Конец июля — самое подходящее время для отпуска. И хотя пандемия с частичным локдауном в ряде регионов не способствует поездкам, они все же возможны. Пользуясь тем, что наш коллега Сергей Синюков вернулся из отпуска и согласился поделиться впечатлениями, мы решили подготовить материал в стиле старых добрых путевых заметок. О столице Урала — Екатеринбурге. Пуркуа бы не па, как говорят французы?
Из столицы каспийской в уральскую
Отправиться в Е-бург, или как его называют местная молодежь — Катер, мы с женой решили по одной простой причине. Захотелось отдохнуть от традиционной астраханской жары. И попутно посмотреть на «Город древний, город длинный, имярек Екатерины». Все же это, со одной стороны - Ельцин, Россель, Ройзман… С другой - «Чайф», «Агата Кристи», «Уральские пельмени». С третьей — Бажов с его печальными сказками, с четвертой - … просто полюбопытствовать - как люди живут на Урале.
А живут они, в принципе, не так уж плохо. Екатеринбург — четвертый по численности город в России, население — почти полтора миллиона. Мегаполис очень ухоженный и чистый, за неделю мы не встретили (клянусь чем хотите!) ни одной бродячей собаки! После дождей, которые здесь случаются часто, вода моментально уходит в ливневку. Дороги ровные. Общественный транспорт работает минута в минуту. Хлабуды и развалюхи снесены еще при Ельцине (до своей московской карьеры он был тут первым секретарем обкома, и уже после воцарения не скупился на финансовую помощь малой родине). Повсюду новые высотные дома, а в центре — небоскребы - «Высоцкий», «Президент», «Исеть» и строящаяся «Екатерина».
Короче говоря, если меряться… урбанизмом, то Каспийская столица очень сильно проигрывает Уральской.
Всепроникающий губернатор
Уже по дороге из аэропорта отмечаешь, что чуть ли не со всех бигбордов на тебя смотрит фотография свердловского губернатора Евгения Куйвашева. Его не просто много — он абсолютно везде, на всех рекламных конструкциях. И даже магазины и подъезды обязательно обклеены его обликом. Надписи под фото встречаются трех типов: «Работа. Это волнует каждого из нас», «Цены. Это волнует каждого из нас», «Дети. Это волнует каждого из нас». А в центре города ходят целые батальоны волонтеров, раздающих мини-буклеты с ответами Куйвашева на всяческие злободневные вопросы, которые, якобы, поступают ему от жителей.
Поскольку раньше я имел косвенное отношение к власти и политике, то в голове моей всплыла фраза из фильма «День выборов»: «У нас с недавнего времени здесь народ слишком сильно любит губернатора. И сам губер, надо отметить, что как-то резко к народу потеплел».
Так ли это? Стал спрашивать местных. Екатеринбуржцы — люди не очень словоохотливые (об этом будет ниже отдельный параграф). Но, морщась, отвечали, что… не совсем. Ларчик открывается просто — выборы скоро в Государственную думу и заксобрание. А Куйвашев - «паровоз». Вот и тянет.
О трамваях и не только
Транспорт здесь ходит прекрасно. Автобусы, троллейбусы, трамваи, метро. Поэтому пробки на автодорогах не часты, в центре их нет вообще. Особенно много трамваев, причем «аппараты» встречаются разные — от старых, выпуска 80-годов, до современных. Удивительно, но на трамвайных остановках висят электронные табло с интервалами времени. Еще удивительнее то, что прибытие вагона совпадает с указанным интервалом! В трамваях «бегущая строка» с анекдотами и бабушки-кондукторы с электронными мини-терминалами для безналичной оплаты. Стоимость проезда — 28 рублей. Кстати, везде объявления, что требуются кондукторы. Зарплата — 25 тысяч. И водители требуются. Зарплата — от 30 тысяч. Даже общежитие предоставляется. Прямо, Советский Союз, в хорошем смысле!
Астраханских «газельно-беспредельных» маршруток нет вообще. Вместо них здесь ходят мини-автобусы ярко-зеленого цвета. Это понятно, малахит — тут фирменный камень. А вот троллейбусы могут быть и расписными — в Катере любят граффити.
Еще одна особенность — большое количество велосипедов, самокатов и скейтов. Причем едут на них не только представители молодежи, занимающиеся доставкой еды, но и люди вполне зрелые. Довелось даже увидеть, как на самокате по Катеру катил священнослужитель. И удивляет как раз не это! Удивляет, что здесь на многих улицах есть специальные велодорожки! И ситуации, когда, как в нашей Астрахани, сбивают друг друга два самокатчика, в этих местах вряд ли возможны.
Хотя автомобильных аварий на улицах много. Ездят быстро.
Что посмотреть?
Выбор есть. Правда, туристический маркетинг в Екатеринбурге развит, мягко говоря, не очень. Найти в центре города экскурсионное бюро невозможно, экскурсии надо заказывать индивидуально по интернету. Сувенирами тоже торгуют без энтузиазма, лавок на улицах не встретишь, а в фирменных магазинах они дороги. Поэтому гулять есть смысл самостоятельно.
Масса музеев. Только у краеведческого — 18 площадок, при этом природа и история разведены. Пафосный «Ельцин-центр» с действительно интересной и оригинальной экспозицией. Тут 90-е годы представлены детально, даже кабинет с новогодней елочкой, откуда ЕБН уходил в историю, аутентичен. Смотровая площадка небоскреба «Высоцкий» (высота 188 метров!), откуда открываются виды на весь Е-бург и его окрестности.
Здесь же и музей Владимира Высоцкого, который, кстати, тогдашний Свердловск совершенно не жаловал. Нарядный и обустроенный центр с историческим сквером и знаменитой Плотинкой. Это место строительства первого завода, откуда и пошел Екатеринбург. Строил его будущий астраханский губернатор Василий Татищев. Его персона, вместе с другим основателем города Георгом де Генниным, отлита в металле и стоит тут же. Правда, надпись под памятником не совпадает — там, где Татищев — стоит де Геннин. А там, где де Геннин — Татищев. Перепутали.
Молодежь этих исторических деятелей называет Бивис и Батхед.
Отливают здесь вообще много. Я имею в виду памятники. Видимо, это традиция вкупе с наличием собственных литейных заводов. На улице Вайнера (это местный Арбат) десятки металлических монументов. Ощущение, что отливали их по принципу — кому что нравится. Тут Гена Букин (герой ситкома «Счастливы вместе») стоит в пяти метрах от Майкла Джексона. Чуть далее на лавке сидит Баба Яга, стоит коробейник, в машине восседает Адам Козлевич и расположены какие-то другие персонажи. А в торговом центре «Гринвич», что расположен на этой улице, скульптуры буквально на каждом шагу.
Металла много, что не лить-то?
Люди
Люди Уральской столицы очень отличаются от астраханцев. Не только лицами. И вот здесь, я патриотично считаю, мы — в выигрыше. Наше южное гостеприимство, наши улыбки, наша открытость, наш многонациональный колорит — это огромные плюсы, которые начинаешь осознавать, находясь вдалеке. Уральцы не так эмоциональны, молчаливы и… не слишком радушны. Южной простоты отношений мы почему-то здесь не встречали.
Не собираюсь обижать уральцев, мне кажется (это оценочное суждение!), ментальная разница объясняется историей. Единственное, что нас связывает — это Татищев. В остальном мы совершенно не похожи. Астрахань создавалась как город-крепость и торговый перекресток. Люди сюда заезжали вольные, даже крестьяне были государственными, а не крепостными. Многие бежали на Волгу от помещиков и уже здесь становились вольными. Здесь столетиями формировался интернационал.
Екатеринбург строился как завод. Вокруг росли рабочие поселки. В них свозили зависимых крестьян, и те годами изнемогали в шахтах и рудниках. В тяжелейших условиях. Поколение за поколением. Может, отсюда и суровость уральских нравов?
А нравы… Знаете, мы стали свидетелями, как группа местных гопников в центре города стала оскорблять гида, ведущего экскурсию. Причем, это были не подростки, а похмельные мужики лет 30-35, загулявшие в ночь с пятницы на субботу. Нам попадались пьяные, ночующие на городских лавочках. Нам встретилась кондуктор трамвая, которая на мой вопрос: «Подскажите, сколько остановок до Дворца молодежи?» отвечала: «Я что, их считала, что ли?». Мы встречали молодых парней, которые гуляли в спортивных костюмах «абибас», модельных туфлях и кожаных кепочках, матерясь на весь город. Мы ехали в такси, водитель которого был (!) молчуном, и не хотел поддерживать разговор. Нас удивляли официанты, которые не торопились нас обслуживать, хотя мы были единственными клиентами кафе! И так далее.
Хотя, сейчас мне кажется, что последний параграф я написал для того, что бы как-то реабилитировать Астрахань. Ведь все остальное — явно не в нашу пользу. А вот люди у нас замечательные! Правда! И…, как в старом анекдоте: «Зато у нас песни красивые!».