Оппозиция в Москве жаждет крови и перенимает опыт Гонконга
Судя по тональности вопросов, которые журналисты либеральных СМИ задавали пресс-секретарю президента России Дмитрию Пескову 13 августа, в рядах так называемой «оппозиции» рассчитывают, что уличные беспорядки в Москве будут только набирать обороты. А, например, либеральный публицист Сергей Пархоменко, с 2016 года работающий в Институте Кеннана в США, разразился постом в Facebook, где призывает, а вернее, угрожает и требует, чтобы сотрудники полиции и Нацгвардии постоянно носили жетоны на груди, по которым их можно будет опознать любому желающему мести «борцу с кровавым режимом».
Оставим за скобками те ушаты трусливого презрения, которые Пархоменко выливает на людей, охраняющих правопорядок нередко с риском для жизни. Он называет правоохранительные органы «карательными», а полицейских — «скотами». Не всех, конечно, а таких только, кто «прямо перед камерой сломал человеку ногу» (хотя по прочтении поста складывается впечатление, что таких среди силовиков каждый первый).
Главное в этой «настоятельной рекомендации к командованию карательных органов» от Пархоменко — много раз повторяющаяся мысль о том, что при нынешнем развитии противостояния на московских улицах неизбежен «труп».
Либеральный публицист уверен, что после первой же крови протест радикализуется и перейдет в вооруженное противостояние. Цель Пархоменко, конечно, не избежать такого сценария, а добиться того, чтобы деморализовать правоохранителей. Между строк у него просвечивает маниакальное желание, чтобы «труп» на улицах Москвы появился любой ценой. Если же «труп» появится, да еще и правоохранители, усмиряющие беспорядки, будут выведены из зоны анонимности, то они будут бояться лишний раз дубинкой махнуть. Ведь всем памятно, что стало с некоторыми бойцами украинского «Беркута» после победы киевского Евромайдана.
На этом фоне как бы между прочим блогер Илья Варламов опубликовал пространные инструкции о том, как ведут себя протестующие в Гонконге.
На всякий случай он сразу оговорился, что Гонконг — не Россия и что сам он «не преследует цель научить нашу оппозицию правильно протестовать». Но вся структура его поста похожа на изложенную сетевым языком методичку, которую иногда, чтобы совсем уж не бросалось в глаза, блогер перемежает примерами из гонконгского опыта.
Читатели блога прекрасно поняли, о чем и для чего пишет Варламов. Среди комментариев много отзывов в духе «спасибо большое за ценный опыт».
Нет нужды пересказывать эту замаскированную инструкцию для протестующих. Первооснова писалась, конечно, не по горячим следам протестов в Китае, а в тиши кабинетов далеко от мятежного острова. Новые технологии «оранжевых революций» обкатываются в Гонконге, чтобы затем широко применяться повсюду в мире, в том числе в России.
Приведем лишь несколько примеров того, как через Варламова участников протестных акций в Москве пытаются проинструктировать, как же им лучше организовать в российской столице беспорядки.
Лидер протеста — это самое уязвимое звено, утверждает блогер. Таким образом протестующих приучают к мысли, что не страшно, если за какой-то конкретной акцией не будет стоять узнаваемой харизматичной фигуры. Не так уж она и важна, мол. Такой протест, пишет Варламов, невозможно обезглавить, на несуществующих лидеров невозможно найти компромат. А действия спонтанно (или продуманно) возникающих в ходе беспорядков лидеров (халифов на час) вполне можно координировать из не афиширующих себя центров управления.
«Когда у революции нет очевидного лидера, то и сажать некого. Остается хватать всех подряд, чем и занимается сейчас полиция Гонконга», — подбадривает Варламов московских завсегдатаев протестных тусовок.
Далее блогер «случайно» приводит пример, когда Алексей Навальный публично созывал сторонников на Тверскую, где их уже ждали силовики. Варламов поясняет, что лучше делать по-другому, надо «быть как вода». А именно: не стоит выкладывать в публичный доступ точки сбора, надо организовывать протесты нового типа — «мобильные и гибкие».
«Митинг перетекает в марш, марш может неожиданно менять направление. Например, цель конкретного марша может возникнуть непосредственно во время самого марша», — озвучивает идеи «гонконгских революционеров» г-н Варламов.
В его «гонконгских зарисовках» явственно угадывается намек на московские реалии.
«Противостоять полиции бунтари пока еще не готовы, поэтому они парализуют инфраструктуру города. Самое простое — это перекрытие дорог. В Гонконге и в мирное время адские пробки, а если начинают перекрывать основные магистрали, все встает», — пишет Варламов.
Москвичи уже столкнулись с неудобствами, которые причиняют несанкционированные акции. Неслучайно 12 августа Мосгортранс подал иск к организаторам этих акций в столице.
Можно представить, что произойдет, если события в Первопрестольной будут развиваться по гонконгскому сценарию. Перекрытые улицы — это не только многочасовые пробки, это еще и перебои поставок продуктов в магазины, кафе и социальные объекты, это зловонные кучи мусора, которые не смогут вывезти коммунальщики, это кареты скорой помощи, вовремя не приехавшие к больным.
Надо ли говорить, что если из-за опоздания скорой в результате протестов умрет какой-нибудь сердечник, то от либеральных СМИ не дождешься приступов человеколюбия, которые они испытывают по отношению к пострадавшим от действий правоохранителей оппозиционерам.
Вскользь Варламов рассказывает и о жестких действиях гонконгской полиции. Но из того, как он это делает, проглядывает явный посыл: ничего-де страшного, с этим можно бороться.
Какой вывод стоит сделать из этого? Вряд ли имеет смысл ждать, что протесты в Москве рассосутся сами собой. Это, может, и произошло бы, если бы за ними не стояло мощного и, что скрывать, креативного управляющего механизма. Надо готовиться к долгому противостоянию, которое будет то обостряться, то ослабевать.
Представляется, что в такой ситуации в правоохранительных структурах должны быть созданы специальные центры, задача которых — отслеживать или даже предугадывать новые технологии уличных протестов и, в свою очередь, оперативно разрабатывать эффективные инструкции для силовиков, исходя из новых реалий.
Незаконные уличные акции в Москве продолжаются с конца июля. Поводом для них стал недопуск ряда оппозиционных кандидатов к выборам в Московскую городскую думу из-за фальсификации подписей. Ранее ФАН писало о том, как у одного из нарушителей, скандального юриста ФБК Любови Соболь, был найден целый подпольный цех по подделке подписей избирателей. К тому же ее уличили в использовании подписей мертвых людей.
В ходе уличных беспорядков 27 июля и 3 августа неоднократно в отношении полицейских устраивались провокации. Протестующие распыляли в сторону полиции газ, бросали в нее бутылки. А 10 августа около трех тысяч человек, купившихся на призывы провокаторов, перевели санкционированную акцию в незаконную плоскость — с зажиганием дымовых шашек, разбиванием машин и препятствованием движению автотранспорта. Однако благодаря слаженным действиям полиции беспорядки были пресечены.