграждение от чиновника Давыдова, инженерного управления».