Чемпионат мира 1982 года, проходивший в Испании, обладал всеми признаками революционности. Главный из них — увеличенный до 24 участников формат турнира, который, с одной стороны, повысил зрительский интерес, с другой — не в лучшую сторону отразился на качестве игры. Да и странная формула выхода в полуфинал (через две отборочные группы) вызывала много вопросов...
Сборная СССР успешно преодолела первый из этих барьеров: после поражения от Бразилии (1:2) были победа над Новой Зеландией (3:0) и ничья с Шотландией (2:2). Во втором групповом турнире наши футболисты обыграли бельгийцев (1:0) и сыграли вничью (0:0) с Польшей в матче, который обязаны были выигрывать, чтобы попасть в четверку сильнейших.
Результат признали неудачным, но свалить ответственность было не на кого. Дело в том, что сборной СССР образца 1982 года руководили сразу три тренера, один другого круче: Константин Бесков («Спартак» М), Валерий Лобановский («Динамо» К) и Нодар Ахалкаци («Динамо» Тб).
Кто и зачем придумал эту губительную схему?
Какие были люди!
Вообще-то если верить протоколам и хроникам, у сборной СССР в тот период был, как и положено, один главный тренер — Константин Иванович Бесков, под руководством которого команда уверенно выиграла отборочный турнир. Команда у Бескова была, как всегда, боевая, живая, умная. Почти всех своих соперников по квалификации она выносила, что называется, «в одну калитку»: 3:0 и 4:0 турков, 2:0 чехов, 3:0 Уэльс — сегодня эти результаты кажутся чем-то фантастическим.
Бескову удался редкий опыт: он успешно синтезировал три разных футбольных стиля, три доминирующие в СССР школы — веселую московскую, техничную грузинскую и силовую украинскую. Первую представляли Юрий Гаврилов, Ринат Дасаев, Сергей Шавло, вторую — Тенгиз Сулаквелидзе, Александр Чивадзе, Владимир Гуцаев, Виталий Дараселия, Давид Кипиани, Рамаз Шенгелия, третью — Олег Блохин, Анатолий Демьяненко, Сергей Балтача, Леонид Буряк, Андрей Баль, Владимир Лозинский.
Игра, которую показывала сборная под руководством Бескова, давала все основания рассчитывать на серьезный успех в чемпионате мира-1982. Трудно сейчас поверить, но шансы сборной СССР накануне турнира расценивались примерно на одном уровне с шансами таких грандов, как команды Бразилии, Германии, Франции...
Сам себе враг?
Хорошо известно, что выдающийся отечественный тренер Константин Иванович Бесков обладал «железным» характером. Он был тверд, чтобы не сказать упрям, не признавал компромиссов и очень неохотно прислушивался к сторонним мнениям. Каково же было удивление профессиональной футбольной среды, когда еще в ходе отборочного турнира его помощниками в сборной стали два других специалиста с ярко выраженными лидерскими качествами!
В своей книге «Моя жизнь в футболе» Бесков вспоминал: «Перед отборочным матчем с командой Турции в Лужниках 23 сентября 1981 года я обратился к руководству Спорткомитета СССР с просьбой привлечь к работе в сборной СССР на определенный этап подготовки к чемпионату мира старшего тренера киевского "Динамо" В. В. Лобановского и старшего тренера тбилисского "Динамо" Н. П. Ахалкаци — при главном тренере Бескове.
Не могу, как бы мне того ни хотелось, сказать, что оба динамовских тренера активно занимались подготовкой сборной к чемпионату мира. Понятно, что и тот, и другой, крупные специалисты футбола, могли бы каждый самостоятельно возглавить сборную; вторые роли их не вдохновляли. В сложившейся ситуации требовался осознанный компромисс: во имя большого общего дела "наступить на горло собственной песне", делать для национальной команды СССР то, что в твоей компетенции и одновременно в рамках общих интересов. Но это было бы идеальным решением проблемы. Идеалы чаще всего и остаются идеалами, не превращаясь в реальность. В нашем случае налицо было добросовестное исполнение своих минимальных обязанностей: присутствие на сборе, определенное участие в нем».
Джинн из бутылки
В том, что он допустил стратегическую ошибку, Бесков убедился очень быстро. Если Ахалкаци еще мог смирить гордыню во имя общего дела, то Лобановский и статус «второго номера» — понятия абсолютно несовместимые.
Конфликты и разногласия в рамках триумвирата начались с первых же дней совместной работы. Понятно, что на публику они не выносились, но от команды такие вещи скрыть невозможно. Мера влияния, уровень авторитета каждого из Большой тройки — вот что определяло атмосферу сборной к началу чемпионата мира 1982. Понять игроков несложно: любое кадровое или тактическое решение они рассматривали именно под углом «свой-чужой».
С приближением турнира Бесков все больше убеждался в том, что вожжи медленно, но верно ускользают из его рук. Настал момент, когда он дал заднюю и попросил назначить других помощников — Геннадия Логофета и Владимира Федотова, но было поздно: на самом «верху», в ЦК КПСС, который целиком состоял из футбольных да хоккейных болельщиков, вариант триумвирата расценили как очень удачный.
Смена власти
В первом матче сборная СССР едва не уделала самих бразильцев: до 75-й минуты счет был 1:0 в пользу советской сборной, но на концовку сил не хватило. Как выяснилось, этой локальной неудачи оказалось вполне достаточно для того, чтобы случилась неизбежное: руководство тренировочным процессом, а с ним и право принятия ключевых решений перешло к Лобановскому, Бескова от команды отодвинули.
— Приехали великие руководители, и после игры с Бразилией в нашем окопе забили сразу же панику. И произошла перестановочка. Она была незаметной, многие болельщики об этом и не догадывались. Бескова «повысили», отодвинув от команды, а Валерий Васильевич занялся тренировочным процессом, — из воспоминаний спартаковца Юрия Гаврилова.
Один из лидеров сборной СССР того времени киевлянин Владимир Бессонов вспоминал позже, что в команде была очень нервозная обстановка, а игроки разбились на группировки. Бесков давал установки «своим», Лобановский и Ахалкаци накачивали «своих», и очень часто требования и советы носили совершенно противоположный характер. Косвенно это подтверждает и сам Бесков, писавший: «Если кто-то и шел к "своим" тренерам, к Лобановскому или Ахалкаци, то приватно, и я не думаю, что их разговоры как-то отразились на игре сборной. Не могу сказать, что глава нашей спортивной делегации В. Л. Сыч пробовал руководить командой, вмешивался в установки».
Впрочем, исправить турнирную ситуацию сборной СССР удалось: она прошла во второй этап отбора, попав в группу к бельгийцам и полякам.
А спросить-то и не с кого...
К сожалению, на этом этапе все и закончилось. Чтобы выйти в полуфинал, сборная СССР должна была во что бы то ни стало обыгрывать поляков, которые до этого уделали бельгийцев со счетом 3:0, тогда как сборная СССР — всего лишь 1:0. Но игра в тот день у команды, что называется, не пошла. К тому же она, к удивлению многих, выбрала оборонительную тактику (влияние Лобановского), рассчитывая в основном на контратаки. Однако забить не удалось: нулевая ничья отправила в полуфинал сборную Польши.
Наверное, в глубине души Константин Иванович Бесков до конца дней не мог простить себе, что позволил-таки навязать помощников, не избавился от «нагрузки». Только в одном он мог найти утешение: после чемпионата мира его на официальном уровне сильно не «поливали». Понимали, видимо, что формально главный тренер исполнял роль второго плана. Уж если с кого и спрашивать, то с Лобановского, а для этого, по большому счету, нет никаких юридических оснований.
Ну а прямым подтверждением свершившейся по ходу чемпионата мира революции стал тот факт, что следующим тренером сборной СССР оказался на короткий срок именно Лобановский. Причем через четыре года история почти повторилась, но в несколько ином сценарии: именно Лобановский повез сборную СССР на чемпионат мира в Мексику, хотя этого права она добилась под руководством Эдуарда Малафеева. Впрочем, это уже совсем другая история...