Путч в десяти словах (и словосочетаниях), которые помогут понять, что происходило в СССР 18-21 августа 1991 года
ГКЧП
Государственным комитетом по чрезвычайному положению объявили себя семь советских высокопоставленных чиновников и функционеров ЦК КПСС, а также председатель КГБ СССР. Дата создания ГКЧП – 18 августа, но страна узнала об этом на сутки позже. Чрезвычайное положение, по замыслу заговорщиков, вводилось на полгода и означало ввод войск, комендантский час, цензуру, запрет партий и любых митингов. Целью ГКЧП было не допустить назначенного на 20 августа подписания Союзного договора, который, по мнению участников комитета, упразднял СССР. (Согласно тексту договора, Советский Союз должен был сохраниться как единая страна – федеративное государство с суверенными республиками.)
Формальным главой ГКЧП был Геннадий Янаев – вице-президент СССР, но многие историки считают настоящим идеологом переворота Владимира Крючкова – председателя КГБ. Также в комитет вошли Дмитрий Язов – министр обороны, Олег Бакланов – первый зампред Совета обороны, Борис Пуго – министр внутренних дел, Валентин Павлов – премьер-министр (единственный в истории человек, занимавший в СССР должность с таким названием), Василий Стародубцев – председатель Крестьянского союза и Александр Тизяков – глава Ассоциации госпредприятий.
Самому молодому из заговорщиков Валентину Павлову было 53 года, самому старшему – Владимиру Крючкову – 67 лет.
Среди сторонников путча было еще несколько человек, которые близко сотрудничали с ГКЧП, но не вошли в сам комитет: например, глава Верховного Совета Анатолий Лукьянов и главком Сухопутных войск Валентин Варенников.
Форос
Варенников был тем человеком, кто вместе с членом ГКЧП Баклановым и начальником 9-го управления КГБ Юрием Плехановым прилетел 18 августа 1991 года на дачу президента СССР Михаила Горбачева в Форос – поселок на южном берегу Крыма. 60-летний глава государства был в отпуске, но и чувствовал себя неважно: жаловался на радикулит. При этом был настроен лететь в Москву подписывать договор 20 августа во что бы то ни стало.
Варенников потом скажет, что на предложение ввести режим ЧП Горбачев не говорил ни да ни нет – но никаких доказательств, кроме слов заговорщиков, этому нет. (Хотя, например, президент России Борис Ельцин позже подозревал Горбачева в имитации незнания о том, что происходит в Москве.) В итоге президента СССР изолировали на даче в Форосе, отключив связь и заблокировав его самолет в аэропорту (приказ отдал командующий противовоздушной обороной, который тоже поддержал ГКЧП).
Гражданам СССР 19 августа объявили, что глава государства болен и власть переходит в руки Янаева, который созывает комитет.
"Лебединое озеро"
О чрезвычайном положении объявили дикторы Гостелерадио в шесть часов утра 19 августа. В эфире телеканалов вместо запланированных передач (день недели – понедельник) выходит "траурный набор": сначала симфоническая музыка, а затем ставший одним из символов этих трех августовских дней балет "Лебединое озеро". Он, кстати, заранее стоял в эфирной сетке в этот день, но должен был начаться не ранним утром, а вечером, после программы "Время".
Телеэфир синхронизируется: к этому времени в Союзе уже есть разные телеканалы, но в этот день везде транслируют только один – всесоюзный. Раз в час повторяют текст заявлений Янаева и ГКЧП о чрезвычайном положении. Радиостанцию "Эхо Москвы" выключают прямо во время утреннего эфира: пока журналисты ждут для интервью кого-нибудь из демократически настроенных политиков, в редакцию врываются сотрудники КГБ.
Журналисты "Эха" звонят коллегам с Радио Свобода и из агентства "Интерфакс". В тот момент "Интерфакс" – маленькое независимое медиа, вышедшее из состава Гостелерадио. Часть руководства во время путча в отпусках. А за несколько месяцев до этих событий агентство подключило к своей телефонной сети оптоволоконный кабель, по которому связывается напрямую с редакцией в США, штат Колорадо (после того, как один из редакторов “Интерфакса” съездил в Америку на стажировку, агентство открыло там корпункт Interfax-US). Журналисты закупаются продуктами, блокируют вход в здание (впрочем, штурмовать их никто не будет) и передают сообщение о чрезвычайном положении и танках в Москве. Этот канал не будет единственной возможностью связи с внешним миром, но поможет выйти в эфиры многим журналистам иностранных СМИ.
Путч
"Путчистами" Янаева, Язова, Крючкова и других членов ГКЧП и сочувствующих президент РСФСР Борис Ельцин назвал уже через несколько часов после начала событий 19 августа. А протестующие на улицах несли плакаты "Долой хунту!"
В 17:00 19 августа в здании МИДа члены ГКЧП дали пресс-конференцию. "Понимаете ли вы, что сегодня ночью вы совершили государственный переворот?" – задала вопрос членам комитета молодая журналистка "Независимой газеты" Татьяна Малкина.
Язов и Крючков в пресс-конференции не участвовали, основным спикером пришлось стать формальному "главе государства" – вице-президенту Янаеву. Он говорил об уважении к заболевшему президенту Горбачеву и демократических принципах, а также о законности ГКЧП. Голос 53-летнего заговорщика был спокойным, но руки дрожали – крупный план Янаева с трясущимися руками показали все побывавшие в МИДе телеканалы.
Сами участники переворота не считали себя таковыми, говорили, что действовали по закону СССР "О чрезвычайном положении" и настаивали, что подписавший его за несколько месяцев до этих событий Горбачев все знал, а потом их предал.
Белый дом
Стихийные митинги в Москве стали собираться уже с 9 утра 19 августа (акции проходили и в других городах, но события в столице стали ключевыми). Люди вышли на Манежную площадь. Именно на Манежке в марте 1990-го прошел знаменитый митинг против коммунистов, на который вышло 300 тысяч человек, поэтому многие москвичи, увидев по телевизору "Лебединое озеро", отправились именно туда.
Еще одним центром сопротивления стало здание Моссовета на Тверской улице. Мэра столицы Гавриила Попова не было в этот день на месте, он отдыхал в Казани. Его заместитель Юрий Лужков утром 19 августа созвал на совещание депутатов и объявил об открытии штаба сопротивления ГКЧП. Еще один штаб сопротивления создали сотрудники общества "Мемориал".
Первые защитники Белого дома появились на Краснопресненской набережной на рассвете. Сейчас в этом здании – правительство России, но в 1991-м там располагался Верховный совет РСФСР. Три дня и две ночи вокруг Белого дома собирались люди, здание окружали плотным кольцом, вокруг строили баррикады. По воспоминаниям самих участников этих событий, там были самые разные люди: политики, студенты, музыканты, актеры, ветераны-"афганцы", панки, националисты, рабочие московских предприятий, приезжие из других городов. В самый первый день, уже около 10:00 19 августа, к Белому дому приехал президент РСФСР Борис Ельцин, ставший лидером сопротивления перевороту.
Ельцин
Президентом РСФСР Ельцин стал за два месяца до этих событий, получив 57% голосов избирателей. В день путча к дому Ельцина в подмосковном Архангельском руководство КГБ отправило бойцов отряда "Альфа", но приказы им поступали неясные – и в итоге спецназовцы сидели в кустах и смотрели, как президент уезжает в Москву.
"Призываем граждан России дать достойный ответ путчистам и требовать вернуть страну к нормальному конституционному развитию. Требуем немедленного созыва Чрезвычайного съезда народных депутатов СССР", – текст обращения "К гражданам России" Борис Ельцин читал перед парадной лестницей Белого дома, прямо с танка Таманской дивизии. Опорой Ельцина, помимо отрядов добровольцев, стали силовые подразделения республиканского – то есть российского – уровня: в частности, МВД РСФСР. Защищать Белый дом ехали курсанты школ милиции со всей России.
Танки
Заговорщики собирались опираться, конечно, на военных – подчиненных Минобороны и КГБ СССР. В Москву выдвинулись Таманская мотострелковая, Кантемировская танковая и 106-я воздушно-десантная дивизия из Тулы. Танки и бронетранспортеры с разных сторон шли в центр города, десантники окружили телецентр в Останкино. Были блокированы Кремль и Белый дом. Всего в операции участвовали почти четыре тысячи военных. Члены ГКЧП объясняли ввод войск тем, что это "обычное дело" при чрезвычайном положении.
Дорогу танкам преграждали люди. Чтобы не пропускать технику, москвичи строили баррикады из подручных средств и троллейбусов с автобусами. Первые военные перешли на сторону демократически настроенных протестующих уже в ночь на 20 августа – это была танковая рота под командованием майора Евдокимова.
Жертвами путча стали три человека, они погибли в ночь на 21 августа. Обе ночи защитники Белого дома ждали, что здание будут штурмовать. Поэтому когда 14 бронемашин двинулись по Садовому кольцу, люди восприняли их как угрозу и решили задержать. Технику пытались остановить в тоннеле под Новым Арбатом (тогда – Калининский проспект) с помощью заслона из троллейбусов. Люди бросали в БМП камни и старались "ослепить" машины, накидывая на смотровые отверстия одежду. Солдаты открыли предупредительный огонь. Когда началась стрельба, в одну из бронемашин полетела бутылка с бензином, БМП загорелась.
22-летний Дмитрий Комарь погиб под гусеницами бронетранспортера (по другой версии, был застрелен, а уже после раздавлен). В 37-летнего Владимира Усова попала срикошетившая от люка пуля. 28-летнего Илью Кричевского убили выстрелом в голову.
Как позже узнали защитники Белого дома, бронемашины шли вовсе не туда: они выполняли приказ о соблюдении комендантского часа и просто должны были выстроиться на Садовом кольце.
Триколор
Возвращение дореволюционного триколора – бело-сине-красного – в качестве официального символа РСФСР обсуждалось с 1990 года. На баррикады в августе 1991-го протестующие шили из подручных материалов и приносили с собой такие флаги. У кого-то триколоры сохранились после весенних митингов за демократию.
В ночь на 20 августа бело-сине-красный флаг прикрепили к аэростату – его запустили московские аэронавты в поддержку протестующих. Утром к противникам ГКЧП прямо во время торгов присоединилась Товарно-сырьевая биржа. Брокеры прошли с Мясницкой через Лубянку к Белому дому со 125-метровым полотнищем, скандируя "Долой хунту!"
24 августа толпа с гигантскими триколорами хоронила погибших: Комаря, Усова и Кричевского. А за два дня до этого, 22 августа, Борис Ельцин объявил, что бело-сине-красный станет флагом свободной России – и в полдень его подняли над зданием Верховного совета.
"Рок на баррикадах"
Днем 22 августа возле Белого дома проходил "Митинг победителей", а вечером того же дня на этом месте российские рок-музыканты играли концерт, который получил название "Рок на баррикадах". "Машина времени", "Коррозия металла", "Алиса" – участники этих групп сами были среди тех, кто вышел на защиту демократии.
Ночевавшие вместе с ними на баррикадах знали, что рок-концерт тут уже был – прямо в те часы, когда защитники готовились встречать танки, в ночь на 21 января. "Мне притащили колонки, дали гитару, и ночью на баррикадах я выступал перед собравшимися людьми", – вспоминал музыкант Андрей Макаревич. Сергей Троицкий из "Коррозии металла" играл песню Russian vodka, во время исполнения которой комсомольцы чуть не подрались с байкерами. Выступали Стас Намин, Константин Кинчев.
Из известных сегодня россиян на баррикадах были поэт Дмитрий Воденников, актрисы Маргарита Терехова и Татьяна Друбич, писатель Борис Акунин, режиссер Алексей Балабанов, академик РАМН Святослав Федоров. Из Парижа на баррикады прилетел знаменитый музыкант и дирижер Мстислав Ростропович. На митинге 20 августа выступал актер Геннадий Хазанов, он обратился к протестующим голосом Янаева: "Дорогие россияне! Хочу довести до вашего сведения, что чувствую я себя прекрасно и в данный момент думаю только об одном: что чистую политику никогда нельзя делать грязными трясущимися руками".
Амнистия
Что ГКЧП обречен, стало ясно в ночь на 21 августа, когда подразделения КГБ и спецназ "Альфа" отказались выполнять приказы членов комитета – и штурма Белого дома не случилось. Утром 21 августа министр обороны Язов дал приказ выводить войска из Москвы, а вечером распустил ГКЧП. Путчисты пытались встретиться с Горбачевым, но он их не принял.
Семерых членов комитета арестовали, глава МВД СССР Борис Пуго застрелил жену и покончил с собой. Были арестованы еще несколько человек из ближайшего окружения путчистов: Анатолий Лукьянов, Юрий Плеханов и другие. Им предъявили обвинение в "измене родине", что критиковали многие юристы, даже не симпатизировавшие перевороту. Через год-полтора почти все арестованные вышли под подписку о невыезде, в 1993 году начался суд. А в 1994-м Государственная Дума объявила амнистию всем участникам переворота. Отказался от нее только экс-главком Сухопутных войск Варенников. Его судили – и оправдали в том же 1994 году.