Производства микроэлектроники в России нет? Есть, но направлено оно на узкий сегмент. Отечественные чипы настолько дорогие, что «умные утюги» с ними станут не только «умными», но и «золотыми». Почему так происходит и пойдут ли российские микропроцессоры «в массы», рассказал эксперт. Ирина Лебухова Правительство России поставило цель перед разработчиками вывести отрасль микроэлектроники на мировые рынки к 2030 году. На 2023 год, согласно данным Росстата, в стране насчитывалось около 200 предприятий, производящих электронные компоненты. Самые крупные: «Микрон» и «Ангстрем-Т» (Зеленоград), «Элвис», «Радиосвязь» и «Элком» (Москва), «Сатурн» и «Системы прецизионного приборостроения» (Санкт-Петербург), «Исток» (Фрязино), «Квант» (Томск), «Альтаир» (Тюмень). Для сравнения, в Китае в прошлом году количество предприятий отрасли приравнивалось к шести тысячам. Крупнейшие из них: Foxconn, Huawei, BOE Technology, Luxshare Precision, BYD Semiconductor и другие. Эти компании — российские и китайские — производят широкий спектр электронных компонентов, включая микросхемы, транзисторы, диоды, резисторы, конденсаторы и печатные платы. На сегодняшний день КНР остается лидером в производстве электронных компонентов с более 50%-й долей мирового производства. Основатель и генеральный директор НПО «ЛАБС», создатель аппаратно-программного комплекса для мониторинга и управления производственными процессами «Поток-7» Артем Сеник в беседе с «Новыми Известиями» объяснил: острой необходимости в собственном массовом производстве тех же микрочипов попросту не было. Он отмечает, что с 90-х годов Россия серьезно отставала в производстве микропроцессоров, других электронных компонентов. Потому что это было никому не нужно. «Бытовая техника, которая у нас производится, имеет тайваньские, китайские чипы. Но говорить, что у нас нет компонентной базы — неверно. Она у нас есть. Просто она очень специфичная и настроена на определенный сегмент рынка. В чем основная проблема? Приведу пример. Вопрос, почему у нас машину нормальную сделать не могут — чем все обусловлено? Спросом. Мы не сможем, например, проинвестировать в отечественное авто столько, чтобы оно сравнялось по качеству и комплектации с „Тойотой“, поскольку мы не обеспечим окупаемость внутренней потребностью», — отметил эксперт. По сравнению, например, с тайваньскими или китайскими микрочипами, российские — в 3-4 раза дороже, указал Артем Сеник. При их использовании стоимость разработки устройства растет в разы. Конечному потребителю придется переплачивать за то, чтобы пользоваться отечественным. Едва ли покупатели пойдут на это. Кроме того, поддержка для разработчиков ограничена. Артем Сеник говорит: — Когда мы пользуемся, скажем, китайским процессором, любой возникающий вопрос, проблему и задачу можно решить очень быстро. Например, при проектировании, программировании процессоров. Мировое коммьюнити разработчиков очень широкое. Но у нас несколько иначе. Например, мы поставили задачу по переводу компонентной базы на отечественные микроконтроллеры. Опасения заключались в том, что это новая для нас архитектура, новый микроконтроллер. А это достаточно сложный прибор, и начиная разрабатывать на нем свое устройство, обязательно столкнешься с какими-то нюансами. Возможно, они не отражены в документации или глубоко закопаны в середине этих сотен страниц… Будет очень сложно найти ответ. Отсутствие поддержки и комьюнити, которое разрабатывает на отечественных микроконтроллерах, может негативно сказаться на скорости разработки. Тут выход — обращаться напрямую к разработчику, и все уже зависит от его условий поддержки. Будет свое Можно много говорить о том, что у нас «нет своего». Однако это дилетантский подход. Если хотя бы чуть углубиться в тему, становится очевидно, что Россия начала предпринимать верные шаги п развитию макроэлетроники. Целые организации в РФ занимаются FinFET, GAAFET, ленточным FET. И российские специалисты активно работали с ведущими мировыми отраслевыми компаниями, помогавшими ставить многие процессы и базовые технологии. Причем российские кадры ни в чем не уступают специалистам передовых компаний. Да, основной санкционный удар был нанесен именно по микроэлектронике. Но российские специалисты, видя проблему, идут по пути ее решения, считает Сеник. Сейчас очевидно укрепление направлений, необходимых для полноценного развития отрасли. Это электронное машиностроение, производство особо чистых материалов, которые сами по себе целая индустрия. Чтобы вновь выйти в авангард, необходимо достичь здесь должного уровня. Россия идет именно в этом направлении, подчеркнул Артем Сеник. Кооперационные связи налаживаются, например, с Белоруссией (кстати, и «ЛАБС» сотрудничает с Гомельским заводом литья и нормалей — ГЗЛиН). Коме того, сегодня страна ведет десять инновационных дорожных карт: не только квантовые вычисления, квантовая передача данных, развитие искусственного интеллекта, но и новые спутники, новые материалы, новая мобильная связь. «Мы наблюдаем важнейший для нашей сферы процесс в стране. Государство инициирует проекты, напрямую влияющие на технологическую независимость. И это не только про электронную промышленность. Это электронное машиностроение, САПР, мощные вычислительные комплексы для проектирования процессоров…» — подчеркнул Артем Сеник. В России производится множество различных микросхем, но, увы, этого недостаточно для продвижения. Перманентное движение вперед — вот условие, при котором можно будет прогнозировать планомерное развитие отрасли, развитие электронного машиностроения, воссоздание промышленности, новые технологии.