Согласно исследованию РИА «Новости» за 2020 год, около 10% населения Свердловской области живет за чертой бедности. Это около 400 тыс. человек. Признаки бедности в регионе проявляются не только в отдаленных его частях, но и непосредственно в центре области — Екатеринбурге. В будни малоимущие люди приходят в благотворительную столовую на улице Восточной, чтобы решить хоть одну из своих проблем. О том, кто здесь обедает и почему и кого эти люди винят в своей бедности, — в репортаже Znak.com.
Пенсионер и инвалид третьей группы Олег одет довольно опрятно, но признался, что эту одежду он носит больше 10 лет. Причина — низкая пенсия. «Одежда у меня еще с тех времен, когда я работал. Сейчас новые вещи обходятся дорого. Покупая их, я выбиваюсь из бюджета», — рассказывает он.
По его словам, он живет в микрорайоне Синие камни, оттуда идти до столовой примерно полчаса. Он называет это плюсом.
«С соцзащитой я давно дружу. У меня еще мама была больная. Потом я ее похоронил. Позже сам инвалидом стал. Такого питания нет у меня, поэтому сюда прихожу. Не часто. Плюс двигательный режим. Движение — жизнь, как говорится. Я убедился в этом за время карантина, когда нас заставили сидеть дома. Я почувствовал, что разваливаюсь, даже ходить не могу. Выйду тогда на улицу, пройдусь немного, и ноги отваливаются, тело все болит. Поэтому я потихоньку начал расхаживать свой организм», — рассказывает Олег.
Ему пришлось уволиться в 2012 году после того, как жена заболела раком.
«Пришлось за ней ухаживать. Только жену похоронил, у меня мать полезла форточку открывать. Залезла и разбилась. Мать к себе перевез, начал за матерью ухаживать. А там и пенсия пришла, — говорит Олег. — Родственники есть, но у них у самих проблем выше крыши, поэтому я стараюсь жить за счет собственных средств. Они обязательно звонят, приезжают. У сына двое детей, у дочери — тоже. В период карантина стали меньше [друг у друга бывать]. Я боялся, что привезу им [инфекцию], а они — что привезут мне».
Свободное время Олег проводит в интернете, а также занимается общественной деятельностью. В апреле исполняется 31 год с тех пор, когда он создал вместе с друзьями территориальное общественное самоуправление (ТОС) «Синие камни».
«Мы активно работали с депутатами, населением, администрацией. Постоянно вели прием в помещении ТОСа, помогали людям по разным проблемам на энтузиазме. Раз-два в месяц собирались, обсуждали, какие проблемы есть в микрорайоне, как их надо решать. Там постоянно работала приемная. Консультировали, писали письма на различные нужды, помогали их отправить. Интернетом же не все умеют пользоваться. У нас контакты со всеми были», — утверждает Олег.
По его словам, ТОС все еще продолжает существовать, но все усложняется действиями управляющей компании, которая после смены хозяев начала брать деньги с помещения ТОСа.
«Мы раньше никому никогда не платили. Сдавали [нам] помещение безвозмездно. Два года назад проснулась управляющая компания и предъявила счет. Насчитали столько… мама не горюй. За помещение, где нет ни воды, ни туалета — посчитали и это. Сумма получилась приличная. Где общественная организация деньги может взять? Естественно, есть гранты, но это копейки. Наняли нового управляющего и во главу угла поставили деньги. Прибыль, прибыль, прибыль. Они начали обходить все нежилые помещения и всех обкладывать», — говорит создатель организации.
Елена — доцент, кандидат наук, бывший сотрудник НИИ «Екатеринбургский медицинский-научный центр профилактики и охраны здоровья рабочих промышленных предприятий». Ей за 70 лет, и у нее проблемы со зрением, поэтому всю важную информацию она «ловит ушами».
Пенсионерка не смотрит федеральное телевидение, но в курсе новостей — радиостанция «Эхо Москвы» постоянно включена у нее дома.
«Понимаете, когда в советское время ты был элитой, принадлежал к классу научных работников, то ты был величиной: перекопал массу литературы на разных языках; написал собственные исследования. А сейчас — ты пыль на ветру.
Но у меня еще пенсия ничего, 20 тысяч, а люди живут и с пятью. Я не чувствую, что государство заботится обо мне. Система — неправовая. По отношению к любому классу [нашего] народа. Народ вообще не ценится. Я на выборы не хожу, хотя, может, в этом году схожу, чтобы сыграть против „Единой России“. Они поступают несправедливо к конкурентам. Тюрьма — это первым делом. А что с Навальным делается… Его же слова: „Пожалею, что не умер“», — рассуждает Елена.
Ученый и врач, она еще 10 лет назад работала в НИИ, несмотря на то, что достигла пенсионного возраста. Она специализировалась на промышленных заболеваниях, например на талькозе — профессиональном заболевании легких. Она проводила раннюю функциональную диагностику, исследовала дыхательную и сердечно-сосудистую системы. Из-за специфики региона пациентов всегда было много. На зарплату в НИИ она могла позволить себе путешествия по миру, которые любила с молодости.
«В 20 лет меня родители отправили в Чехословакию, потом в Польшу — страны соцблока. В 2011 году я побывала в Италии, потом — в Испании, в Турции, в Греции на Крите, снова в Чехии. Оттуда сделала экскурсию в Дрезден, где в Цвингере побывала. Потом съездила в столицу Австрии. Я очень рада, что успела, потому что сейчас я бы никуда не уехала из-за политической ситуации», — рассказывает женщина.
Елена призналась, что как врач и как человек очень жалеет политика Алексея Навального.
«Я вижу в нем авторитаризм такой же, как и в Путине. Понимаете, так выдавливать по капле из человека жизнь. Не гуманно — не то слово. Это просто преступление со стороны. Где-то это угадывается, а где-то прямая инструкция этому идет», — говорит женщина, показывая пальцем наверх.
Елена считает, что происходящее со страной сегодня — абсурдизм, который некорректно сравнивать с советским союзом.
«В советское время была своя специфика — нельзя сравнивать с современностью. В чем-то была свобода, в чем-то ее не было. Но у меня в семье папа — коммунист: за родину, за Сталина воевал. А мама из раскулаченных. На этом разломе я выросла. Мой дедушка Жорж был директором школы, собрали сходку и взяли, репрессировали», — произнесла Елена и, извинившись, зашла в благотворительную столовую за бесплатным обедом.
68-летняя пенсионерка Валентина говорит, что приходит сюда «покушать нахаляву» как минимум раз в неделю, иногда с целой компанией знакомых, у которых, по словам Валентины, одни и те же проблемы.
«Пенсии хватает, если с нее ничего не брать. Где-то около 12 тыс. рублей. У меня еще добавка к инвалидности по II группе. Расходы идут на питание в основном. Куда нам сейчас наряжаться? Напялил, что есть, и пошел. Аптека и ЖКХ тоже многое съедают. В ЖКХ берут и за телевизор, и за телефон — все какие-то причуды у них. Приходим в столовую, чтобы покушать и самим не готовить. Живу с отцом, ему 93 года — у него военная пенсия. Вдвоем легче существовать», — сказала Валентина.
На этой фразе в диалог вступила 71-летняя уроженка Украины Елизавета. Она громким бодрым голосом начала расхваливать благотворительность.
«Вкусно, все нормально! Каждый день. Прекрасно. Тут конкретно люди приходят и удовольствие получают. Молодцы — люди, которые работают здесь. Без этого было бы тяжело нашему брату. Особенно одиноким женщинам. Все малообеспеченные. Я живу одна. Могу по привычке сварить суп, два литра. Мне его на неделю, я суп поела раз-два — и больше не хочу. Мы-то уже привыкли в каком-то смысле кушать хорошо. Хочется и травы какой-то поесть: перец, укроп, кинза… Мы привыкли траву есть летом. Если не покушаешь витаминов, начинают портиться ногти, цвет лица. Мы же молодые. Нам хочется посмотреть, что дальше будет. Тут разнообразное питание, которое влияет на здоровье. Салатик вот какой-то дали, лук тушеный, рыбка, компотик неплохой», — описала свой сегодняшний обед женщина.
По ее словам, если бы не помощь родственников, то существовать на пенсию в 15 тыс. рублей было бы «практически невозможно».
69-летний Александр пришел в столовую в компании друзей, но успел поесть самым первым. Как и другие посетители столовой, он пожаловался на маленькую пенсию. По словам Александра, треть он тратит на ЖКХ, треть — на еду, треть — на лекарства и остальные нужды.
«Зачем сюда люди ходят? Разве это не понятно? Нас обули по всем статьям как можно, дали минимум.
Дорога много забирает. Приходится ездить на общественном транспорте. Есть дела, стараемся общаться с людьми, чтобы дома не сидеть. Во время пандемии погибли у меня друзья-врачи. Меня бог спас. Я вел такую же жизнь. Я все это до психоза не доводил. Уже месяца два прихожу сюда каждый день на обед. Экономия значительная», — говорит Александр.
По его словам, он всю жизнь проработал в медицинской сфере.
«У меня пять врачебных специализаций. Я начинал как глазной хирург, а закончил как психиатр-нарколог. Я делал операцию на глазах. Потом была судебно-медицинская экспертиза. Мне эта работа нравилась, я пришел туда после наркологии. А потом была психиатрия. Я единственный врач, который в 90-е занимался наркотиками в городе. Моя должность предполагала общение с наркозависимыми. Чистая врачебная работа. Диспансер был разбит по районам и по предприятиям. Была такая система. Сейчас наркология совсем умерла. Я в эту оптимизацию не играл. До меня доносились отзывы. Лет 10 уже не работаю. Анекдот заключается в том, что я всю жизнь работал в медицине, а когда пришел пенсию получать, то мне сказали, что я ее не заработал. Но ничего. Справляюсь с жизнью. Я бодр духом!» — говорит Александр.
По словам Татьяны Настащенко, координатора фонда «База добра», сотрудничающего с благотворительной столовой, здесь всегда много людей. Проект помогает людям, попавшим в трудную ситуацию. Иногда им хватает простого совета или внимания, особенно тем, кого покинули родственники. С людьми проводят психологическую работу, иногда отправляют в другой, специализированный фонд.
Часто люди старшего возраста жалуются на действия мошенников и банков. Бывают сложные отношения с родственниками, которые приводят к тому, что пенсионеры оказываются на улице.
Согласно исследованию, которое проводил фонд с октября по январь 2021 года на основе анкетирования 526 нуждающихся, пришедших в столовую, ежемесячный доход нуждающихся в среднем составляет от 10 до 15 тыс. рублей. Зарабатывающие больше 20 тыс. рублей обычно сюда не приходят.
Основной контингент столовой — это пенсионеры, инвалиды и бездомные. В основном женщины от 60 до 85 лет. Обычно нуждающиеся большую часть бюджета тратят на еду, и столовая помогает им сэкономить, чтобы купить лекарство, одежду, вещи первой необходимости.
51,5% пришедших находятся в стрессовом состоянии, испытывают депрессию и тревогу. Пенсионеры часто говорят о своем одиночестве, чувстве покинутости, отсутствии любви. Большинство испытывают кризис своего возраста и не могут принять факт окончания своей жизни либо переживают потерю близкого человека, говорится в исследовании.
У них отсутствует адаптация к новым жизненным обстоятельствам, пожилые жалуются на отсутствие стабильности и недостаток денег. Остальная часть респондентов веселы, счастливы и готовы жить назло всем трудностям. «Жизнь прекрасна, несмотря ни на что», — говорят они.
Больше 47% граждан, приходящих в столовую, живут за чертой прожиточного минимума, который для пенсионеров в Свердловской области составляет 9 521 рубль. Заметное большинство респондентов оценивают помощь государства как «удовлетворительную».