Дело, которое нас выбирает
Смеркалось. По цифровым улицам текли потоки роботомашин. Майкл взглянул на часы и понял, что шла вторая неделя его вахты. Переводческий бункер был отделён от мира роботов и людей толстой стеной, за ней — полотно порядка и запрограммированности. Всё было поставлено на поток — устаревшие машины автоматически сменялись новыми, люди производили себе подобных упорядоченно и точно в срок. Все процессы работают в системе и без сбоя. О болезнях никто никогда и не слышал, само упоминание о них было дурным тоном.
В эпоху всеобщей продуманности люди теряли язык. Импульсы в мозге считывались и переводились в простейшие коды, передаваемые роботами дистанционно. И только здесь, в бункере Майкла, играла музыка, поэты прошлого в записях читали свои лучшие стихи, шли фильмы, текла жизнь слов. И самое главное — Майкл переводил. Он брался за ускользающий мир литературы и тонкими стежками переводил мысли, стиль и дыхание прошлого, ухватывался за смысл сказанного и за его отражение, играл с языком, сплетая кружево.
Он проводил в бункере дни и ночи и не использовал труд роботов (а может, они не использовали его?), имел свой круг сподвижников и занимался любимым делом — переводил, анализировал и создавал. И был счастлив.