В начале июля в Великобритании пройдут досрочные парламентские выборы. С большой вероятностью на них победит Лейбористская партия, поскольку у граждан накопилось немало вопросов к правящим более 10 лет консерваторам. Политика Консервативной партии загнала экономику в рецессию и основательно ухудшила материальное положение всех граждан. Однако в обществе мало энтузиазма и по поводу прихода к власти лейбористов: их руководство практически не обещает каких-либо перемен.
Что происходит в Великобритании?
За последние 8 лет в Британии сменилось четыре премьер-министра. Решение провести внеочередные выборы в 2024 году — это кульминация политического и экономического кризисов.
Кризис начался после решения 2016 года о выходе страны из состава Европейского союза. Консерваторы насаждали эту идею гражданам, обещая полный перезапуск экономики.
Но этого не случилось. Действия консерваторов лишь усугубили те проблемы, которые страна переживала до Брекзита. Главными из них были ухудшение общественной инфраструктуры и падение материального благополучия граждан из-за низких социальных расходов государства.
Как именно консерваторы усугубили кризис?
Экс-премьер Британии Борис Джонсон был одним из тех, кто гарантировал, что выход из Евросоюза принесет британцам процветание. Он собирался перенаправить высвободившиеся деньги от членства в ЕС на проекты по восстановлению инфраструктуры и жилищному строительству, а также улучшить состояние системы здравоохранения. Однако эти планы так и не были реализованы.
фото euronews.com
Когда Лиз Трасс заменила Джонсона на посту премьера после скандала из-за организованной им вечеринки в разгар пандемии коронавируса, она пообещала обеспечить приток больших инвестиций в страну. Трасс резко снизила налоги для богатых, будучи уверенной, что это подстегнет вложения в открытие новых предприятий и создание рабочих мест.
Но ей удалось добиться лишь обострения кризиса. Результатом этого эксперимента стали падение британской валюты до исторического минимума, почти произошедший крах британских пенсионных фондов и повышение кредитных ставок сверх необходимого. В итоге она проработала премьером лишь 49 дней.
Риши Сунак, преемник Трасс, предупреждал о тяжелых последствиях ее плана. Тем не менее он вступил в должность премьера без желания что-то кардинально менять. Вместо этого он стал отменять крупные инфраструктурные проекты, в частности, высокоскоростное железнодорожное сообщение между Лондоном и другими крупными городами (за исключением Бирмингема).
Своим бездействием Сунак провоцировал забастовки железнодорожников, медицинских работников и преподавателей. При этом он не выступал в их защиту. Поэтому беду в трудовых спорах одерживали работодатели. А финансирование этих сфер государством продолжало отставать от реальных нужд людей.
Изменится ли что-то с уходом консерваторов?
Провалы консерваторов, впрочем, вызваны не низкой компетентностью каждого из премьеров. Она заключается в их идеологической платформе, которая защищает лишь интересы богатых.
Это подтверждает, к примеру, то, что норма прибыли среднего британского бизнеса за последние годы выросла на 30% по сравнению с периодом до пандемии. Тогда как покупательная способность зарплат наемных работников, которые заняты полный рабочий день, сейчас ниже периода до 1997 года.
В период правления консерваторов заработная плата и производительность труда британцев стагнировали дольше всего в последние 100 лет. А заканчивается их нахождение у власти экономической рецессией: за 2023 год экономика выросла всего на 0,1%.
Но и приход лейбористов вряд ли изменит эту тенденцию. Сейчас эту партию возглавляет Кир Стармер, который, как и многие консерваторы, остается верен идее строгой бюджетной экономии. Возглавляя партию с 2020 года, он занимается устранением оппонентов, предлагающих альтернативу его антисоциальным взглядам, а также поддерживает действия консерваторов по подавлению забастовок и протестов.
«Если лейбористы победят на следующих выборах, новое правительство встретится с гораздо более сложным экономическим наследием, чем в 1997 году, когда они пришли к власти в прошлый раз: более низким ростом экономики, напряженными торговыми отношениями, перегруженными государственными службами и слабыми госфинансами», — пишет Крис Джайлс, профессор University College London Policy Lab.