Восходящая звезда Дарья Давыдова — об изнанке оперного искусства и том, как его полюбить
Репортаж
Кармен-сюита
ДАРЬЯ ДАВЫДОВА, ВОСХОДЯЩАЯ ЗВЕЗДА ОПЕРНОЙ СЦЕНЫ ИДРУГ ЧАСОВОГО БРЕНДА JAEGER-LECOULTRE, ВПЕРВЫЕ ПОБЫВАЛА НАЗНАМЕНИТОЙ ШВЕЙЦАРСКОЙ МАНУФАКТУРЕ. МЫПОПРОСИЛИ ДАРЬЮ РАССКАЗАТЬ, ЧТО ОБЩЕГО УЧАСОВОГО ИСКУССТВА ИОПЕРЫ ИКАКУЮ РОЛЬ ОНИ ИГРАЮТ ВЕЕЖИЗНИ.
Платье итуфли— все Dior. Часы Rendez-Vous Dazzling Moon, золото, перламутр, бриллианты, Jaeger-LeCoultre
Сначала любимый вопрос всех часовых журналистов: что для вас значит время?
Думаю, это самый ценный ресурс человека, иочень хочется, чтобы все мыбыли внимательнее кнему. Время— невидимая сила, распоряжаться которой нужно исключительно воблаго.
Видители высходство между оперным ичасовым искусством?
Ито, идругое— кропотливый труд, который состороны неособо заметен. Ячасто слышу: «Нуачто сложного— вышел насцену испел? Этоже вудовольствие должно быть!» Ночтобы все было непринужденно, наодном дыхании, нужно много работать. Бесконечные репетиции, разучивание материала, разбор музыкальных итекстовых нюансов. Намануфактуре Jaeger-LeCoultre меня поразила как раз изнаночная сторона часового мастерства: когда видишь, что все эти «наночастицы», которые составляют механизм, прорабатываются живыми людьми, понимаешь, сколько заэтим стоит труда. Часы, умещающиеся наженской ладошке, способны работать десятилетиями инеостанавливаться. Этоже чудо!
Акакова изнанка работы оперного исполнителя?
Обретение мастерства— долгий процесс. Мывсе живем всобственном ритме, проходим разные этапы развития. Одни исполнители чувствуют себя увереннее вкакой-то музыке, авдругой осторожничают— ноявот небоюсь пробовать новое. Намеренно разогреваю всебе интерес, даже если что-то кажется мне чуждым иневозможным. Ноестьже еще ирепетиции, когда можно искать, ошибаться, вживаться, проверять.
Дарья в мастерской редких изобразительных техник часовой мануфактуры Jaeger-LeCoultre.
Платье Yanina Couture, туфли Dior. Часы Reverso Classic Duetto, золото, бриллианты, Jaeger LeCoultre
Адальше тыпросто начинаешь любить все, что стобой происходит. Иследом появляется радость отпроцесса. Уменя это так работает.
Жакет, брюки— все Yanina Couture. Часы Rendez-Vous Dazzling Night&Day, золото, перламутр, бриллианты, Jaeger-LeCoultre
Выволнуетесь перед выходом насцену?
Конечно, исвязано это волнение нетолько споявлением вкакой-то новой роли или снепривычной обстановкой. Публика ведь каждый раз разная, итынезнаешь, как она тебя примет. Или тысособым трепетом ждешь взале какого-то одного человека. Когдаже волнения нет, надо бить тревогу. Новообще, дело тут даже невволнении, скорее вкураже, который возникает перед выходом насцену. Переступил порог— ивсе: тыуже неты.
Увас довольно разносторонний репертуар: Доницетти, Верди, Бизе, Римский-Корсаков, Гершвин. Как так вышло?
Яначинала вклассическом лирическом ключе, ноэто немешает мне пробовать инетипичные для себя вещи— вплоть домеццо-репертуара. Особенно, когда понимаю, что они ложатся намой голос или что создаваемый насцене образ мне подходит. Яимела необычный опыт исполнения Кармен— нет, тут янеслишком оригинальна, еепели доменя иМария Каллас, имногие другие сопрано, ноуменя получилась своего рода коллаборация соСветланой Ромашиной, семикратной олимпийской чемпионкой посинхронному плаванию. Год назад она ставила номер ипопросила меня поддержать его вокально— признаюсь, ясогромным интересом пошла натакую сделку, чтобы испытать свою Кармен. Еще яобожаю джаз, который иногда очень гармонично уживается сакадемическим голосом. Вмоем репертуаре много произведений, редко исполняемых вРоссии, как теже сочинения Гершвина, безумно яркие, всегда украшающие концертную программу.
Вижу, выоткрыты экспериментам!
Более чем! Меня можно отнести ктем исполнителям, кто незажат рамками только музыкального жанра. Мне интересны икино, илитература, имода, имногое другое. Нетак давно, познакомившись сМихаилом Зыгарем, яоказалась насъемках его «Сказок Пушкина», где, можно сказать, слилась внеожиданном дуете сЛолитой Милявской. Тогда мысходу придумали один номер, который запросто могбы попасть вэтот сериал. Агода два назад уменя был концертный перформанс «Япония имода»— мысколлегами-музыкантами придумали его наоснове произведений русских композиторов конца XIX— начала XXвека, которые фантазировали так или иначе наяпонскую тему. Япоявилась насцене встаринном коллекционном кимоно, сорвав отдельные аплодисменты. Сейчас вот думаю, как можно развить этот перформанс, включив внего уже современную японскую моду, которую безмерно уважаю. Мне важна эта внутренняя творческая раскрепощенность. Уверена, когда человек открыт миру, томир ему отвечает взаимностью.
Как выстали оперной певицей?
Вмоей семье нет профессиональных музыкантов. Я— первая. Помужской линии унас все занимаются медициной. Хотя мой папа окончил музыкальную школу сразу подвум классам— фортепиано иаккордеон, исовершенно замечательно играет досих пор. Ноонникогда ненастаивал, чтобы япошла помедицинской линии. Онуверен, что вмедицине, как ивмузыке, необходимо стопроцентное призвание. Уменяже сдетства был абсолютный слух. Иоткрыла его Ирина Сергеевна Родзевич, знаменитый педагог пофортепиано, ккоторой меня привели напрослушивание впять лет. Потом была шопеновская музыкальная школа сочень сильным хором— мыисполняли даже Stabat mater Перголези. Именно тогда меня сцена иоколдовала. Акогда язаканчивала школу, тоуже понимала, что мой путь— вокал. Зароялем тоже обожаю сидеть, ноэто больше для салонного музицирования. Тутя, конечно, душа компании, человек, который может без нот сыграть что угодно.
Часы Rendez-Vous Dazzling Moon, золото, перламутр, бриллианты, Jaeger-LeCoultre
Часы Reverso Classic Duetto, золото, бриллианты, Jaeger-LeCoultre. Oбладают собственным механизмом с ручным заводом
Часы Rendez-Vous Dazzling Moon, золото, перламутр, бриллианты, Jaeger-LeCoultre. Bстроен собственный механизм савтоподзаводом
Дарья исследует устройство анкерного спуска. Жакет, брюки— все Yanina Couture. Часы Rendez-Vous Dazzling Night&Day, золото, перламутр, бриллианты, Jaeger-LeCoultre
Вынеприписаны никкакому театру, почему так?
Когда яокончила консерваторию, первый вопрос моих родителей был: «Куда тыпойдешь работать? Ичто будет струдовой книжкой?» Да, яееположила вМузыкальный театр имени Станиславского иНемировича-Данченко, где прослужила два года. Первый сольный опыт случился еще вгоды учебы ибыл связан с«Риголетто» вБольшом театре, где опера шла смоим участием три сезона. Параллельно ястала получать много ангажементов отзаграничных театров— ирано начала ездить. Мне нравится быть частью большого мира, встречать разных людей, показывать свое искусство, видеть, что могут другие, обогащать друг друга.
Выдовольно активны всоцсетях. Есть цель стать блогером-посланником оперного мира?
Трудно незаметить, что блогеры итик-токеры оказывают заметное влияние нанашу жизнь, особенно намолодое поколение. Включать поэтому поводу снобизм нестоит.
В музее легендарной часовой мануфактуры.
Платье и туфли — все Dior. Часы Rendez-Vous Dazzling Moon, золото, перламутр, бриллианты, Jaeger-LeCoultre
Язаметоды, которые сделают старые подходы интересными для новой аудитории. И, да, мне кажется важным знакомить сегодня соперой ивообще склассической музыкой тех, кто вырос всовершенно другой парадигме.
Акак можно научить любить оперу?
Это особый жанр, ичтобы понять ипочувствовать его, нужно отключиться отвсего суетного, отвсей бытовухи. Просто взять иотдаться вот этому бездонному музыкальному морю переживаний. Есть такой бородатый, ноочень хороший анекдот: «Что такое опера? Это когда пришел наспектакль всемь, через три часа смотришь начасы, атам только семь пятнадцать». Опера— долгий, протяженный процесс. Тыбудто погружаешься вбезвременье. Чтобы полюбить оперу, важно уметь слушать! Ачтобы научиться слушать, нужно себя кэтому приучить.
Раз ужразговор вновь вернулся кчасам ивремени, расскажите, чем еще вам запомнилось посещение мануфактуры Jaeger-LeCoultre?
Она впечатлила своей темпо-ритмической атмосферой. Ееневозможно представить, непобывав там. Все, кто всерьез интересуются часами как высокотехнологическим искусством или только открывают для себя эту тему, просто обязаны побывать намануфактуре хоть раз, чтобы своими глазами увидеть весь путь производства, понять, как живет часовое закулисье. Кажется, что все идет так размеренно, так четко, как поезд порасписанию, может, даже где-то монотонно— нопараллельно делаются невероятные открытия исоздаются шедевры. Иеще меня поразили люди, целые династии, которые трудятся намануфактуре всю свою жизнь— исчастливы. Это так вдохновляет!
Легендарные часы Reverso впрошлом году отметили 90-летний юбилей. Как выдумаете, почему они досих пор популярны?
Изначально эти часы были созданы для игроков вполо: благодаря специальному механизму корпус можно перевернуть, чтобы защитить отудара сторону циферблата. Сегодня это, может, уже нетак актуально, нознатоки все равно отдают дань уважения совершенно уникальному решению этой модели. Нуи, конечно, изящество оформления встиле ар-деко— эталон элегантности вне времени— играет свою роль. Reverso подходят абсолютно любому образу, имужскому, иженскому.
Ачто делает оперу искусством вне времени?
Развитие оперы, как ибалета или других изящных искусств,— признак того, что люди продолжают тянуться квысокому. Нуамыдружно работаем нато, чтобы эта тяга уних непропала. Чтобы, прикоснувшись кпрекрасному, человек, захотел идальше искать красоту— вовсех еепроявлениях.
Чтобы выпожелали своим слушателям инашим читателям?
Будьте добрее, скакимибы трудностями вынисталкивались вжизни. Человек, освободившийся отвсего, что несозвучно слову «добро», способен осуществить любые свои мечты. Явэто свято верю!
Платье Yanina Couture. Часы Reverso Classic Duetto, золото, бриллианты, Jaeger- LeCoultre
Фото Alex Teuscher
Стиль Ирина Фирсова
Продюсер, текст: Юрате Гураускайте
Редакция InStyle благодарит мануфактуру Jaeger-LeCoultre запомощь ворганизации сьемки.