Жизнь творческой элиты в Советском Союзе всегда была овеяна массой мифов и догадок. Считалось, что известные писатели зарабатывают баснословные суммы за свои произведения, живут «на широкую ногу» и ни в чем себе не отказывают. В действительности все было немного сложнее: размеры гонораров сильно отличались в зависимости от статуса, опыта и политических воззрений литераторов, а налоги со своих зарплат писатели платили куда более высокие, чем простые граждане СССР.
Главное отличие в системе оплаты писательского труда в Советском Союзе и в наши дни заключается в том, что в СССР платили за авторский лист, а в современной России выплачивают потиражные – то есть, умножают отпускную цену книги на ее тираж. Гонорары в СССР были разными, в среднем от 250 до 800 рублей за авторский лист. Отличались они в силу разных обстоятельств. В 1936 году Союз писателей предоставил статистику, согласно которой 2 660 писателей получали в месяц по две тысячи рублей – сумма, надо сказать, довольно серьезная. Однако реальные доходы определить трудно, поскольку у литературных деятелей часто бывало сразу несколько источников дохода. Подрабатывали переводами и преподаванием гуманитарных дисциплин, а также устраивались на предприятия и в государственные учреждения. Кроме того, в советское время считалось обязательным отдавать часть гонораров и премий в фонды и подписываться на ежегодные государственные займы. Этот факт серьезно влиял на бюджет литераторов.
Порядок выплаты гонораров время от времени менялся. Например, в 1934 году в Литературной газете вышла соответствующая статья. Для авторов создавалась поощрительно-премиальная система. Ее смысл заключался в том, что после выхода книги из печати и ее оценки комиссией писателю могли выплатить дополнительный гонорар. Кроме того, поощряли тех литераторов, кто досрочно сдавал рукописи, выступал за снижение себестоимости своих книг, а также качественно оформлял свое произведение. А вот те писатели, которые не успели сдать работу в срок, наоборот привлекались к ответственности вплоть до судебных разбирательств.
Советский писатель Борис Пильняк в начале 1930-х утверждал, что по доходам принадлежит к двадцати самым обеспеченным писателям своего времени. Так он описывал свой бюджет: «Я зарабатываю моими книгами 3 200 руб. в месяц… Мой бюджет состоит из мелких работ, которые, в общем, отнимают 50 проц. всего времени. Я пишу в „Известия“ и в „Вечерку“, но не потому, что это меня удовлетворяет. Если я хочу начать какую-то большую работу, то я должен написать ряд предварительных и ненужных произведений… Я скажу о своем бюджете: я получил 3 200 руб., как я уже сказал. Из них — 1 200 подоходный налог, 500 руб. учеба детей и моя, 200 руб. книги, 200 руб. автомобиль, 200 рублей трамвайные разъезды моей семьи, а там — питание». Однако большинство литераторов все же не могли обеспечить семью, занимаясь лишь творческой деятельностью. Одной из причин тому были высокие налоги. К концу 1930-х годов их резкий рост коснулся, в основном, писателей и поэтов, а других деятелей культуры подобная участь миновала. К примеру, известный поэт В. Лебедев-Кумач со своих доходов был вынужден платить налог в 48,25%, а артисты театров при таком же заработке платили всего лишь шестипроцентный налог.
В обществе упорно ходил слух о несметных богатствах писателей. К некотором из них напрямую обращались за материальной помощью незнакомые люди. Михаил Булгаков описал такой случай. Однажды утром в его квартире зазвонил телефон, и мужской голос обратился к писателю: «Товарищ Булгаков, мы с вами не знакомы, но, надеюсь, это не помешает вам оказать услугу… Вообразите: только что, выходя из пивной, я разбил свои очки в золотой оправе! Я буквально ослеп! При моей близорукости… Думаю, для вас не составит большого урона дать мне сто рублей на новые окуляры?» Удивленный Булгаков молча повесил трубку, однако через минуту незнакомец позвонил вновь: «Ну, если не с золотой оправой, то на простые-то очки можете?»
Нужно отметить, что материальное благополучие писателей в СССР выражалось не только в размере гонорара, но и в доступе к различным дефицитным вещам и формам досуга. Близкие к власти литераторы, лауреаты Сталинских премий разных степеней, получали квартиры в престижных районах, дачи в закрытых поселках (яркий пример – Переделкино), путевки в санатории. Были те, кого сегодня однозначно назвали бы звездами. Среди таких литературных деятелей – Константин Симонов. Однажды за четыре года работы поэту было перечислено 2,5 миллиона рублей. Для понимания масштаба – самый дорогой элитный автомобиль «Победа» стоил тогда 16 тысяч.
Другим богатым писателем советской эпохи являлся Сергей Михалков. Как автор произведений он получал не такие большие гонорары (например, за написание текста советского гимна ему выплатили всего 500 рублей), но главной статьей его дохода были крупные потиражные выплаты. Сборники с произведениями Михалкова многократно переиздавались как в СССР, так и за рубежом, а писатель был удостоен трех Сталинских и одной Ленинской премии. Считалось, что Михалков был одним из немногих официальных советских миллионеров.
Наконец, нельзя не упомянуть Михаила Шолохова, который обрел не только мировую славу, но и являлся довольно обеспеченным человеком. В 1965 году Шолохов получил Нобелевскую премию, а вместе с ней – 150 тысяч шведских крон (в переводе на рубли – около 225 тысяч). Кроме того, получил писатель и Сталинскую премию с вознаграждением в размере 100 тысяч рублей. За «Поднятую целину» Шолохову выдали Ленинскую премию и денежное поощрение поскромнее – 7,5 тысяч. Дополнительный доход Михаил Шолохов также имел за издание своих произведений на разных языках. Тем не менее современники Шолохова утверждали, что писатель не купался в богатстве и предпочитал вести скромный образ жизни. Односельчанин писателя И. Манский говорил: «Никаких особых денег у него не было. Премии свои он отдавал… А сколько всяких просителей шло к нему в дом! Особенно после войны. И, надо сказать, помогал он многим. И деньгами, и одежонкой… А то, что во дворе у него видели, так все больше дареное».
Материальное благосостояние писателей во многом зависело и от их отношений с властью. Ситуации при этом бывали разные. Так, Сергей Довлатов, в 1978 году эмигрировавший в США, вспоминал, что гонорары ему платили солидные, если произведения были «идейно правильными» и затрагивали производственную тему. На один такой рассказ он потратил одну неделю, а гонорар получил в размере 1000 рублей. Сам Довлатов был уверен, что таких денег не получают даже сотрудники органов госбезопасности, а уж тем более – простые рабочие. В то же время он прекрасно отдавал себе отчет в том, что за «антисоветские» произведения не только не платили гонораров, но и могли исключить из Союза писателей. Тогда литератор фактически лишался средств к существованию.
Журналы и книжные издательства не публиковали произведения «запрещенных» писателей. Так случилось с Михаилом Зощенко, который в начале 1950-х оказался «в опале». Сатирическая сказка «Приключения обезьяны» не понравилась цензурному комитету – критики посчитали, что писатель выставляет советских людей глупее мартышки. Зощенко исключили из Союза писателей и перестали платить гонорары. В течение нескольких лет писатель зарабатывал на жизнь иными способами: например, переводил иностранные тексты и даже чинил знакомым обувь.