Жесткий и бескомпромиссный разговор прошел на коллегии Генпрокуратуры России 20 ноября. Глава ведомства Александр Гуцан устроил настоящий «разбор полетов» по практике конфискации имущества в уголовном судопроизводстве. Тон, заданный генпрокурором, не оставляет сомнений: получение денег преступным путем должно стать не просто рискованным, но и экономически бессмысленным занятием. Александр Гуцан Гуцан без прикрас обрисовал катастрофическую ситуацию: система работы по розыску и изъятию преступных активов дает сбой на каждом шагу. Только каждое третье поручение о розыске активов выполняется. Результативность – позорные 30 процентов. Это не работа, это профанация, которая на руку лишь ворам и коррупционерам. Современная конфискация – это не карательная мера, это инструмент финансовой зачистки. Его цель – вернуть в казну награбленное, лишить криминал финансового кислорода и направить эти средства на благо нашей страны. Яркий пример – конфискация автомобилей у пьяных лихачей и бесправников. За 2,5 года изъято более 33 тыс. автомобилей. И это не просто цифры. Это реальная помощь фронту: свыше 5,5 тысяч единиц техники уже переданы в зону боевых действий СВО, и на этой технике наши бойцы выполняют поставленные задачи. Еще сотни переданы новым регионам и МЧС. Итог – количество пьяных за рулем снизилось на 15 процентов. Прокуроры бьют и по браконьерам, отнимая дорогие катера и оружие, и по нелегальным лесорубам, конфискуя их технику, и по организаторам подпольных казино. Но это – лишь капля в море. Но главный фокус должен быть на коррупционных доходах. Именно здесь спрятаны самые жирные куски. Генпрокурор прямо указал на провалы оперативных служб, следственных органов и самих прокуроров. Он пояснил, что речь идет о формализме, об отсутствии настоящей, кропотливой работы по проверке имущественного положения фигурантов уголовных дел. Криминальный мир не дремлет. Коррупционеры, контрабандисты древесины, торгаши контрафактом – давно освоили азы отмывания денег. Их излюбленная тактика – оформление вилл, яхт, элитных автомобилей на подконтрольных лиц: бывших супругов, родственников, подставные фирмы. В условиях войны деньги уплывают на зарубежные счета. Этому беспределу должен быть положен конец. Генпрокурор дал прямой и недвусмысленный приказ: пора координировать и активизировать усилия по поиску нелегальных активов, невзирая на формальных владельцев. Если дорогая недвижимость записана на тещу вора-чиновника, она должна быть изъята. Если деньги жены зарвавшегося коррупционера лежат на офшорном счете – они должны быть возвращены в Россию. «Состоявшееся обсуждение показало, что принятые организационные и надзорные меры не в полной мере оказали положительное влияние на формирование единой правоприменительной практики», – констатировал Гуцан. Это дипломатичная формулировка, за которой стоит суровая правда: работа ведется не в полную силу. Требуется не продолжение, а наращивание усилий для устранения грубых просчетов и «системных недостатков в обеспечении применения конфискации». Отныне надзорному органу предписано обеспечить тотальный арест подозрительного имущества, бескомпромиссно доказывать на следствии и в суде его незаконное происхождение и добиваться реального, а не виртуального изъятия в доход российского государства. Каждый рубль, вырученный от продажи конфискованных транспортных средств, яхты или квартиры, – это патроны для бойца в зоне СВО, это лекарства для больницы, это развитие российских территорий. Доходы от преступной деятельности должны служить не обогащению горстки негодяев, а будущему всей страны. Война с экономической базой преступности объявлена. И пощады не будет. Выставление авторских материалов издания и перепечатывание статьи или фрагмента статьи в интернете – возможно исключительно со ссылкой на первоисточник: «Время МСК».
