В Сети с новой силой разгорелся спор, как школьным педагогам заставить своих подопечных хотя бы интересоваться изучаемыми предметами. Известный российский социолог Сергей Белановский время от времени выкладывает в своем блоге отрывки из интервью, которые он или его ученики берут у разных людей по разным поводам. На сей раз он заинтересовался проблемами российского школьного образования, и, в частности, мотивацией учеников к знаниям. Отчего она в первую очередь зависит? Эти публикации Белановского неизменно вызвают оживленную дискуссию в комментариях. Вот только один из примеров. Запрет на двойки нуждно отменить! Из интервью школьного учителя физики: «Проблема в том, что у детей нет мотивации, ее просто нет. Если раньше, на мой взгляд, ее отсутствие появлялось у более взрослых школьников, то сейчас мотивация учиться у детей пропадает буквально в первом классе. Они уже в первом классе ходят такие недовольные, они уже ничего не хотят, не знают, зачем это надо. Не просто большинство, а ВСЕ дети, подростки рассуждают: если мне это не надо в жизни, я не хочу быть физиком или математиком, я это и не буду учить. Но это еще полбеды. Главная причина того, что дети не учатся и у них нет абсолютно никакой мотивации, я думаю, заключается в том, что учителям запрещено ставить двойки. Я имею в виду двойку не как текущую оценку, а двойку как итоговую за четверть и, соответственно, за год. Поэтому дети чувствуют себя совершенно безнаказанными. Если в начальной школе для них получить двойку — это еще трагедия, они боятся получать двойки, пытаются что-то исправить. Но когда они приходят в старшую школу и сталкиваются все с бОльшими трудностями, они уже привыкают получать двойки, но при этом замечают, что даже если у него все двойки в ряд стоят, и за четверть должно выйти два, он даже может итоговую работу написать на два, ему учитель все равно за четверть поставит три. Уровень знаний у детей не повышается, а мне кажется, что снижается. Главная причина, как мне кажется, состоит в том, что в большинстве своем дети имеют возможность списывать. Списывают они с помощью интернета, то есть сейчас практически на все задачники есть ответы в интернете. И если даже что-то новое появляется, очень быстро какие-то люди это все решают и выкладывают в интернет. И дети отказываются думать своей головой. Поэтому, что бы мы ни вводили в учебные программы, новые учебники, чтобы мы ни пытались делать, пока будет возможность списывать, они не будут учиться. И даже те ребята, которые учатся хорошо, если могут где-то списать, поверьте, они списывают. Они сами головой не думают, начинают думать только тогда, когда им негде списать. Школы заставляют серьезно готовиться к проведению итоговой государственной аттестации. Там есть общественные наблюдатели, камеры наблюдения. Но при этом детям в 9 классе сливаются каждый год ответы на экзамен, и поэтому дети, которые не учатся целый год, а есть те, кто не учится вообще всю свою жизнь, они перед началом экзамена переписывают все ответы на листик, прячут его, их никто не досматривает, только металлоискателями. Эти листики у них никто не обнаруживает, они проносят их на экзамен, выходят в туалет, списывают на тройку. Некоторые двоечники даже на четверку умудряются сдать. И пока вот это списывание есть, деградация будет продолжаться, что бы мы ни делали с этим. Вопрос: Что надо изменить в системе образования? Ответ: Я думаю, в первую очередь надо просто перестать замалчивать те проблемы, которые есть у нас в школе. Это запрет на двойки, которые мы заменяем тройками. Нужно, чтобы все это прояснилось, стало явью». Учить по армейским законам Интервью преподавателя автомеханического техникума (техникум старый, известный, с традициями): «К нам попадают ребята, от которых избавляется школа, от нерадивых учеников, кто плохо ведет себя, уроки прогуливает и т. д. Я в школе тоже год работал, есть у меня опыт такой. Школа от них устает, они приходят к нам. Но если в классе один-два таких ученика, то у нас из них целую группу набирают из разных школ. Школа с ними не может справиться. А мы справляемся за первые полгода. Вопрос: А как? Ответ: Во-первых, у нас много мужчин среди преподавателей, поскольку у нас мастера производственного обучения. Женщины ведут только общеобразовательные предметы. А спецпредметы, как правило, ведут мужчины. И учатся в основном мужчины. Как мы с ними справляемся? Иногда кричим на понятном ему языке. Иногда не гнушаемся подзатыльниками, скажу честно. Иногда заставляем заниматься физической подготовкой. Они у нас отжимаются, приседают, убирают территории. Вопрос: Как в армии? Наряд вне очереди? Ответ: Да, именно. Приближаем их к закону армейскому. Вопрос: Они слушаются? Они же имеют право сказать, что не будут? Ответ: Я же как мужчина с ними разговариваю. Я не школьная учительница, которую можно послать, и она заплачет. И родители нам благодарны. Я когда первое родительское собрание собираю, сразу им объясняю, что последняя инстанция — это мы. Я понимаю, что дети вас не слушают. Вы не будете возражать, если мы своими методами начнем их воспитывать? Отвечают: мы только за, обоими руками. Поэтому проблем с родителями, как правило, нет. Хотя исключения бывают. Но редко. Буквально полгода все становятся ровненькими. У меня сейчас второй курс группа, вообще нет прогулов. Я это понятие, прогул или убегание с урока, снял в течение первых полутора месяцев. И других группах у мастеров все то же самое. А школа, где я работал, однажды зашел в туалет на первом этаже, стоит туман на перемене, ученики курят эти свои электронные сигареты. Для меня был шок. Я взял одного за шкирку, кто мне попался под руку, и держа в руке этого товарища сразу в кабинет директора. Ну, естественно, отчитали мы этого ученика, он ушел. Мне директор и говорит: все, Алексей Владимирович, жди теперь письма из прокуратуры. Я спрашиваю: а в чем проблема? Директор отвечает: он пойдет, маме пожалуется, что ты его за шкирку взял, вейп у него отнял, еще что-то напишет, потом мне отписками заниматься. В школе боятся прокуратуры. А у нас такого нет. У нас никто не курит, не то, что внутри, у нас снаружи никто не курит. Только за пределами техникума на улице. Вопрос: То есть в школе развалилась дисциплина, а здесь вы ее держите? Ответ: Конечно. Это наша заслуга. Они приходят к нам в надежде расслабиться, а у нас сразу пресс начинается. И все ровно, все ходят. Никто не возникает. И родители относятся с пониманием, с благодарностью. Вот у меня в группе несколько человек было, от которых в школа плакала. Мама, когда было первое сентября, ко мне подошла, вот у меня такой трудный ребенок. Я ей сразу все рассказал, показал, первое время наказал, все стало ровно, никаких нет претензий, хороший ученик, даже учится, ходит с ручкой и в тетради все пишет». Свобода или принуждение? Необходимо добавить к этим рассуждениям педагогов следующее. Как недавно сообщали «Новые Известия», опубликованы результаты нового глобального исследования, которое провели эксперты крупнейшего международного сравнительного исследования школьной успеваемости PISA. Оно показало, что в тех странах, где учеников стараются «не нагружать», снижается уровень научного и инженерного знания. В том числе значительно снижение уровня подготовки школьников произошло и в России, и странах Евросоюза, и в США. Основной причиной снижения специалисты как-раз и отмечают отсутствие «кнута» в виде двойки и вообще негативной оценки. Примечательно в этом смысле, что лидеры рейтинга — азиатские страны Сингапур, Южная Корея и Китай, наоборот, сохраняют оценочную систему, тамошние школьники показывают впечатляющий уровень знаний по этим предметам. Однако, участников дискуссии не впечатлили успехи азиатских школьников, они по-прежнему считают, что отметки — это наступление на свободу. Известный российский экономист Владимир Фролов, к примеру, отмечает: «Все это излишнее обобщение. Вот мой внук выигрывает все математические олимпиады, поступил в физмат школу МГУ, куда со всей страны набирали 20 человек. Знает три иностранных языка. В декабре исполнится 13. Второй внук тоже блестяще учится, чемпион Москвы по шахматам. Скоро исполнится 9. Многое зависит от семьи. Нельзя всё перегружать на школу. Есть много очень хороших школ, где отлично учатся многие десятки тысяч школьников. Но всеми ими очень основательно занимаются и помогают им родители. Во всех странах мира есть плохие и хорошие ученики. Но общее то, что в образовании успешных детей принимают активное участие родители». Сетевой Аналитик Валентин Михайлов считает, что возврат к советской системе оценок отчасти способен исправить ситуацию: »Возвращение двоек за четверть и за год и связанное с этим оставление на второй год (!) — это не панацея, но поднимет разом возможности учителя, улучшит связь с родителями, которые перестанут себя тешить мыслью, что эта тройка сродни четверке — они сразу увидят реальные двойки своего чада. Одновременно полагаю, что запрет ставить двойки — это очень удобно нашей сложившейся неправильной школьной системе и она не пойдет на изменения». Другой аналитик, Алексей Бахарев уверен, что главной мотивацией на уроке должна быть заинтересованность учеников, а не страх, что родители накажут за двойку ремнем: «В физике же столько интересных вещей, которые можно оценить. Ученик Иванов поднялся на лифте на 20 этаж и остался там — насколько от этого удлинился день? А год тоже удлинился? Автомобиль „Лэндкрузер“ весом 2 тонны расходует 2 литра бензина на 10 км, если едет по горизонтали, и 5 литров на 10 км, если едет по подъему в 30 градусов, оцените кпд двигателя. Таких задачек можно придумать миллион. Если есть подозрения — пусть выйдет к доске и объяснит свое решение». Какая страна — такая и школа Предлагая свои рецепты, участники дискуссии как-то забыли о том, что любая школа живет по законам своей страны, что она всего лишь отражение самой государственной системы, в которой существует. А потому нет ничего удивительного, когда в российской школе практикуется методика принуждения. Так, политолог Мария Снеговая пишет: «Наша школа при этом перегружена совершенно — очень трудно думать своей головой при таком количестве зубрежки. Надо радикально переформатировать контент (как на Западе), чтобы было меньше зубрежки. Тогда списывать будет не нужно». Политик-либертарианец Николай Прохоров предлагает и вовсе радикальный способ: «Нужно все школы сделать частными. Люди, которые заплатили за обучение своих детей, будут более мотивированными окупить свои затраты и зададут детям вектор, воткнут стимул и пнут в нужном направлении». Недурно напомнить, что писал по этому поводу другой известный российский социолог Симон Кордонский: «Дети и молодые люди вне системы образования, как принято считать, подвержены известным „рискам улицы“ в гораздо большей степени, чем те, которые находятся в стенах школы или вуза. Внешнее сходство современных школ с местами лишения свободы отражает новую социальную функцию учебных заведений, становящихся организациями, которые наряду с обучением и социализацией якобы защищают молодых людей от опасностей алкоголизации, наркотизации и прочих феноменов современного общественного устройства. (…) Постепенно функция социальной изоляции начинает доминировать над образовательной и социализационной функциями. Важным в системе образования становится то, что ребенок или молодой человек находится в школе или вузе, а не то, чему и как он учится. Учреждения системы образования постепенно становятся похожими на тюрьмы».