Создание «последней линия обороны» Незалежной выявило много проблем.
23 января украинский волонтер Иван Савельев на своей странице в Facebook продемонстрировал фотографии, зафиксировавшие обучение в Киеве бойцов местных сил территориальной обороны обращению с 7,62-мм ручным пулеметом «Дегтярев пехотный» (ДП). И все было бы ничего, если б не одно примечательное обстоятельство. ДП являлся одним из первых образцов стрелкового оружия, созданных в СССР. Если говорить более конкретно, то этот «дегтярь» был принят на вооружение еще в 1928 году, с честью прошел как Великую Отечественную войну, так и неисчислимое количество локальных конфликтов в Юго-Восточной Азии, Африке, да и других частях света. Но к 2022 году ДП, конечно, абсолютно устарел и оказался давно снят с вооружения.
После ВОВ устаревшие, но тщательно законсервированные «дегтяри», равно как и иные снятые с вооружения образцы стрелкового оружия, советским командованием были рачительно припрятаны на базах длительного хранения. Как мобзапас на случай третьей мировой. Наверняка никому из создателей этих баз в голову не могло прийти, что СССР развалится и часть громадных мобзапасов Советского Союза унаследует Незалежная, власти которой решат расконсервировать старые пулеметы ради вооружения ими украинского варианта фольксштурма!
Тем не менее именно так, судя по фотографиям Ивана Савельева, и случилось.
Замечу, что территориальная оборона — вид войск, который начал создаваться на Украине с 1 января после вступления в силу закона «О национальном сопротивлении», у военных специалистов вызывает довольно смешанные чувства. С одной стороны, Силы территориальной обороны подавались Киевом как некое новое «издание» народного ополчения, которому вменялось в обязанность охранять тылы, пока ВСУ станет забарывать российского и любого иного «агрессора». Эти же самые «территориалы» должны были стать последней линией обороны Украины, если ВСУ вдруг не удастся сдержать ворога и тот прорвется вглубь украинской территории.
На бумаге все выглядело красиво. На деле же создание Сил территориальной обороны сразу выявило несколько проблем.
Во-первых, финансировать формирования «территориалов» предполагалось из местных бюджетов. А там либо денег не было, либо региональным властям тратиться на «территориалов» не хотелось, либо деньги все же выделялись, но… Дальше в дело вступал принцип «Кто девушку ужинает, тот ее и танцует». То есть финансируемые из местных бюджетов формирования Сил территориальной обороны начинали превращаться в частные армии губернаторов и ко. Чтобы этого избежать, министру обороны Украины Алексею Резникову пришлось срочно потребовать на содержание «территориалов» дополнительных ассигнований из отнюдь не бездонного госбюджета.
Во-вторых, Украина — единственная страна в Европе, где закона об оружии нет, но зато есть колоссальное количество огнестрельного оружия, незаконно «гуляющее» по рукам населения — криминальных элементов, националистов и разнообразных «ветеранов АТО». Вступление в Силы территориальной обороны дает шанс гражданам Украины на легализацию их незаконных «стволов» с последующим их вполне законным использованием под «крышей» «территориалов» при рейдерских захватах, на бандитских «стрелках» и в прочих ситуациях, которые можно как-то подвести под термин «противодействие вооруженной агрессии».
В-третьих, в ВСУ либо возник дефицит относительно современного огнестрельного оружия, либо украинские вояки просто не захотели таким оружием с «территориалами» делиться. В общем, пришлось «последней линии обороны Украины» вооружаться охотничьими ружьями. И, как мы уже знаем — ручными пулеметами образца 1928 года. Думаю, что после такого факта вопрос, насколько боеспособными окажутся украинские «территориалы» при гипотетическом столкновении не только с ВС РФ, но и с вооруженными формированиями ДНР/ЛНР, следует считать риторическим. Что, впрочем, не мешает личному составу Сил территориальной обороны эффектно позировать с оружием в руках на собственных кухнях перед фотокамерами иностранных корреспондентов.