"Внесите два миллиона за правду": Депутаты решили запретить жалобы на себя и чиновников

В России пытаются запретить журналистские расследования: законопроект об ограничении распространения "обвинительной информации" внёс в Госдуму Госсовет Татарстана. Если депутаты поддержат региональную инициативу, в соцсетях и СМИ под угрозой больших штрафов нельзя будет публиковать ничего об арестованных, подозреваемых и обвиняемых вплоть до вступления в силу решения суда. Но это не всё: пожаловаться чиновникам на беспредел тоже станет крайне затруднительно. Кому и зачем это нужно? В шкафах у тех, кто предлагает "накинуть платок на роток", нашлись "скелеты". Подробности в материале Царьграда.

Заплати за красноречие

На днях Госсовет Татарстана внёс в Госдуму законопроект, который ставит крест на публикацию информации о незаконной деятельности коррупционеров – хоть в СМИ, хоть в соцсетях. Согласно тексту документа, предлагается наказывать за распространение так называемой обвинительной информации всех.

А к "обвинительным" законодатели отнесли любые сведения, опубликованные до вступления в силу решения суда, если таковые "формируют убеждение", что тот или иной чиновник либо депутат совершил нечто противоправное, недобросовестное или вредоносное. Причём автора не спасут даже обтекаемые формулировки:

То есть только нейтрально, без намёков на виновность.

Более того, в закон "О государственном и муниципальном контроле" предлагается внести изменение, которое крайне затруднит подачу жалоб на беззаконие. А именно:

Обращения, заявления, жалобы, содержащие сведения о предполагаемых нарушениях обязательных требований, подлежат рассмотрению при наличии подтверждающих материалов, полученных законным образом, либо сведений, позволяющих контрольному органу самостоятельно проверить указанные факты.

Госсовет РТ предлагает, помимо этого, запретить использовать как основание для внеплановых проверок сведения, добытые с незаконным проникновением на объекты, нарушением пропускного режима и неправомерным доступом к коммерческой тайне. А также самовольно отобранные пробы (грунта, воды, отходов, сырья, продукции) и скрытую съёмку. Всё, что получено "не тем" способом, проверять, значит, не нужно.

Нарушителей всех этих запретов будут жёстко наказывать: штраф для физлиц – от 100 до 300 тыс. рублей, для должностных лиц – от 300 до 700 тыс., для юрлиц – от 1 до 2 млн. Правда становится поистине дорогим удовольствием. Причём отвечать будут и авторы, и издатели, и учредители, и блогеры, и просто комментаторы в соцсетях.

Ни слова о "Крокусе"

Необходимость "накинуть платок на роток" авторы инициативы обосновали в пояснительной записке так: слишком много стало публичных обвинений в адрес граждан, руководителей и компаний до решения суда, поэтому нужно "уравновесить" это гарантиями защиты репутации. То есть на публикацию целого пласта общественно важной информации, в том числе по взяточникам и хищениям на госконтрактах, накладывается табу.

Если Госдума одобрит инициативу, что это значит на практике? Например, если бы закон уже работал, вы ничего не узнали бы о коррупционерах в Минобороны, похитивших миллиарды. И мы не смогли бы рассказать вам о террористах из "Крокуса" даже сейчас, когда спустя два года вынесен приговор, потому что он ещё не вступил в силу. После трагедии Царьград выпустил несколько журналистских расследований о том жутком дне и о головорезах, убивших 150 человек. Всё это было бы незаконно и наказуемо штрафами.

Трактовать это можно так: назвать террориста террористом до вступления приговора в силу означает испортить его "деловую репутацию".

Отметим, что недопустимость злоупотребления свободой массовой информации закреплена в законе "О СМИ" ещё в 1991 году, а ответственность за это предусмотрена статьёй 13.15 КоАП РФ. Кроме того, статья 128.1 Уголовного кодекса "Клевета" распространяется не только на журналистов, но и на всех, кто публикует ложные сведения, в том числе в интернете.

"Это абсурд"

Между тем законопроект потихоньку движется в недрах Госдумы. Комиссия Совета законодателей по информполитике, информационным технологиям и инвестициям должна представить своё заключение до 22 апреля. Если её отзыв окажется положительным, то дальше всё может случиться очень быстро.

Депутат Госдумы Михаил Матвеев в беседе с Царьградом заявил, что если кто-то считает, что его честь, достоинство и деловая репутация пострадали от публикации, он вправе обратиться в суд:

Судебная практика в этой части обширна и чётко разделяет мнение и суждение от утверждения. Какими благими ни были бы мотивы татарстанских депутатов, надеюсь, их инициатива не пройдёт. Следствие иногда идёт годами. И писать о происшествии, в том числе о задержании подозреваемого и в чём его обвиняют, в этом случае до суда не получится. Это абсурд и явное покушение не только не свободу слова, но и на права журналистов и СМИ, а для граждан – на доступ к информации.

Примерно в том же ключе высказался и депутат Госдумы, зампред комитета по информполитике, информационным технологиям и связи Евгений Попов – по совместительству известный тележурналист:

Я уважаю коллег. Они обладают правом законодательной инициативы, но нужно очень и очень деликатно подходить к этой теме. Я советую всё-таки руководствоваться законом о СМИ, который написал ещё в 90-е годы для всех нас Олег Попцов, и не выдумывать новых запретов. Коллеги, оставьте в покое журналистов!

Живой памятник

Пакет документов в Госдуму на имя спикера Вячеслава Володина направлен за подписью председателя Госсовета Татарстана Фарида Мухаметшина. Можно считать это "прощальным посланием", потому что спустя несколько дней он... досрочно покинул должность.

78-летнего Мухаметшина называют политическим тяжеловесом и живым памятником "татарстанскому суверенитету" – он возглавлял региональный парламент почти 30 лет. За это время при его деятельном участии произошло немало историй, оставивших двоякое послевкусие.

Одна из нашумевших – о "президенте Татарстана". Дело в том, что после распада СССР руководители почти всех республик в составе России именовались их президентами – за исключением четырёх (Коми, Карелии, Хакасии и Алтая). Но постепенно пошёл процесс замены названия первых лиц республик на глав, поскольку каждая из них – это, как бы то ни было, регион. Москва несколько раз указывала, что в государстве может быть только один президент – президент России. Для чего соответствующее положение подкреплялось законодательно, причём несколько раз: в 2010-м, 2015-м и 2021-м. Постепенно замену произвели практически все республики (к концу 2014-го от этого должности президента отказалась Башкирия), за исключением Татарстана, где с самого начала выступили резко против этого. Власти республики, одним из главных публичных спикеров которых и был Мухаметшин, бились до последнего.

Осенью 2021-го Госдуме пришлось специально принимать закон, которым директивно устанавливался "единообразный подход в наименованиях органов госвласти субъектов России". В конце того же года нормативный акт подписал Владимир Путин. Но только через год Госсовет Татарстана во главе с Мухметшиным принял поправки в региональную конституцию, закрепив изменения. И лишь с 6 февраля республика отказалась от собственного президента, заменив наименование высшей должности на титул (именно титул, а не просто должность) "раис", что с арабского переводится как "вождь", "председатель", "голова", "начальник".

 

Пожалуй, самая скандальная история связана с активным внедрением татарского языка на всех уровнях образования. Это происходило именно при Мухаметшине и продолжалось, пока прокуратура не разъяснила – весьма настойчиво, – что принуждение всех поголовно – это нарушение. Кстати, осенью 1999 года Госсовет Татарстана принял закон о переходе татарского языка на латинский алфавит, и новшество просуществовало вплоть до 2012 года, после чего было отменено как антиконституционное. Кстати, даже после ухода Мухаметшина дело его живёт: депутаты Госсовета на днях грубо отчитали замминистра культуры за доклад на русском языке.

Госсовет под руководством бессменного лидера насаждал свои порядки в других сферах. Например, вопреки закону "О СМИ" журналистов допускали на заседания только при наличии аккредитации, которую выдавали лишь лояльной прессе. А депутатам запретили читать те или иные неугодные сайты. С таким посылом неудивительно, что теперь Госсовет Татарстана пытается ограничить свободу слова уже в федеральном масштабе.

"Скелеты" в шкафу

Пользуясь возможностью законного права на распространение информации, которое пока не ограничено с подачи татарстанских законодателей, сообщаем некоторые детали, которые могут пролить свет на подоплёку столь спорного законопроекта. Потому что семья ушедшего в отставку чиновника может быть лично заинтересована в том, чтобы лишние сведения не стали достоянием общественности.

Фарид Мухаметшин сделал головокружительную карьеру от токаря, шофёра и слесаря до высокопоставленного чиновника. В конце 90-х он три года был премьер-министром Татарстана, после чего с 1998-го – бессменным главой парламента. В политике с 1970 года – вначале по комсомольской линии, потом по партийной. На комсомольском собрании познакомился с женой Луизой Акрамовной, которая до перестройки тоже продвигалась по партийной линии. В 2004 году супруга Мухаметшина открыла компанию "Ваше здоровье", основной вид деятельности которой – розничная торговля лекарствами.

Как выяснил Царьград, до 2020 года аптека приносила 17–20 млн рублей ежегодно. Причём часть дохода была с госзакупок. Правда, они касались не лекарств – жена главы Госсовета сдавала госпредприятиям свои площади. Арендовали помещения у неё только два клиента: республиканская клиническая больница №2 и клиника Казанского (Приволжского) федерального университета. По сути, это одна и та же организация – РКБ-2 ликвидирована и влилась в клинику вуза.

Любопытно, что главврачом обеих клиник был зять Мухаметшиных – муж их дочери, 50-летний Альмир Абашев, назначенный в октябре 2025-го министром здравоохранения Татарстана. Ещё одна прекрасная карьера в семье. Кстати, Абашев – потомственный доктор. Его отец – заслуженный врач России, очень известный в медицинских кругах человек, светило, автор трудов по неврологии и методов лечения, которые применяются повсеместно.

Всего же тёща благодаря зятю заработала на сдаче в аренду более 9 млн рублей – все закупки были заключены с участием Абашева. После того как он перешёл на работу в региональный Минздрав, контракты больше не заключались, а с 2020 года "Ваше здоровье" и вовсе существует номинально – не ведёт никакую деятельность.

Откуда миллионы?

Дочь Фарида Мухаметшина – жена министра здравоохранения Лилия Абашева тоже без дела не сидит. Она заведует отделением физиотерапии клиники Казанского федерального университета. Причём начала там работать, когда муж ещё был главврачом. Конфликт интересов или это другое? Кстати, приём у неё платный – 720 рублей.

Сын Мухаметшина – Дамир Фаридович – отметился как учредитель "Организации развития хоккея исламских стран". Чем именно занимается структура со столь претенциозным названием, непонятно, но её счета уже заблокировали за долг по налогам в 1500 рублей. Мухаметшин-младший получил экономическое образование, периодически открывал какие-то небольшие ООО или общественные организации типа "Федерации гольфа РТ", но всё глохло.

Карьеру начинал с бухгалтера в "Альметьевскнефти", потом работал в банковской сфере. В 2008–2015 годах был депутатом Казанской гордумы, работая топ-менеджером в банке "Зенит". Однако ушёл после перехода на должность директора департамента в "Татнефти". Средняя зарплата управленца такого уровня – 460 тыс. руб. без учёта премий. От "Татнефти" Мухаметшин-младший курирует академию "Ак Барса".

Интересна и финансовая отчётность по самому Мухаметшину, с которой ознакомился Царьград. В свободном доступе есть его декларации, где указан доход в бытность премьер-министром Татарстана. Например, в 2019 году он заработал 38 млн рублей, жена – 29 млн. Откуда столько, если никакой недвижимости они не продавали? Фирма супруги, согласно отчёту в том же году, принесла 17 млн. На своём посту вместе с добавками, премиями и поощрениями Мухаметшин заработал не более 5 млн. Сам он объясняет доходы инвестированием в ценные бумаги и гонорарами за чтение лекций.

Кстати, сам Фарид Мухаметшин был соучредителем "Школы современного лидера", которую после проверки закрыли. Как выяснилось, она была зарегистрирована с нарушением законодательства и деятельности не вела. Зато активную коммерческую деятельность ведёт возглавляемая им общественная организация "Ассамблея народов Татарстана" – участвует в госзакупках и выиграла 15 из них, заработав 18 млн рублей. Например, выпустила журнал "Наш дом – Татарстан". До 2021 года там числилось в учредителях сразу несколько чиновников, включая Мухаметшина.

Запрет коснётся и силовиков?

Политолог Алексей Ярошенко в беседе с Царьградом назвал "бомбу" Мухаметшина спорным законопроектом. Во-первых, новшество серьёзно ограничит журналистскую деятельность. Во-вторых, сложно отслеживать нарушителей:

У нас каждый день кого-то задерживают, и СМИ берут информацию не с потолка, а из пресс-релизов официальных ведомств – СК, ФСБ, МВД. Тогда, собственно, что – Госсовет РТ хочет запретить и официальным ведомствам печатать такие пресс-релизы? Тогда это прямое нарушение закона, потому что официальное ведомство не может сказать, что они задержали какого-то человека, в нейтральной формулировке – даже не знаю, как она будет выглядеть. Они прямо пишут – предъявлено такое-то обвинение, подозреваются в том-то.

Непонятно, кто и как это будет отслеживать. Теоретически нужны сотни человек, которые будут изучать огромный объём материалов по всей стране и выписывать штрафы. А если это не будет исполняться таким образом, зачем вообще принимать закон?

По мере того как будет развиваться процесс с этим законопроектом, мы поймём, это частная инициатива парламента Татарстана или они делали это всё-таки по чьему-то заданию или просьбе. Пока представляется такого рода регулирование избыточным,

– подытожил Ярошенко.

Что с того?

В целом у Татарстана в последнее время странная активность по части спорных законодательных новелл. Много шума наделала идея местных властей тестировать школьников для предотвращения вовлечения в экстремистскую деятельность. А тут новая идея. Мухаметшин со своей прощальной "информационной бомбой" не первый раз пытается взорвать ситуацию.

Вспоминается скандальная история, когда депутат подал в суд на женщину, которая на него пожаловалась в местную администрацию. Мол, не имела права "порочить" его репутацию без доказательств, хотя доказательства были. И Верховный суд предельно чётко тогда пояснил: пожаловаться на чиновника или депутата, даже если в итоге информация не подтвердится в деталях, – это право, а не преступление. Так что свои обиды, господа, надо в рамках держать. Критика деятельности госслужащих и политиков не просто допустима, а необходима для обеспечения гласного и ответственного исполнения ими своих полномочий.

Если инициатива с ограничениями на публикацию пройдёт, на журналистских расследованиях, которые зачастую служат основанием для официальной проверки, можно ставить жирный крест. Вкупе с тем, что не так давно в Госдуме запретили съёмку депутатов, а ранее прекратили публикацию сведений о доходах чиновников, получается совсем невесёлая картина.