Иран: крайние дни перед непоправимым
Ждёт ли Иран этно-конфессиональная резня между курдами и персами?
Сегодня в Женеве делегация США, включая спецпредставителя американского лидера Стива Уиткоффа и зятя президента США Джареда Кушнера, встретилась с иранской стороной. Состав иранской группы переговорщиков на встрече такой же, как и в прежнем раунде переговоров, состоявшемся в Омане. Её возглавил глава МИД Ирана Аббас Аракчи.
В случае отказа Ирана заключить сделку Вашингтон перейдёт ко «второй фазе» действий, которая, по словам Дональда Трампа, станет «очень тяжёлой» для Тегерана.
Что же имеет в виду Трамп, говоря о «второй фазе»? Неужели прямое вторжение американских ВС в Иран?
В слову, в регионе наращивается военная группировка США, и она на данный момент составляет 35 000 военнослужащих; кроме того, в регионе в ближайшее время появится как минимум две ударные авианесущие группировки, в том числе авианосец «Джеральд Форд», участвовавший в устрашении Венесуэлы перед захватом Николаса Мадуро и способный разместить на своём борту до 90 летательных аппаратов различного типа.
Однако прямое вторжение, как и в случае с Венесуэлой, грозит непоправимым ущербом для самих США, с учётом наличия у Ирана — в отличие от Венесуэлы — баллистических и крылатых ракет. Поэтому ставка будет сделана на сепаратистов внутри Исламской Республики. Вот почему на территорию Ирана перебрасывается значительное количество станций спутниковой связи «Старлинг», а клану Барзани в иракском Эрбиле обещают полную поддержку, если он поддержит иранских курдов в борьбе за отделение от Тегерана.
В настоящее время Иракский Курдистан имеет собственные вооружённые формирования «Пешмерга» — 300 тыс. человек — с тяжёлым оружием, бронетехникой и танками, и собственную службу безопасности «Асаиш», организованную при помощи израильских инструкторов. Ещё в 2005 году под Эрбилем построен аэропорт, обеспечивающий ему воздушную связь с внешним миром (второй аэропорт существует в Сулеймании). Это значит, что поставка вооружений и боеприпасов для сепаратистов в Иране вполне может осуществляться через Иракский Курдистан.
Однако сам факт втягивания курдов в качестве прокси в войну с Ираном, не взирая на негативное отношение к этому турок, не означает, что Барзани клюнет на обещание Тель-Авива и Вашингтона создания в ближайшей перспективе огромного Курдистана, куда войдут как минимум четыре провинции Ирана.
Барзани очень хорошо себя чувствует в мире: уровень доходов населения Иракского Курдистана на четверть выше, чем в остальном Ираке. Начавшиеся под Заху (близ турецкой границы) и Сулейманией разработки нефти способны дать Курдистану другие независимые источники доходов.
Эрбиль заключил с норвежской компанией DNO ряд соглашений по добыче нефти; кроме того, компания KRG (курдский оператор) заключила соглашения на разведку новых месторождений с канадской «Western Oil Sands» и английской «Sterling Energy». Запасы месторождения «Тавке-1» под Заху оцениваются в 100 млн баррелей. Курды намерены захватить и Киркук, формально подчиняющийся Багдаду. Всё это вызывает протесты Багдада, чем Иран может воспользоваться для ослабления клана Барзани.
Это прекрасно понимают в Эрбиле, как и желание Трампа и Нетаньяху действовать их руками, что чревато этно-конфессиональной резнёй и миллионами беженцев.
Барзани же нужны не беженцы, а туристы — Курдистан благодаря своим природным особенностям являлся и в «мирные» времена любимым местом летнего отдыха для жителей южных полупустынных районов. К тому же правительство Курдистана провело закон, предоставляющий иностранным инвесторам 10-летние налоговые каникулы.
По иракской конституции центральной иракской армии запрещено входить на территорию Курдистана. Однако, как только Барзани объявит даже негласную войну Ирану, Тегеран мобилизует против него не только иракских шиитов, но и тех иранских курдов, которые бежали в Иран после столкновений между Эрбилем и Сулейманией.
Время для принятия решения сжимается. Израиль и США сделают всё возможное, чтобы не оставить Барзани выбора. В настоящее время «Пешмерга» состоит из около 20 объединённых пехотных батальонов, каждый из которых насчитывает около 3–5 тыс. бойцов. Под ружьём и 30 тыс. резервистов. Общая численность — около 200–300 тыс. бойцов.
Однако только шиитское ополчение в Ираке насчитывает 150 тысяч бойцов, что сопоставимо с силами «Пешмерга». Вывод здесь может быть только один: для курдов ввязаться в прямое столкновение с центральной властью в Иране — самоубийство. Так что, скорее всего, сделка с Ираном всё-таки произойдёт. А накачивание курдов, белуджей и тюрков Северного Ирана оружием спецслужбами США и Израиля — это лишь запугивание Ирана для того, чтобы он стал более сговорчивым.