Во вторник, 25 января, мужчина в Москве решил свести счеты с жизнью и спрыгнуть с Крымского моста. Спасти его удалось старшему лейтенанту полиции Наталье Мошаровой. В специальном интервью «Вечерней Москве» сотрудник МВД рассказала, что она чувствовала, о чем переживала и как развивались события на высоте почти в 30 метров.
Как решается вопрос о том, кто будет разговаривать с человеком, который хочет свести счеты с жизнью? Почему именно вы беседовали с тем мужчиной?
— Решение о том, кто будет вести переговоры принимает вышестоящее руководство совместно с психологами — нашими (психологами МВД — прим. «ВМ») и психологами МЧС.
Сотрудники МЧС сообщили нам, что данный гражданин наотрез отказывается разговаривать с мужчинами ввиду боязни, недоверия или по каким-то личным убеждениям. Соответственно он согласился вести диалог только с представителем полиции женского пола. Поэтому я поехала с ним разговаривать.
Готовят ли сотрудников к подобному? Вас как-то инструктировали, давали ли какие-то рекомендации?
— В нашей системе МВД существуют так называемые центры профессиональной подготовки. В них готовят сотрудников к дальнейшему несению службы, делаю так, чтобы он все знал и умел.
Также у нас каждое утро проходят инструктажи. Мы их называем «разводы». На каждом разводе проговаривается определенная тематика дня. В этих тематиках мы уже разбираем конкретные задачи и их решения. То есть мы каждый день прорабатываем различные сценарии.
Наталья, а у вас был подобный опыт до вчерашнего дня? Вы вели переговоры с человеком, который хотел свести счеты с жизнью?
— До этого такого в моей практике не было. К тому же я первый раз работала на высоте и первый раз сама лично вела переговоры.
Вам было страшно?
— Честно говоря, у меня есть страх высоты. Очень высоко было. Мы поднимались на специальном манипуляторе. Но, когда речь идет о человеческой жизни, о спасении человека — все личные страхи отходят на второй план. Все время, которое я там провела, оно для меня остановилось. Можно сказать, что все прошло на одном дыхании. Я провела там порядка 15-20 минут, но мне казалось, что прошло всего три минуты.
О чем вы думали в момент, когда вас поднимали наверх?
— Перед тем как я отправилась наверх, мы с коллегами продумали примерное ведение диалога. Когда меня поднимали, я повторно все продумывала. Я была уверена в своих силах. Важно понимать, что если переговорщик волнуется и переживает — его энергетика может передаться человеку, а этого быть не должно. То есть переговорщик должен быть уверен в себе на 100 процентов, потому что он идет спасть жизнь другого. Он должен убедить этого человека в том, что нужно сохранить свою жизнь и быть благоразумнее.
Когда вы только увидели этого мужчину, какое у вас было впечатление? Каким был первый словесный контакт?
– Это был достаточно экспрессивный, эмоциональный человек, размахивающий руками. Он стоял на обледенелой металлической конструкции и мог в любой момент оступиться, поскользнуться. В первую очередь я успокоила его, чтобы он ровно стоял на месте и не дергался. А уже в дальнейшем я начала устанавливать с ним личный контакт, входить в доверие и вникать в его проблему.
Были ли у вас опасения трагического исхода?
— Разумеется, произойти может все что угодно. Но, если ты не уверен в себе, то не стоит браться за это дело. Повторюсь, чтобы помочь другому человеку, нужно быть уверенным в себе на 100 процентов. Тут не должно быть каких-то сомнений. Если взялся что-то делать — нужно делать до конца. И быть уверенным в себе и своих силах до конца.
Вы сказали, что продумывали ваш разговор, но все же была ли в ваших действиях доля импровизации?
— Все ситуации разные. Невозможно продумать, что тебе человек ответит и как он себя поведет. Поэтому приходиться действовать по ситуации. Все исключительно индивидуально. Никаких шаблонных сценариев нет.
Что вы ему говорили? Как пытались убедить не совершать роковой поступок?
— В первую очередь я попыталась объяснить: жизнь у человека одна, дается она один раз, а какие-то наши бытовые трудности — они все решаемы. Не бывает нерешаемых проблем. Прежде всего, мне нужно было убедить человека, чтобы он не сделал непоправимого — не лишил себя жизни. Не причинил горе своей семье. Ведь тогда он больше не смог бы им помочь. Проблема от того, что человека не станет, не решится.
В какой момент вы поняли, что все кончится хорошо?
— В тот момент, когда он мне протянул руку. В тот момент когда его начали перетаскивать в люльку.
На земле у вас с ним был разговор?
— Нет. У нас был разговор, когда мы спускались на манипуляторе. Тогда также продолжались убеждения. Он нервничал, но уже не так, как наверху, то есть он уже успокоился.
Моя задача была спасти человека. В дальнейшем с ним работали медицинские работники, потому что он долгое время находился на холоде и его психологическое состояние.
После проведенного медицинского обследования, мужчина был доставлен в территориальный отдел полиции для разбирательства. Там на него был составлен административный проток. После этого он был отпущен. Что же касается нашей героини — руководством ГУ МВД России городу рассматривается вопрос о поощрении Натальи Мошаровой, за предотвращение несчастного случая.