«Уговаривал его лечь в больницу. Но он тянул до последнего». Экс-вратарь «Локомотива» о смерти переводчика клуба
Голкипер «Пари НН» Никита Медведев в интервью корреспонденту Sport24 Александру Муйжнеку признался, что тяжело переживал смерть переводчика «Локомотива» Мурата Сасиева.
Голкипер «Пари НН» Никита Медведев в интервью корреспонденту Sport24 Александру Муйжнеку признался, что тяжело переживал смерть переводчика «Локомотива» Мурата Сасиева.
Сасиев, работавший в «Локомотиве» с 2016 года, умер в возрасте 47 лет в марте 2023-го.
— В «Локомотиве» ты сблизился с переводчиком Муратом Сасиевым. Как ты воспринял его смерть?
— Огромная потеря. Вспоминаю Мурика каждый день. Мы регулярно вместе уезжали из Баковки, я приучил его к бане. Мурик вообще не терпел холодной воды после парилки, а потом сам стал прыгать в купель и кайфовать. Он бассейн полюбил, зал — не выходил оттуда, пока семь потов не сойдет. И вообще занимался собой.
Человек старой закалки, который при этом понимал с полуслова. Знал: иногда надо просто помолчать — и тебе станет легче. Все в жизни делал на сто процентов: отдавал себя футболу, работе, дружбе. Знаю о нем столько, сколько никто в «Локомотиве».
— Что, например?
— Все видели Мурика только весельчаком и балагуром, а мне посчастливилось — как ни это прискорбно это говорить — застать и сердитым, и грустным, нуждающимся в поддержке. Внутри него была масса переживаний: например, мама болела. Но даже намеков на эти проблемы Мурик не выносил, а сам помогал кому угодно. Даже вне футбола — хотя зарабатывал не очень много. Про иностранцев «Локомотива» и говорить нечего: стряслось что в три часа утра — кому звонить, как не Мурику?
— Ваш последний разговор ты называл сложным. Почему?
— О том, что Мурику требуется операция, я узнал, когда мы разговаривали в моей машине. Сидели часа два и никак не могли разлучиться. Я долго уговаривал Мурика лечь в больницу. Приводил в пример его отца — тот тоже в возрасте около 50 лет впервые в жизни угодил в больницу с сердцем и долго не протянул.
— Как ты убеждал Сасиева?
— «Вспомни отца, как рано он ушел. Ты как никто понимаешь, чем все может закончиться. Следи за здоровьем, пожалуйста». Но вон как вышло. Мурик никогда не жаловался на свои болячки, тянул до последнего.
— Аня Галлай — сейчас пресс-атташе ЦСКА — говорила, что Мурат был одиноким человеком — любил только футбол, а жизнь посвящал команде и музыке.
— У него была женщина, с которой он построил интересные, особенные отношения. Про нее мало кто знает — но она его поддерживала. Мне не хватило духа набрать ей после смерти Мурика. Настолько было тяжело — а уж каково ей.