«Я из-за вас убил!»: история расследования одного убийства в Калуге
Как семейная ссора подтолкнула к преступлению, а расставание супругов помогло следователям раскрыть злодеяние спустя 12 лет.
В начале осени 2009 года в гаражном кооперативе на улице Маршала Жукова в Калуге были обнаружены тлеющие останки женщины. Что это убийство, сомнений не возникало: на обгоревшем теле просматривались следы черепно-мозговой травмы с множественными переломами костей черепа.
Уголовное дело расследовали, но довольно быстро зашли в тупик. Подозрения падали на некоего Арбузова, жителя областного центра, но его вина не находила подтверждения. Свидетельств причастности было мало. И дело приостановили. Казалось, что правда уже не будет установлена.
Мужское молчание
Но спустя 12 лет к этому происшествию вернулся следователь-криминалист Михаил Сикулин. В Следственном комитете России действует правило: периодически поднимать из архивов нераскрытые дела, изучать их заново, вооружившись новыми методиками экспертиз и достижениями криминалистики.
– Существует два способа раскрыть преступление, выстроить версии, – объясняет Михаил Сикулин. – Первый – научный, экспертный: генетические экспертизы становятся всё более чувствительными, реактивы способны выделять ДНК даже спустя десятилетия. Время здесь иногда играет на нас. Второй метод – работа с людьми. Он более творческий, интересный. И здесь время тоже может стать нашим союзником.
В расследовании убийства женщины в гаражах наука оказалась бессильна: тело было слишком сильно повреждено огнём. Оставалась психология.
Изучив материалы 12-летней давности, Сикулин обратил внимание на Шестакова – приятеля Арбузова (фамилии фигурантов уголовного дела изменены). В 2009-м Шестаков давал показания, что помогал другу избавляться от трупа и отмывать машину от крови, но затем от слов отказался. Однако в деле сохранилась запись оперативной съёмки, где он рассказывал, что Арбузов звонил ему и просил помочь.
– Я вызвал Шестакова на допрос, показал ему эту запись. Но мужчина вновь наотрез отказался сотрудничать со следствием, – вспоминает сотрудник СУ СКР по Калужской области Михаил Сикулин.
Неужели единственная ниточка оборвалась?.. И тут следователь принял то судьбоносное решение, которое в итоге и привело к раскрытию преступления.
Важные слова женщин
Изучая биографию Арбузова, он обратил внимание на одну деталь: если в 2009-м подозреваемый жил с женой и тёщей, то к 2021 году развёлся. И Сикулин понимает: обиженная женщина может помочь с уликами.
Но бывшая супруга Арбузова и её мать, которая тоже могла дать показания, боялись, что Арбузов, сидевший уже за другое убийство, выйдя, может отомстить. Следователь предложил женщинам защиту – засекретить информацию об их данных в деле, присвоив каждой псевдоним.
На этих условиях бывшие члены семьи Арбузова рассказали, что в тот сентябрьский день 2009 года, после ссоры, тот в ярости выскочил из дома. Вернулся глубокой ночью, ещё более пьяный, и бросил фразу: «Дуры, я из-за вас бабу убил».
У следователя, уже имевшего на руках детализацию звонков Арбузова той злополучной ночью как раз в районе гаражей на Маршала Жукова и первые показания Шестакова о заметании следов, сложилась картина убийства. Жертва работала дворником и примерно в два часа ночи закончила убирать территорию возле магазина. Была она неконфликтной, но грешила пристрастием к спиртному. Арбузов же, разъярённый ссорой с женой, пьяным колесил по городу, искал собутыльников и случайно встретил свою жертву.
Показания бывшей супруги и тёщи позволили добиться ареста Арбузова. Но тот поначалу всё отрицал.
Признание и приговор
– У нас не было его ДНК на месте преступления, не было отпечатков пальцев. Только звонок Шестакову и свидетельства родственников, с которыми он был в ссоре. Любой адвокат мог легко «рассыпать» такое обвинение по убийству. Необходимо было признательное показание самого Арбузова, – вспоминает криминалист Михаил Сикулин историю расследования.
Началось психологическое противостояние следователя и подозреваемого. Первый регулярно навещал второго в СИЗО и методично показывал ему протоколы допросов свидетелей.
– Важно было опробовать все варианты, – говорит следователь. – Тем более косвенно вина Арбузова подтверждалась. Будучи человеком уже судимым, он понимал: чистосердечное признание в суде зачтётся. И заговорил, рассказав, как заподозрил свою случайную знакомую в краже кошелька из машины, как в злобе на жену бил другую женщину обломком трубы по голове, как сжигал тело. Его рассказ о механизме нанесения ударов полностью совпал с заключением судебно-медицинской экспертизы 2009 года.
Так, спустя двенадцать лет, правда, наконец, была произнесена вслух. Вот только пока дело Арбузова лежало в архиве, он в декабре 2010 года совершил ещё одно убийство.
– Просто зацепились плечами двое мужчин, возник конфликт – и Арбузов забил человека насмерть. Если бы удалось доказать его вину в 2009-м, может быть, тот мужчина остался жив, – размышляет Михаил Сикулин. – А в связи с рецидивом преступления Арбузову назначили в наказание – убийца получил 16 лет лишения свободы в колонии строгого режима.
Эта история стала примером блестящей работы следователя. Но она же стала и горьким напоминанием: у нераскрытых дел есть своя страшная цена. Поэтому-то и возвращаются сотрудники Следственного комитета к архивным уголовным делам снова и снова.