Вымирающая профессия
Я хорошо помню, как в 2009 году из Москвы прислали нового губернатора Дмитриенко. Как некоторые нынешние депутаты в рот смотрели новоявленному князьку, чтобы заручиться поддержкой нового хозяина Кольского полуострова.
Хорошо помню полчища чиновников с сомнительной репутацией, которые уселись по кабинетам областной администрации. Скандальные постановления и неприкрытые коррупционные схемы – все было, а с экранов телевизоров нам рассказывали про достижения, успехи и Штокман.
У журналистов, которые раньше более свободно себя чувствовали, стали появляться признаки самоцензуры. Быстро учились не говорить лишнего, запретных тем становилось все больше. Думать стало больно.
Пресловутые госконтракты, на которые, как на иглу, посадили почти все редакции, превратили СМИ в средства массовой дезинформации. Контраст между тем, что на экране, и тем, что в жизни - с каждым днем все больше.
Посмотрим, что происходит на примере Мурманска. Алексей Веллер с молчаливого одобрения депутатов городского Совета выделяет из бюджета десятки миллионов рублей на покупку эфирного времени. Отсюда эти ток-шоу с подсадными гостями и отрепетированными вопросами, и сотни телесюжетов про вывоз автохлама и доблестных депутатов с лопатой.
Так и сейчас, кампания в областную Думу - «команда» Веллера, да и сам он, идет за казенный счет. Конечно, госконтракт не предусматривает запрета на критику власти, но кто вспомнит хоть один за последние годы сюжет на любом мурманском телеканале, где хоть как-то бы пожурили Веллера или Сысоева?
Это называется словом цензура, и она, кстати, уголовно наказуема, но мы живем в российских реалиях, и многие руководители СМИ готовы ради многомиллионных контрактов закрыть глаза на проблемы или наоборот исполнить заказ против оппонентов.
Все это естественно не может сказаться на качестве работы редакции и журналистов. Журналистика перестает быть профессией творческой и думающей, она вообще исчезает и деградирует. Можно, конечно, сказать, что она видеоизменяется вместе с ритмом жизни, но меняется точно не к лучшему.
Одной из главных задач журналистики даже в советские годы было обличать негодяев, воров, преступников. Помогать честным людям защищать правду, бороться с несправедливостью.
Какие сейчас у журналистов задачи? Что они могут, если в каждой редакции висит длинный список неприкасаемых персон, которые платят. Кто им позволит обидеть священных антилоп, несущих золотые монеты владельцам СМИ.
А у каждой антилопы, еще есть бизнес, друзья, товарищи по партии - и этот круг неприкасаемых становится огромным. Не готов работать по таким условиям – ищи другую работу, заступиться за журналиста некому. Союз журналистов – организация мертвая, профессионального сообщества в Мурманске давно не существует, это показало уголовное дело Саши Серебрянникова, а заказуха на Арктик-ТВ «про украинского шпиона» указало дно, куда можно свалиться всем моим коллегам рано или поздно.
Мы - носители древнейшей профессии и представители четвертой власти. И от нас зависит, какой эта профессия станет через годы. Нас будут уважать как при советской власти и постперестроечное время или как сейчас - бояться и ненавидеть. Во многом это сейчас зависит от местной власти.
Я знаю несколько примеров, где руководители муниципалитетов не заигрывают с прессой, а честно и с уважением выстраивают отношения. Потому что понимают, насколько важно иметь независимых журналистов, которые укажут на проблемы, помогут установить обратную связь с населением.
Знаю и таких градоначальников, которые занимаются откровенным пиаром и считают свой КПД по количеству публикаций в СМИ. А любая критика в их отношении воспринимается как личная обида. Могут прийти люди в погонах, или возникнуть другие проблемы.
Вторых меньше, чем первых, и, надеюсь, скоро вторых вообще не останется.
А если случится все наоборот, то, значит, мы перестали все себя уважать.