О вопиющей разнице в стиле поведения между русскими людьми и европейцами написано много. Сетевой аналитик Андрей Нальгин тоже решил внести свою лепту в исследование этой проблемы. Вообще же говоря, ни в одной европейской стране не принято кичиться ни своим богатством, ни своей известностью, тогда как в России – достаточно проехать по печально известному Рублево-Успенскому шоссе, чтобы составить впечатление о характере соотечественников, стремящихся изо всех сил продемонстрировать окружающим и свою значительность, неизменно дутую. Нальгин приводит в качестве примера популярную историю о том, как группа американских туристов повстречали во время прогулки поблизости от одного королевских замков Елизаветы II, саму королеву в скромном платочке и не узнав ее, спросили, местная ли она, и если да, не встречала ли она здесь случайно королеву? Елизавета ответила, что да, она местная, у нее тут дом, но королеву сама она не встречала, зато встречал ее «вот этот полицейский», - она показала на своего охранника. Подобным примерам несть числа, но самое интересное состоит в том, что для европейцев такое поведение не нарочитое, а совершенно естественное. Просто в отличие от русских у них иная шкала ценностей, они живут не затем, чтобы выживать, а затем, чтобы развиваться. А своим поведением они доказывают лишь то, что в их обществе все равны, так что выпендриваться особенно незачем. А вот русские люди, постоянно существующие в условиях выживания, просто вынуждены блефовать, демонстрируя на манер животных свою силу, крутость, богатство, которых на самом деле чаще всего просто нет. Но иначе не выжить! Вот поэтому-то русский человек купит в кредит баснословно дорогую машину, хотя при этом будет жить, к примеру, в убогой хрущевке. Поэтому-то любой мало-мальский начальник демонстрирует свою крутость, беря пример с кортежей Путина, Патриарха, других высших чиновников... Нальгин уверен, что это отнюдь не просто выпендреж, а именно работа системы ценностей – всеми силами показать себя круче остальных, чтобы все тебя если и не уважали (обычно уважать таких людей не за что), а непременно боялись. В этом контексте очень характерный пост написал недавно предприниматель и гражданский активист из Кемеровской области Вячеслав Чернов: «Все уже успели блевануть от видео, где Жириновский суёт униженным лохам тысячерублёвые купюры, ласково обзывая их крепостными, холопами и инвалидами. А вот в рождественский, так сказать, день, мой коллектив хотел уехать с работы, но не смог. На перекрёстке главной дороги и ответвления, ведущего к гостиничному городку в Шерегеше, их остановил сотрудник ДПС и сообщил, что дальше они двигаться не могут, так как полоса на выезд должна быть свободна, потому что из гостиницы выезжают какие-то депутаты из Москвы. Было около 7 вечера. Сотрудники к этому времени отпахали 9 почти двенадцатичасовых смен без выходных и очень хотели домой, потому что на следующий день опять рано на работу. Но это не волнует важных чиновников и челядь, обслуживающую их интересы. На самом деле выезжающим лицом был полномочный представитель президента по дальневосточному федеральному округу, который несколько дней отдыхал в Шерегеше на полную катушку. Пока он искал свои носки под диваном, складывал зубную щётку и лобызался с провожающими, весь персонал части курорта вместе с не успевшими покинуть курорт туристами, оказался блокирован на дороге. Пробка быстро увеличивалась, многие в такие моменты предпочитают идти пешком. Но полицейские, которых днём с огнём не сыщешь, когда возникает необходимость регулировки движения во времена снегопадов, стали требовать от пешеходов остановиться и ждать. Ожидание продлилось около получаса. Всё это время дорога на выезд с горы стояла пустая. Я уже давно предсказал превращение Шерегеша в личную собственность региональной власти, которая использует его для приятного времяпровождения вип-персон, потому что никаких других мест в Кузбассе, где можно было бы ублажить высоких гостей и попускать им пыль в глаза, не существует. А чтобы обслуживание протекало без лишних свидетелей, власти хотят выдавить малый бизнес с горы. Местная администрация в такие дни превращается в гарсонов, стоящих навытяжку, готовых удовлетворить любой каприз вельможи. К конечностям сановника бросаются все прелести жизни, а мелкие клерки готовы своими телами выстилать ковёр, по которому будет ступать нога господина. Смотреть на это невыносимо мерзко. Но самое печальное в том, что заложниками этих любовных чиновничьих утех становятся обычные трудяги, которые на своих плечах несут бремя содержания этих жирных бессовестных задниц...» Однако не только в этом проявляется вековая мерзость русской жизни. Нальгин приводит еще один примечательный, хотя, казалось бы, незначительный пример: улыбки. Давно замечено, что русские люди практически всегда мрачны и неприветливы, особенно с незнакомыми. Это тоже проявление животного – настороженность, недоверие к чужому. При этом улыбчивость европейцев или американцев на Руси принято считать фальшивой, тогда как в России якобы все улыбки – хоть и редкие, зато искренние... Это совершенно не так. В России улыбаются для своих, тогда как в Европе или в Америке считается совершенно естественным при встрече с незнакомцем, улыбнуться и поприветствовать его, пожелать хорошего дня. «И все довольны, потому что в ценностях развития не нужна вот эта система координат «свой-чужой»: там все равны и все свои. А вот ценности выживания заставляют всех делить на своих и чужих. И только своим достаются наши улыбки, остальным – фига с маслом! – пишет Нальгин. - Ценности выживания заставляют людей сбиваться в один коллектив-стаю, быть среди своих. И этот коллектив чаще всего весьма сплочённый, а ещё – кому-то противостоящий: самодуру-начальнику, другому коллективу, другой стае и т.п. Такое объединение в борьбе – залог выживания, ведь если что, тебе помогут, тебя защитят. В обмен на некоторую утрату индивидуальности и свободы: в таких коллективах действия индивидуума подчинены интересам своей стаи. А вот для западного человека выживание заключается совсем в другом – в индивидуальном развитии, в опоре на себя и в ответе за себя. Плюс ещё – в эффективной и взаимовыгодной коммуникации с другими, которая… начинается с улыбки. При этом ценности выживания заставляют топтаться на месте, а ценности развития – двигаться вперёд. К прогрессу и свету. Выйти на более высокий уровень. Собственно, в таком упорном следовании ценностям выживания и состоит роковая ошибка «выживальщиков». Обменивая свободу на безопасность, они теряют и то, и другое. А разменивая ресурсы на понты, лишаются возможности нормально жить. Так может, пришла пора отказаться от ценностей выживания и задуматься о переходе к развитию? Кстати, почему бы не начать улыбаться незнакомцам в качестве первого шага?»